Господь дал людям две руки,
Бутыль, чтоб руки зря не висли,
А также ум, чтоб мудаки
Воображали им, что мыслят

Лепя людей . в большое зеркало
Бог на себя глядел из тьмы.
И так оно его коверкало ,
что в результате вышли мы

Не знаю глупей и юродивей,
чем чувство – его не назвать,
что лучше подохнуть на родине,
чем жить и по ней тосковать.

Судьба способна очень быстро
перевернуть нам жизнь до дна,
но случай может высечь искру
лишь из того, в ком есть она.

Свобода - это право выбирать,
с душою лишь советуясь о плате,
что нам любить, за что нам умирать,
на что свою свечу нещадно тратить.

Будь сам собой. Смешны и жалки
потуги выдуманным быть;
ничуть не стыдно - петь фиалки
и зад от курицы любить.

Друзьям имею, что сказать -
Мы мыслим, - значит существуем!
А кто зовет меня дерзать -
Пускай кирпич расколет хуем!

Мы постигаем дно морское,
Легко летим за облака
И только с будничной тоскою
Не в силах справиться пока .

Летит по жизни оголтело,
Бредет по грязи не спеша
Мое сентябрьское тело ,
Моя апрельская душа.

Наш разум лишь смехом полощется
от глупости, скверны и пакости,
а смеха лишенное общество
скудеет в клиническом пафосе.

До пословицы смысла скрытого
Только с опытом доживаешь:
Двух небитых дают за битого,
Ибо битого - хер поймаешь!

Друзьями и покоем дорожи,
люби, покуда любится, и пей,
живущие над пропастью во лжи
не знают хода участи своей.

Я заметил на долгом пути,
что, работу любя беззаветно,
палачи очень любят шутить
и хотят, чтоб шутили ответно.

Сам себе не являя загадки,
от себя не стремлюсь я укрыться:
если знаешь свои недостатки,
с ними легче и проще мириться.

Живя в загадочной отчизне,
из ночи в день десятки лет
мы пьем за русский образ жизни,
где образ есть, а жизни нет.


Господь жесток. Зеленых неучей,
Нас обращает в желтых он,
А стайку нежных тонких девочек -
В толпу сварливых, грузных жен.

Когда в семейных шумных сварах
Жена быват неправа,
Об этом позже в мемуарах
Скорбит прозревшая вдова.

Я по любви попал впросак,
Надев семейные подтяжки,
Но вжился в тягу, как рысак,
Всю жизнь бегущий из упряжки.

Мое счастливое лицо
Не разболтает ничего;
На пальце я ношу кольцо,
А шеей чувствую его.

Завел семью. Родились дети,
Скитаюсь в поисках монет.
Без женщин жить нельзя на свете,
А с ними - вовсе жизни нет.

Я забыл подружек стаю
Бросил спорт и онанизм,
Я теперь в семью врастаю,
Как кулак в социализм.

Чтобы не дать угаснуть роду,
Нам Богом послана жена,
А в баб чужих по ложке меду
Вливает хитрый сатана.

Семья - надежнейшее благо,
Ладья в житейское ненастье,
И с ней сравнима только влага,
С которой легче это счастье.

Не брани меня, подруга,
Отвлекись от суеты,
Все и так едят друг друга,
А меня еще и ты.

Для домашнего климата ровного
много значит уместное слово,
И от шепота ночью любовного
Улучшается нрав домового.

А Байрон прав, заметив хмуро,
Что мир обязан, как подарку,
Тому, что некогда Лаура
Не вышла замуж за Петрарку.

В идилии всех любящих семей
Где клен не наглядится на рябину,
Жена из женской слабости своей
Увесистую делает дубину.

Теперь я понимаю очень ясно,
и чувствую, и вижу очень зримо:
не важно, что мгновение прекрасно,
а важно, что оно неповторимо.

Восторжен ум в поре начальной,
кипит и шпарит, как бульон;
чем разум выше, тем печальней
и снисходительнее он.

Был юн и глуп, ценил я сложность
своих знакомых и подруг,
а после стал искать надежность,
и резко сузился мой круг.

Учусь терпеть, учусь терять и при любой житейской стуже учусь, присвистнув, повторять "Плевать, не сделалось бы хуже :) "

В небо глядя, чтоб развеяться,
я подумал сегодня вечером.
Если не на что надеяться,
то и бояться впрочем нечего.

Я стараюсь вставать очень рано и с утра для душевной разминки, сыплю соль на душевные раны и творю по надежде поминки.

