Когда-то мне тоже хотелось, чтобы меня все любили, потому что в детстве не досталось столько любви и поддержки, сколько мне хотелось бы. Я завидовала тем, кому досталось. Я оправдывала свои жизненные неудачи тем, что мне не досталось. Но неудач от этого не становилось меньше. Когда-то я верила в то, что если я еще чуть-чуть поднапрягусь, то меня обязательно все полюбят, и тогда моя жизнь превратиться в сказку. Но чем больше я напрягалась, тем бессмысленнее становилась жизнь.

Мир невозможно прогнуть под себя. Кто-то обязательно будет меня не любить. И имеет на это право. Ожидая любви от другого, я покушаюсь на его свободу не хотеть и не любить. Ожидая от себя всеобъемлющей любви, я покушаюсь на свою свободу не хотеть и не любить. Невозможно чувствовать себя счастливым и полноценным, сломавшись под ожиданиями других. Не предавайте себя. Нет выбора быть кем-то другим, есть выбор, уважать себя или осуждать себя. Будет ли человек доволен жизнью, если осуждением себя он уничтожает в себе желание жить?

Мир такой, какой есть, каждый человек такой, какой есть, любить всех - любилка сломается. Достаточно не наступать другому на ногу, а любить его необязательно. Невозможно насытить другого человека любовью, если он тут же превращает эту любовь в самоосуждение.

- Ты прекрасно выглядишь сегодня!
- Да нет, это просто я голову помыла.

Многие не замечают, как пытаются получить то, что невозможно в настоящем - родительскую любовь в младенчестве, отказываясь принимать то, что доступно сейчас, и в результате оставаясь вечно неудовлетворенными.

Ответственность и другая ее сторона, свобода, - вещи безжалостные. Жалость к себе ослабляет человека и ставит его на место жертвы. Жертва сама себе палач. Война с самим собой отнимает столько сил, что оглядеться вокруг и увидеть, что другие такие же, как ты, не хуже и не лучше, и хотят не меньше - на это уже нет ресурса.

Не было в детстве велосипеда? Что тогда оплакивать? Его же не было. Когда ты решил, что он должен был у тебя быть? Просто потому, что ты так хотел? Просто хотеть недостаточно. И ни один родитель не в силах дать ребенку всего, чего ему хочется. Мало того, человек так устроен, что не умеет ценить то, что не добыто собственными силами, а поэтому, чем больше бесплатно даешь, тем менее это ценно для другого. А, не ценя собственные усилия, невозможно научиться ценить чужие. Внимание к детям - это не тогда, когда ребенок ни в чем не нуждается, а когда родитель ощущает разницу между радостью и развращенностью.

Жалость и сострадание - это разные вещи. Жалость ставит одного выше другого и происходит из гордыни, а гордыня из страха беспомощности перед чем-то, что или кто сильнее меня. Сострадание - это когда мы одной крови, ты и я, мы оба живые и ранимые, я могу представить себе как там может быть тебе. Любовь безжалостна и сострадательна.

http://anna-paulsen.livejournal.com/799435.html

Одна моя знакомая на днях мне сказала: “Мы своего Ванечку водим на теннис. Не для того, чтобы он добился каких-то успехов. Так, для поддержания образа жизни”.

“Ох ты боже мой, как пафосно! - подумал я. - Образ жизни. Можно подумать! Теннис два раза в неделю, светские мероприятия, гольф, охота на лис. Сигара после обеда. Какой образ жизни в неполных пять лет?”

Но потом я задумался - разве мне не хотелось бы того же для своих детей? Чтобы они, когда вырастут, регулярно ходили в спортзал, посещали театр, читали книги? Чтобы не забывали посещать родственников, следить за собой? Разве дело не в образе жизни? Разве не этого мы хотим? Нам не так важно, чтобы ребенок научился читать, сколько, чтобы он приобрел такую привычку - читать. Нам не так важно запихнуть в ребенка эту конкретную брокколи - нам важно, чтобы ребенок научился правильно питаться. Мне, например, не важно, чтобы ребенок, знал сколько микробов погибает во время мытья рук. Мне важно, чтобы он руки мыл.

