СКАЗКА ЕВГЕНИЯ КЛЮЕВА
Городскому парку исполнялось сто пятьдесят лет – и уже за день до этого
городской парк было не узнать. Если бы здесь сейчас каким-нибудь чудом
оказались Бабушка с Дедушкой, они просто в обморок бы упали –
до того всё изменилось за один сезон!
ofenya
На месте небольшого озера, по которому Дедушка катал Бабушку в лодке,
стояли подбоченясь Американские Горки – со всеми своими блестящими рельсами
и разноцветными сиденьями для тех, кто любит взлетать высоко в небо
и тут же с радостными криками возвращаться на землю.
Поговаривали, что горки эти сделали сами американцы и что уж кто-кто,
а американцы знают толк в таких вещах!
Там, где раньше был сверкающий каток и где Дедушка, взяв Бабушку за руку,
выделывал на льду головокружительные кренделя, а Бабушка только ойкала и хваталась за сердце,
сейчас располагался Автопарк. Выбирай себе любую крохотную машинку
и катайся по распростёршейся вокруг глянцевой пластиковой поверхности,
специально наезжая на другие машинки и заставляя менее опытных водителей истошно визжать!
А там, где когда-то стояли узорчатые беседки и где Дедушка, какой бы он ни был строгий,
однажды всё-таки поцеловал Бабушку, заманив её под одну из узорчатых крыш,
теперь располагался Павильон Страха. Из павильона этого положено было возвращаться
с бледными лицами и трясущимися руками, облегчённо вздыхая оттого,
что никому из страшных монстров так и не удалось схватить тебя в темноте за рукав…
иначе бы ты точно умер от такой жути! И всё это было новёхонькое, с иголочки,
пахло свежей краской, манило необычными овальными формами и находилось за специальными ленточками,
которые сперва ещё надо было торжественно перерезать такими огромными праздничными ножницами,
– и только после начинать развлекаться… ах, до чего же сильно и здорово развлекаться!
Нет, Бабушке с Дедушкой здесь завтра определённо нечего было бы делать.
Единственное в городском парке, что так и оставили нетронутым, были Старые Качели,
кособоко топорщившиеся в самом дальнем углу. Три брёвнышка – два по бокам, одно сверху –
да лохматая веревка, к концам которой привязана некрасивая деревянная дощечка.
Старые Качели оставили здесь на память – на память о тех днях,
когда сюда ещё заходили Бабушка с Дедушкой. На память о том скучном времени,
когда и в помине не было ни Американских Горок, ни Автопарка, ни Павильона Страха.
Не было даже жвачки и кока-колы… вот какое ужасное было это время, ужаснее не придумаешь!
– Наверное, тогда все просто умирали с тоски! –
сказали в полной предпраздничной тишине Американские Горки. –
Вообразите себе нудное раскачивание на этих качелях… метр вверх, метр вниз,
метр вверх, метр вниз… – и так до бесконечности. Ничего себе, острое ощущение!
– Просто смех, а не острое ощущение, – донеслось со стороны Автопарка. –
Наверное, никто и не визжал тогда…
– Да уж, конечно! – подхватил Павильон Страха. – А если и визжал, то уж, во всяком случае,
не трясся… чего ж трястись-то в метре от земли?
Ворвавшийся в городской парк Вечерний Ветер со свистом пронёсся по блестящим рельсам
Американских Горок, потанцевал на глянцевой поверхности Автопарка,
заглянул в Павильон Страха и вылетел оттуда с веселым поухиванием.
А потом от нечего делать тронул Старые Качели, которые жалобно скрипнули…
– Они ещё и скрипят! – с отвращением воскликнули Американские Горки. –
Хорошенькое занятие – качаться взад-вперёд под скрип брёвен…
– Бесплатное удовольствие! – усмехнулся Павильон Страха. – Но ничего не поделаешь:
тогда ещё не знали, что такое настоящие дорогие аттракционы.
Ответом на его слова был тоненький скрип Старых Качелей – такой жалобный,
что дорогие аттракционы прохохотали до утра.
А наутро в городской парк вбежала весёлая орава детей.
Дождавшись, пока будут перерезаны все ленточки до одной, орава ринулась в неизвестное.
До чего же весело взлетали дети к небу на Американских Горках, до чего громко визжали,
сталкиваясь в Автопарке с разными машинками, до чего сильно тряслись, выходя из Павильона Страха!
А потом… что ж потом?
Потом, налетавшись, навизжавшись и натрясшись, дети собрались в дальнем углу парка,
у Старых Качелей. И принялись по очереди раскачиваться: метр вверх, метр вниз,
метр вверх, метр вниз… – под едва слышный скрип брёвен.
– Идите сюда! – кричали детям дорогие аттракционы. – На что вам эти Старые Качели?
Они только и делают, что скрипят!
– Они не скрипят, – отвечали дети. – Они рассказывают… надо просто понимать их язык:
скрип-скрип, скрип-поскрип, скрипи-скрипи, скрип-поскрип!
Они рассказывают чудесные истории из далёкого прошлого… Про небольшое озеро, про сверкающий каток,
про узорчатые беседки – и даже про то, как однажды Дедушка поцеловал Бабушку!
– Но мы тоже умеем рассказывать! – за всех обиделись Американские Горки. –
Мы говорим на языке металла и искр. Мы говорим о прекрасной Америке, о покорении индейцев,
об охоте на диких животных в саваннах и прериях…
– Только вы ведь рассказываете свои истории за деньги, а Старые Качели – бесплатно, –
отозвались дети, стараясь не пропустить своей очереди качаться на Старых Качелях.
– Чем же это бесплатные истории лучше, чем истории за деньги? –
недоумённо воскликнули хором Американские Горки, Автопарк и Павильон Страха.
Дети с удивлением посмотрели на дорогие аттракционы и пожали плечами:
ещё никто и никогда не задавал им такого вопроса… такого очень и очень странного вопроса!
Они не знали на него ответа, но одно знали точно: самые лучшие на свете истории –
это истории, которые рассказывают бесплатно.
Картина Blish Carolyn 
ofenya
