фрагмент произведения для иллюстрации:

"... Впрочем, самую творческую из нас личность Игоря бывшим солдатом можно было назвать только с большим натягом. Хоть и призывался он в танковые войска, но в танковых баталиях не участвовал, из пушек отродясь не стрелял, а грозные машины видел только один раз, да и то из окошка штабного автомобиля. Игорь служил при большом полковом начальстве писарем. Многое умел, многое знал, писал в клубе всякие плакаты: «Солдат, люби Родину, - мать твою!» и сочинял стихотворную лирику для влюбленных прапорщиков и младшего офицерского состава. Даже под гнетом защитных погон рядового состава, Игоря преследовало удивительное состояние творчества, когда человек кажется красивее, умнее и выше себя. За все это он получал внеплановые увольнительные, которые использовал для собственных амурных похождений. Словом, Игорь был приятным во всех отношениях человеком, и его скромная физиономия расплывалась в приветливой улыбке даже во сне. Вскоре, творческий ум помог ему «закосить» под больного и успешно комиссоваться из армии, не прослужив и половины срока. Хотя, по слухам, причина досрочного дембеля оказалась более скандальной: молоденький, хваткий писарь сильно понравился жене замполита полка, которая, к неудовольствию мужа, стала часто пропадать в полковом краснознаменном клубе, готовя какую-то самодеятельность. Ее самодеятельность закончилась тремя днями в гражданской больнице, где ей успешно сделали аборт. В это время суетливый замполит мучительно вспоминал, когда же он в последний раз спал с женой? После двух лет интернациональной помощи еще Вьетнаму, женщины ему стали не нужны. Вероятно, замполит и помог писарчуку сказаться больным и уехать от греха подальше. "

Замечания художника-иллюстратора по вышеизложенному фрагменту ( одно из писем писателю ):

Здравствуйте, Николай!

Консультация от стармеха.

В каком полку служили? ( судя по "шатбному автомобилю" - не служили ни в каком ), внесу правку для правдоподобности.

По поводу персонажа Игорь. Чтобы произведение выглядело правдоподобным, примите совет.
В армии я не встречал подобного карьерного взлета. Он был просто невозможен. Как попадали в "штабные"? Либо через учебку кодировщиков или шифровальщиков, которые находились под контролем КГБ, но тогда штабной был прикомандированным, в данном случае к танковой части. Но Игорь не был шифровальщиком или кодировщиком. Потому что те вообще никаких плакатов не могли рисовать в принципе, ибо были под грифами.
И выползали из-за своей оцинкованной двери только пожрать.
Что касается писарей, - через "тернии" двойной нагрузки. То есть - год-полтора парень пашет обычным механиком-водителем, за ним закреплена машина, и он, приходящий с машинодрома, весь в мазуте и грязи, вынужден еще ночь напролет рисовать эти самые плакаты " Про Родину ".
Он не мог существовать без танка - армия сурова, ни кому не было поблажек.
Сразу в полковые или дивизионные писаря не попадали, никакой блат тут не работал. Начинали с ротных или батальонных ( если очень повезет ).

Особое замечание. !!!!

" из окна штабного автомобиля " - это вообще бред.

Уберите - ибо покажетесь полным профаном.
Штабной автомобиль, как таковой, появлялся раз в полгода в виде кунга, в котором никто, кроме начальника штаба и водилы не ездил. Случалось это на КШУ или полковых учениях. Все писаря едили, как и все - в Уралах или Зилах с тентованной крышей, а чаще всего - на своих же танках, закрепленных за ними, которые пригонялись на учения для смотра техники высоким начальством. Игоря просто не существует, с армейских позиций.
Консультация от специалиста-"мазуты" 2-го класса, отпахавшего двойную дозу солдатского бытия. ))))

С уважением, Александр.

Ответ писателя на замечания художника:

Рад приветствовать Вас, уважаемый Александр!



В каком полку служили?

После окончания ВВУТЛКК (вольск. высш. воен.уч.тыла) мел удовольствие служить в 4-й воздушно-десантной бригаде спецназа на должности зам начальника тыла бригады.

Ей богу, не знаю как в других частях, но себе в службу на должность делопроизводителя (писаря) я обычно брал ребят, которые кроме общих способностей, имели талант к оформительству. Умели и ужин приготовить, я язык за зубами держать. Конечно, все солдаты попадали в спецназ после учебки. Обычно писарь числился солдатом или сержантом в хозвзводе, но службу нес в кабинете штаба, иногда даже спал там, трапезничал на кухне офицеской столовой, а в увольнения ходил тогда, когда ему вздумается (если, конечно, к нему не было претензий).

Был и штабной ГАЗик, на котором писарь, бывало, по моей команде или по команде начальника тыла ездил для выполнения тех или иных мелких поручений (например, привезти спирту для поднятия духа молодого офицерского состава на период "прыжков"). Т.н. прыжки с парашютом были неотъемлимой частью нашей службы (за исключением Афгана). Они продолжались два-четыре дня и в это время мы жили в полевых условиях поближе к аэродрому.

Тем не менее, я благодарен за Ваши замечания. Они вполне своевременны. Поскольку, все-таки, спецназ это не показатель общеармейской службы. У нас было все немножко по-другому и вполне не исключено, что у возможного читателя в голове возникнут сомнения по поводу этого фрагмента.

С уважением,
Николай
забавно бывает ошибиться ))))