Выходит, что “образ жизни” - это именно то, что мы должны формировать в ребенке, чтобы он в дальнейшем успешно формировал себя. Правильный образ жизни - это конечно не полный, но вполне близкий к этому образ того, что я хочу видеть в своем ребенке. Но мы сами очень часто про это забываем. И на плакатах у нас микробы, вместо напоминаний. И усиленными занятиями воспитываем ненависть к книгам. И за съеденное брокколи обещаем пакетик чипсов, тем самым устанавливая в голове у ребенка совершенно иную иерархию ценностей.

Но главное - даже не это. Главное, это то, какой мы сами пример подаем детям. Общеизвестно, например, что любовь ребенка к чтению зависит не столько от количества занятий, сколько от того, есть ли вообще в доме книги и насколько активно они используются взрослыми. То есть бессмысленно формировать образ жизни ребенка, если у тебя самого в жизни кавардак. И хотя - по себе знаю - взрослого человека уже не переучишь, но все же можно ведь притвориться, правда?Потому, что у самих у нас с этим полный провал. Мое поколение - а мне сейчас тридцать три - очень плохой пример образа жизни. Нас, выросших в период разрушения Советского Союза, принято считать потерянным поколением. Считается, что это потому, что мы выросли без какой-либо идеологии.

Но помимо идеологии, которая, если честно, не особо-то всех тогда интересовала, в Советском Союзе был образ жизни. Люди ходили друг к другу в гости, плавали на байдарках, брали почитать книги, следили за премьерами спектаклей и кино. На каждом втором балконе стояли лыжи и почти со всех из них хотя бы раз в год стряхивали пыль. У людей было время на что-то, кроме работы и пробок. На свой образ жизни. Один мой знакомый рассказывал, что в 70-е годы он изучал французский язык. Довольно долго и глубоко. Не имея никаких шансов увидеть Париж. Просто потому, что ему так нравилось.

Однако обстоятельства сложились так, что мы выросли без сформировавшегося образа жизни. И если идеологию каждый сам себе выбирает рано или поздно, то без образа жизни многие так и живут. Мы работаем по 12 часов в день, не видя наших родных и семью. Мы отдыхаем, не зная чем себя занять. Мы все время куда-то опаздываем, упуская главное и забывая важное. Мы смеялись над кострами и изгибами гитары, мы избегали поездок на дачу, на картошку, мы ненавидели абонемент в Консерваторию.

Но когда мы стали самостоятельны, оказалось, что на замену у нас ничего-то и нет. Если мы как поколение и потеряли что-то, то это именно образ жизни.

Я не хочу такого для своих детей. Я хочу, чтобы тот кусок жизни, что им достанется, они съели спокойно, не торопясь и с удовольствием. Поэтому я, пожалуй, начну с завтрашнего дня формировать их образ жизни. Возможно даже - чудеса бывают - своим примером.
Конечно, для кого-то мое маленькое открытие было всегда очевидно. Кто-то сознательно, как упомянутая мама, или бессознательно всю жизнь формирует в ребенке образ жизни. Целенаправленно и уверенно. Молодцы.

Однако для кого мои слова точно пустой звук, так это для нашей образовательной системы. Понятия "образ жизни" в ней просто нет. Долгое время считалось что задача образования - это дать знания. В итоге получили кучу людей, знающих, что такое “молярность”, но не понимающих, что с этим знанием делать. Потом решили, что главное не знание, а умение его добывать. Закономерный результат - это человек, который при необходимости может воспользоваться Гуглом, но гораздо чаще пользуется пультом и пивом.

Когда-нибудь мы поймем, как важно формировать в ребенке потребность в знаниях - так же, как формируется потребность в физической активности. И так же, как у привыкшего правильно питаться формируется потребность в свежих овощах.