Если рвется глубокая связь, боль разрыва врачуется солью. Хорошо расставаться, смеясь над собой, над разлукой, над болью...

Ушиб растает, кровь подсохнет. Остудит рану жгучий йод. Обида схлынет. Боль заглохнет. А там, глядишь, и жизнь пройдет.

Господь, лепя людей со скуки, бывал порою скуповат. И что частично вышли суки он сам отчасти виноват.

Есть в речах политиков унылых много и воды, и аргументов. Только я понять никак не в силах, чем кастраты лучше импотентов.

Вся наша склонность к оптимизму - от неспособности представить какого рода завтра клизму судьба решила нам поставить.

Мне странны все, кто Богу служит,
азартно вслух талдыча гимны;
мой Бог внутри, а не снаружи,
и наши связи с ним интимны

Суров к подругам возраста мороз,
выстуживают нежность ветры дней,
слетают лепестки с увядших роз,
и сделались шипы на них видней.

Господи, в интимном разговоре
дерзкие прости мои слова:
сладость утопических теорий -
пробуй Ты на авторах сперва.

Сперва полыхаем, как спичка,
а после жуем, что дают;
безвыходность, лень и привычка
приносят покой и уют.

Свобода - это право выбирать,
с душою лишь советуясь о плате,
что нам любить, за что нам умирать,
на что свою свечу нещадно тратить.

Очень много лиц и граждан
брызжет по планете,
каждый личность, но не каждый
пользуется этим.

Изведав быстрых дней течение,
я не скрываю опыт мой:
ученье – свет, а неучение –
уменье пользоваться тьмой

Строки вяжутся в стишок,
море лижет сушу,
дети какают в горшок,
а большие – в душу.

Душа отпылала, погасла,
состарилась, влезла в халат,
но ей, как и прежде, неясно,
что делать и кто виноват.

Бывает – проснешься, как птица,
крылатой пружиной на взводе,
и хочется жить и трудиться;
но к завтраку это проходит:)))

С людьми я избегаю откровений,
не делаю для близости ни шага,
распахнута для всех прикосновений
одна лишь туалетная бумага.

Зря девки не глядят на стариков
и лаской не желают ублажать:
мальчишка переспит - и был таков,
а старенький - не в силах убежать

Всем дамам нужен макияж
для торжества над мужиками:
мужчина, впавший в охуяж,
берётся голыми руками.

Пока ещё в душе чадит огарок
печалей, интереса, наслаждения,
я жизнь воспринимаю как подарок,
мне посланный от Бога в день рождения.


Одним дышу, одно пою,
один горит мне свет в окне-
что проживаю жизнь свою,
а не навязанную мне.

"Вчера взяла меня депрессия, напав и взяв из-за угла.
Завесы серые развесила и мысли чёрные взяла.
А я не гнал мерзавку подлую, я весь сиял её маня.
И с разобиженною мордою - она покинула меня."

Нам хочется любви и острых ощущений,
И у людей, наверно, в том беда,
Что не хватает время разобраться
Где - флирт, где - похоть...,где - судьба..

Супружескому долгу верен,
Я исполнять его готов
Не только в собственной постели,
и за прочих мужиков!

«Блажен, кого тешит затея
и манит огнями дорога;
талант – сочиняет, потея,
а гений – ворует у Бога».

В России нынче пакостней всего
привычка от партера до галёрки
снимать штаны задолго до того,
как жопа назначается для порки.

Я государство вижу статуей:
мужчина в бронзе, полный властности;
под фиговым листочком спрятан
огромный орган безопасности.

Душа не потому ли так тоскует,
Что смутно ощущает мир иной,
Который где-то рядом существует,
Окрашивая смыслом быт земной.

Россия веками рыдает
О детях любимых своих;
Она самых лучших съедает
и плачет печалясь о них.

Хоть пыл мой возрастом уменьшен,
но я без понта и без фальши
смотрю на встречных юных женщин
глазами теми же, что раньше.

С каждым днём ты — заметно "мудрей":
В замутнённом, капризном сознании
Зреют почки бредовых идей,
Вырастающих в новые мании.

Разноплановость этих затей
Поражает своей безрассудностью:
Всё, что в детстве когда-то хотел,
Воплощается в старческой нудности.

Дал бы мыслям и телу покой...
Как же старость страшит интригующе, —
Вдруг и я стану тоже такой:
Что ни палец — то перст указующий... :-)