СКАЗКА ЕВГЕНИЯ КЛЮЕВА
…и в один прекрасный день у двух диванных подушек просто лопнуло терпение —
именно так внезапно оно всегда и бывает.
Это, конечно, не означает, что диванные подушки взорвались, по комнатам полетели пух и перо,
а все подумали, что настала зима, и стали натягивать на себя тёплые вещи… отнюдь нет!
Терпение у диванных подушек лопается так же, как и у людей, а когда у людей лопается терпение,
они просто‑напросто оказываются не в состоянии больше терпеть того, что прекрасно терпели раньше.
ofenya
Вот и диванные подушки оказались не в состоянии больше терпеть присутствия в комнате
Раковины-с-Океаном-Внутри.
— У меня есть один знакомый жучок, он живёт где‑то в стене за моей спиной, —
заговорщически сказала Первая Диванная Подушка Второй Диванной Подушке. —
Его имя Древоточец. И сегодня я наконец попрошу его разобраться с этой раковиной.
— Дре-во-то-чец, — по слогам повторила Вторая Диванная Подушка. — Что означает это имя?
— Ах, точно я не помню, — призналась Первая Диванная Подушка. —
Но как раз сейчас он поедает стены нашего дома…
у него, видите ли, очень мощные челюсти. Не знаю, когда именно, но однажды в конце концов
он съест эти проклятые стены — и мы окажемся на свободе, под открытым небом.
— Скорей бы уж! — мечтательно вздохнула Вторая Диванная Подушка, совсем не задумываясь о том,
что двум диванным подушкам делать на свободе, под открытым небом…
— Однако речь сейчас не об этом, — не позволила ей мечтать Первая Диванная Подушка.
— Сейчас речь о том, что у нас с Вами лопнуло терпение.
— Ах, да! — тут же вернулась в реальность Вторая. — У нас именно что лопнуло терпение!
Ибо каждый, кто приходит в дом, немедленно прикладывает ухо к этой уродливой раковине,
которая валяется на подоконнике. В то время как уши, со всей очевидностью, существуют не для того,
чтобы прикладывать их к раковинам, а для того, чтобы прикладывать их к подушкам.
Потому мы и называемся — под-ушки.
— И каждый не только прикладывает к ней ухо, — с яростью продолжала Первая Диванная Подушка, —
но ещё блаженно улыбается и говорит: "Я слышу, как шумит океан!"
— И у нас, стало быть, лопнуло терпение, — подытожила Вторая Диванная Подушка и с недоумением закончила:
— А при чем тут Ваш Древоточец, который поедает стены?
— Я попрошу его ночью заползти в эту раковину и посмотреть, что там у неё внутри на самом деле.
Очень сомневаюсь, что там может поместиться океан… океан раз в пять больше, чем эта раковина!
— Значит, океана там не обнаружится — и тогда мы расскажем всем гостям,
что ничего такого внутри у этой раковины нету! —
наконец дошло до Второй Диванной Подушки.
Первая Диванная Подушка посмотрела на неё как на безумную.
— Да кто ж нам с Вами поверит, голубушка, если мы такое начнём ни с того ни с сего рассказывать-то?
Кому же не понятно, что ни одна подушка не может заглянуть внутрь раковины…
они ведь, раковины эти, все извилистые внутри! Подушке в них ни за что не пролезть.
— Хм, но… но если нам всё равно никто не поверит, зачем же посылать туда Вашего Древоточца?
— А затем, что у него мощные челюсти, пуховая Вы голова!
И этими мощными челюстями он прогрызёт в раковине огромную дыру.
Тогда-то всем и каждому даже без нас станет понятно, что океана не может быть в дырявой раковине.
— Вы гениальны, — просто сказала Вторая Диванная Подушка.
— В мою пуховую голову такого злодейства никогда бы не пришло! —
Она немножко помолчала и всё-таки спросила на всякий случай:
— А не опасно посылать Вашего Древоточца в раковину? Вдруг там действительно океан?
Первая Диванная Подушка вздохнула и с презрением произнесла:
— Не хватало только, чтобы и Вы начали повторять эти глупости вслед за остальными!
Вторая Диванная Подушка очень смутилась и больше вопросов не задавала.
А вечером обе они уже провожали Древоточца в раковину.
Древоточец оказался бравым малым, состоявшим почти из одних челюстей.
Огромные эти челюсти с трудом размещались на микроскопическом рыльце и без конца двигались —
Вторая Диванная Подушка даже испугалась, как бы Древоточец тут же не загрыз кого-нибудь из них.
А тот, увидев её испуг, произнёс с неприятной улыбкой:
— Не бойтесь, мадам! Я не прикасаюсь к подушкам. Не очень-то большая радость — загрызть Вас,
а потом услышать от родных и близких: у тебя, дескать, рыльце в пуху!
Сказав так, Древоточец бодро отправился заползать в раковину.
В доме стало тихо. Тем не менее диванные подушки изо всех сил напрягали слух,
чтобы как можно отчётливее слышать скрежет прогрызаемой насквозь раковины.
…а скрежета всё не было и не было. Впрочем, когда они совсем уже отчаялись,
до них всё‑таки донеслись звуки — правда, совсем не те, которых они ожидали.
— Плюх! Буль-буль-буль…
Диванные подушки в ужасе посмотрели друг на друга: они знали, что такие звуки издают те,
кто падает в воду и идет ко дну.
Впрочем, шум океана тотчас же и заглушил эти неожиданные звуки…
ofenya