Если мы хотим, чтобы ребенок не пасовал перед трудностями, гармонично развивался, чтобы все у него в жизни было хорошо - нам надо думать именно над его образом жизни. Не над тем, сколько знаков в минуту читает ребенок. Не над тем, сколько из пресловутых ста книг он прочтет. А над тем, чтобы ни дня без страницы. Чтобы это просто вошло в привычку. Ведь даже само слово "привычка" у нас зачастую сразу идет в комплекте со словом “дурная” А наша задача - прививать хорошие добрые привычки.

http://letidor.ru/article/zhizn_kak_obraz_35371/

Ребенок, переживший травму брошенности (отвержения), в своей беспомощности теряет связь с доверием к себе и, тем самым, с доверием к другим людям. Он научается отвергать себя и других, противопоставлять себе себя и других себе.

Это мир отчаянного одиночества "Я один против всех и все против меня". Нуждаясь в поддержке, он ее отвергает. Все, что он умеет - это жить в отвержении. И есть два способа в нем выжить:

- научиться быть невероятно сильным и самостоятельным, не допуская даже мысли о том, что на кого-то в какие-то моменты жизни можно положиться, у кого-то можно попросить помощи, и истощаясь в своем одиночестве;

- или уйти в идеи далекие от реальности, начиная от банальных "Когда я добьюсь того-то и того-то - я буду счастлив" и заканчивая уходом в виртуальный мир психотика, совсем оторвавшись от реальности.

В близких отношениях такой человек, сам того не осознавая, постоянно тестирует партнера на верность, преданность, любовь, снова и снова отвергая его и бессознательно моля его о том, чтобы остался. Свою беспомощность ему осознавать страшно, ведь где я беспомощен, там я попадаю в свой травматический опыт покинутости, поэтому беспомощность проецируется на партнера, что только подкрепляет потребность в тестировании, в стиле: "Докажи мне, на что ты способен ради меня".

Восстановление доверия начинается с себя, с восстановления связи с собой, восстановления человечного отношения к себе. Не имея такой опоры внутри, никакие внешние доказательства не способны переубедить человека в том, что другому можно доверять. На другого ведь проецируется и собственная жестокость к себе, собственная отвергающая часть, если человек не осознает и этого процесса внутри своей личности. И любые попытки поддержать и помочь будут интерпретироваться в угоду концепции отвержения:

- он просто пытается быть вежливым;
- ему просто что-то от меня надо;
- он хочет залезть мне на шею
и т.п.

Любовь, к себе ли, к кому-то другому, - это продукт отношений, прежде всего отношений с собой. В этом мире так мало мира, потому как его мало внутри каждого человека, мало человечности, потому что ее мало внутри каждого человека, мало уважения и внимания, потому что мало его внутри. Если я проецирую на окружающую среду свои отрицаемые, неосознаваемые конфликты, то и обращаться я с окружающей средой буду точно как с конфликтной. Мы сами создаем нашу реальность своими проекциями, и она отвечает нам вполне адекватно нашему представлению о ней.

http://anna-paulsen.livejournal.com/802554.html

Умоляю вас, не живите ради детей! Им не только это не нужно, им это вредно… Сколько поломанных судеб, разбитых сердец, обид и недопонимания! Я вижу женщин, которые отказываются от всего в жизни ради детей. А потом я вижу тех детей, ради которых от всего отказывались. Зрелище это грустное.

Мама вырастила Ваню одна. Так и не вышла замуж, вкладывала все в сына, купила ему квартиру, оплатила университет. Он стал замечательным мужчиной, успешным. Вот только ему уже пятьдесят. Он никогда не был женат, у него нет детей. Всю жизнь пытался вернуть маме неоплатный долг. Не получилось.

Отец Ксюши работал днем и ночью ради детей. У него были большие планы – особенно на дочку. Она была способной. И он мечтал, что она станет врачом. Накопил ей на университет. А она отказалась. Она захотела жить своей жизнью. По-другому. Хотела стать художницей. Тогда папа попытался ее образумить – и выставил ей счет. Посчитал туда все – сколько стоило ее обучение в школе, кружки, одежда, еда. И потребовал эти деньги вернуть. Надо ли говорить, что Ксюша больше своего отца не видела? Прошло уже более тридцати лет с того дня.

Мама ради Иры отказалась от личной жизни. После развода не ходила на свидания, боялась травмировать дочь. Дочь выросла и не может оставить маму. Не может ходить на свидания. Не может даже допустить мысль о том, чтобы оставить маму и заняться своей жизнью. Ире уже сорок. Ни разу не была замужем. Детей нет.

Родители Игоря и Жени были очень и очень хорошими. Они делали все для детей, все, что могли, и даже то, чего не могли. Семья всегда казалась дружной, семейные праздники, отпуск. Только во всем этом родительстве они потеряли супружество. Их больше ничего не связывало. Они прожили вместе тридцать лет, как папа и мама. А потом, когда дети ушли, просто развелись. Женя до сих пор не может прийти в себя от этого величайшего обмана. Ей уже тридцать семь, но замуж она не хочет. Боится повторения такой же грустной истории. Ведь мама после развода очень быстро угасла.

Гоша поздний ребенок. Над ним всегда тряслись, его опекали, о нем заботились, даже слишком. Сказать по правде, его мама просто отчаялась ждать принца и решила родить ребенка для себя. А потом она решила, что через Георгия сбудутся все ее мечты. Она всячески пыталась сделать его вундеркиндом. Он занимался несколькими языками, ходил во множество кружков, играл на арфе… Мама гордилась им, и гостям всегда просила сыграть что-нибудь. Арфа это же очень экзотично! Гоше уже за сорок. Он в разводе. Его детей воспитывает другой мужчина. И Гоша не против. Он до сих пор не знает, чего хочет он сам. Он не стал вундеркиндом. Он не выдержал и сломался. Сейчас он просто пьет. До работы, вместо работы и после нее. Мама этого уже не видит.

Мало ли таких историй и много ли среди них веселых и радостных? Когда ребенок становится смыслом жизни, это слишком тяжело для него. Его словно засовывают в комнату, в которой однажды кончится воздух. Сначала так жить можно, но постепенно ты начинаешь задыхаться. Задыхаться в такой любви и заботе.
И мало того что ты двадцать лет – или кто сколько – живешь в такой душной пустыне, чаще всего ты остаешься должен. Тебе приносят счет, хотя казалось, что ты просто пришел в гости. И с радостью помог бы хозяевам – сам, по своей инициативе. Но когда тебе на блюдечке приносят счет за эти самые двадцать лет, когда каждый вдох обжигал все внутри…
Дальше есть варианты. Ребенок может оплачивать эти счета вечно. Как Ира или Ваня – из историй в начале статьи. Или устроить протест – начать пить, разорвать все связи – как Гоша и Ксюша… Редко кто способен понять и принять такое отношение родителей. Принять и понять, и при том не жертвовать своей собственной жизнью, своими интересами.
Поэтому я умоляю вас, не живите ради детей! Найдите себе другой смысл жизни, найдите другой смысл в материнстве и отцовстве. Чтобы маленькие мальчики и девочки, приходящие на эту планету, не становились заложниками и жертвами вашей «благотворительности» и опеки.

Пусть растут как Бог даст. Сколько дает и чего дает – того и достаточно. Кому-то сами собой образуются миллионы секций по способностям. И ребенок будет сам хотеть всего этого. А с кем-то не сложится, не получится этого. Значит, и не надо.
Любите своего мужа. Дети вырастут, а он останется с вами. Вы можете подать детям пример отношений, чтобы им хотелось семьи, детей. А можете отбить все желание, если будете помешаны на детских проблемах, игнорируя потребности мужа.
Любите себя. Не забывайте о себе в гонке за детским счастьем. Не отказывайтесь от платья ради нового робота. Не меняйте своего косметолога на репетитора. Если вы сами о себе не позаботитесь, то что вы сможете дать другим? Какой пример? Какую любовь? Откуда?
Ищите смысл жизни дальше материального пласта. Эта жизнь однажды закончится, даже если сейчас не хочется об этом думать. Духовная практика, религия, молитвы, чтение Священных писаний… Вы можете черпать силы там, вместо того, чтобы тянуть все это из детей.
Не живите ради детей, я вас умоляю. Когда мне встречаются такие люди, мне очень больно смотреть им в глаза. Я во многом узнаю себя и свою боль. Я вижу эти муки, разбитые сердца, опустошенные души. В их глазах – крики о помощи. Боль, отчаяние, вина….Они – как и все дети – очень хотят любить своих родителей. Но тогда они просто не выживут…

Дайте вашим детям возможность жить и дышать. Тогда они смогут расти и развиваться. Туда, куда им положено по судьбе. Наша роль, как родителей, проста – вовремя поливать, не закрывать от солнца, оберегать от вредителей. А дальше ребенок, как цветок, уже сам справится и проявит все лучшее, что в нем уже заложено свыше.

Ольга Валяева

Человек — существо всеядное. И мясо, и овощи... И еще много разной мусорной пищи... Ладно бы только речь шла о том, что есть из физической пищи. Но всеядность часто присутствует там, где речь идет вовсе не о теле, а о душе, о собственных чувствах и потребностях.

«Она постоянно навешивает на меня чувство вины», «он стыдит меня», «она говорит так, и я злюсь на это», «ее оскорбления очень обижают меня!»... Стоп! Чувство вины, например, нельзя «навесить» на человека. Вину можно проглотить вместе с неким правилом, которое кто-то тебе дал, и за нарушение которого следует наказание. Оскорбления от малознакомых людей вызовут очень сильную реакцию только тогда, когда съешь целую пригоршню идей о том, что мнение человека, сразу переходящего на оскорбления, имеет вес, что необходимо отстаивать свое доброе имя в глазах подонков, что... (добавить нужное по вкусу). Неприятно, дурно на вкус — да, возьми и выплюнь, потом прополощи рот. Отравляешься злостью и униженностью — значит, проглотил. Зачем?

Ребенок потребляет все эти и другие правила в огромных количествах, и трудно его за это упрекать — он действительно ест все, что дают, не в силах отличить. Но мы уже выросли... Что мешает сказать: «спасибо, я не собираюсь глотать твои обвинения, забери их себе». В ресторане мы выбираем из меню то, что хочется. Не все, правда. Кто-то ждет выбора партнера, присоединяясь к нему, потому что непонятно, чего хочется. А в чем проблема? Закажи наугад, попробуй, не понравится — больше не ешь, просто запомни, что это несъедобно. Нет, страшно ошибиться и потерять деньги, страшно приобрести новый опыт. А кто-то закажет несъедобное блюдо, попробует, и будет есть и давиться — чтобы не дай Бог окружающие не догадались, что ты пролетел с выбором. Или чтобы «отработать» затраченные деньги, вместо того, чтобы признать — да, я пролетел с выбором. Или чтобы не обидеть друга, который заказал это блюдо — будешь давиться и нахваливать...

Когда утрачен контакт со своим «Я», которое отвечает за выбор, разделение «своего» от «чужого», то начинаешь поглощать все, любые установки. Без того, чтобы их попробовать на вкус, и понять, нравится тебе это, или нет. Отказываешься от права формировать свою картину самого же себя, от доверия самому же себе...

- Вот мне кто-то кажет что-то про мои "грехи", и я сразу же чувствую свою вину.
- Ты всегда берешь то, что тебе дают? Откажешься от гнилого яблока?
- Ну да...
- А чего тогда берешь гнилые идеи? Ты же видишь, что они гнилые?
- Если продолжать эту тему, то, получается, что раз мне это яблоко протянули, значит, считают, что оно съедобное. А я, как послушная девочка, его съем, пусть даже мне будет плохо от этого. И буду всеми силами убеждать себя, что оно полезное.
- А сказать: «Это яблоко гнилое, что вы делаете?»
- Это же значит обидеть уважаемого человека! Он лучше меня знает, что для меня полезно! А вдруг это мама?

Еще есть постоянные сомнения в том, что твой выбор — правильный. «Я принимаю решение, но меня очень легко переубедить, даже давить на меня не надо». Вроде нашел свое решение, приготовил свое блюдо, но как только кто-то предлагает другое — отбрасываешь свое, и жадно впиваешься зубами в чужое...

Ничего страшного в том, что бы что-то заимствовать извне, нет - в конце концов, без этого заимствования мы бы так и остались младенцами без сознания и личности. Вопрос в том, чтобы определять: это мне подходит, а это - нет уж, извините, я этого есть не буду и в себя впускать тоже. Для этого нужно только одно: доверие своим чувствам. Если отравляешься от общения с кем-то — то что ты съедаешь отравленного? Если чувствуешь начинающуюся интоксикацию — можно всегда сказать: я отказываюсь есть твое блюдо. Уж очень оно неаппетитно на вкус. Возможно, я плохой повар, и свою жизнь готовлю не очень хорошо, и моя кулинария еще далека от совершенства. Но от вашей пахнет отравой, и мои неудачные попытки еще не повод, чтобы пробовать ваш яд... Заберите его себе — раз уж вы предлагаете мне его, то, возможно, считаете, что оно вкусно. Как, вы отказываетесь есть то, что предложили мне? Любопытно... Очень.

Но глотаем... Отравляемся, и снова идем к отравителям за новой порцией яда. Потому что отказывать «хорошим людям» плохо (интересно, кто накормил этой идеей нас в детстве?). Потому что ешь, а то больше тебе ничего хорошего не предложат. Потому что ты ничего не понимаешь в кулинарии. Потому что твое обоняние неправильное, тебе лечиться надо...

Не зря же иногда бывает, что для того, чтобы избавиться от чужой психологической отравы в виде установок и правил, требуется даже настоящая, физическая рвота...

Но лучше без крайностей. Голодный паек ничем не лучше всеядности. Меню нашей жизни разнообразно, и вкусные или полезные (а они иногда бывают горькими) блюда, приготовленные другими, прекрасно разнообразят рацион. Достаточно осознавать, кто это меню составляет.

Илья Латыпов, http://tumbalele.livejournal.com/83171.html

Мы привыкли относиться к своим болячкам как к чему-то плохому, чуждому, враждебному. Это естественно, ведь любое заболевание ограничивает наши возможности, мешает осуществлению планов, причиняет дискомфорт и страдания, угрожает самому нашему существованию - словом, так или иначе портит жизнь. Психосоматика – область психологии, занимающаяся исследованием психологических причин наших недугов – предлагает посмотреть на симптомы и болезни с другой стороны.

Немецкий психоаналитик Александер Митчерлих представлял развитие психо­соматического процесса (попросту заболевания) как последовательность срабатывания защитных сил психики. Эти защитные силы он образно называл эшелонами обороны:

Психосоциальный уровень – естественный ход жизни. Которая есть цепь последовательно возникающих задач развития и их решения. Каждый из нас обладает потенциалом и ресурсом для решения своих индивидуальных задач и реализации себя в этом мире.
Первый эшелон обороны. Психозащитный (адаптационный). Связан со сбоями в решении задач и вызванным этим дискомфортом, от которого нас спасают психозащитные и адаптационные механизмы.
Второй эшелон обороны. Психосоматический. Уровень возникновения симптома, когда душевный дискомфорт, не находя адекватного разрешения, переходит в телесный. Последний рубеж самообороны – саморазрушение. Психосоциальный уровень. Цикл «задача – решение».

Когда что-то происходит во внешнем мире, мы на это реагируем определенным поведением – подходящим в данном случае активным действием. В результате ситуация меняется нужным для нас образом.

Когда у нас возникает какая-то потребность, мы находим способы ее удовлетворения. Когда возникает чувство – выражаем его в тот же момент и по адресу – тому, кому оно предназначается. Когда необходимо что-то сделать – берем и делаем. Когда надо найти выход – думаем и находим. Когда для того, чтобы получить желаемое, необходимо договориться с другими людьми – идем и договариваемся. Когда на нас нападают – адекватно защищаемся…
Поэтому, в идеале, человеку хорошо бы уметь позаботиться о своем благополучии:

На уровне действий –

- понимать свои потребности (физические, материальные, психологические, социальные, духовные),

- уметь их удовлетворять приемлемыми, не вредящими себе и окружающим способами,

На социальном уровне –

- уметь договориться с этими окружающими,

- в том числе, уметь отстаивать свои границы в контакте с другими,

На психологическом уровне –

- распознавать свои чувства,

- уметь их выразить, опять же, безопасным для себя и других способом.

Но очень часто человеку не хватает того или иного из вышеперечисленных навыков.

Ребенок рождается беспомощным. Изначально он обладает очень небольшим набором реакций. Что может сделать младенец? Кричать, сосать, хаотически двигаться и спать, вот и весь поведенческий (вернее, скорей инстинктивный) репертуар… Всему остальному ему предстоит научиться. Как мы знаем, обучение не всегда проходит гладко. Но так или иначе большинство из нас приспособились к этой жизни с помощью некоторого набора навыков.

Первый эшелон обороны – психологическая защита. Когда задача становится проблемой.

Если человек не справляется с ситуацией на уровне действий, это причиняет ему дискомфорт. Наша психика устроена так, чтобы защищать нас от неприятных переживаний. Этот механизм совладания с ситуацией так и называется – психологическая защита. Это абсолютно нормальное свойство, которое выражается, например, в тенденции:

- забывать, искажать, не замечать, отрицать, обесценивать происходящее (ситуацию, чувства или свои потребности),

- когда-то «впадать в детство» и быть беспомощным, уходить от решения задачи, устранения препятствия или конфликта, избегать сложностей в принятии или реализации решений,

- переживать «социально приемлемые» чувства вместо табуированных (помните – злиться нехорошо, трусом быть стыдно, мужчины не плачут, удовольствие греховно?),

- замещать чувства действиями или наоборот, действия переживаниями, либо и то и другое заменять долгими размышлениями; или выражать свои чувства «не по адресу», более безопасному объекту; или подменять одну потребность другой, также более безопасной.

- компенсировать недостаточное развитие или отсутствие каких-либо навыков (чувствовать или думать, общаться или действовать) за счет хорошего владения другими (механизмы адаптации). И т. д.

Если человек в целом успешно справляется с ситуациями, причиняющими дискомфорт, то психологические защиты помогают ему не обращать внимания на небольшие конфликты и неудачи. Однако в ситуации сильного стресса, кризиса, серьезного конфликта интересов своих и другого человека, или внутреннего конфликта (чувств и долга, хочу и надо, притязаний и возможностей), тяжелой жизненной ситуации и прочее – эти защиты могут не срабатывать. Травмирующая информация накапливается в области бессознательного, и так называемые здоровые психологические защиты уже не справляются. Тогда психологический дискомфорт становится явным и проявляется в виде различных проблемных состояний:

- астения, ипохондрия, апатия, депрессия,

- навязчивые мысли или действия,

- бурное неконтролируемое выражение эмоций, неадекватное ситуации,

- чувство неуверенности, тревога, фобии, панические атаки

и т. п.

Это уже симптоматика, но пока еще в области психики. Часто уже на этом этапе мы обращаемся к доктору за таблеткой, чтобы снять неприятный симптом и двигаться дальше. Или к психологу, психотерапевту (и тогда решение находится). Но если причина проблемы не устраняется, то со временем вступает в действие

Второй эшелон обороны – психосоматический. Проблема становится симптомом.

Тело и психика неразрывно связаны. Эмоции мы ощущаем не только на уровне душевных переживаний, но и в теле. Злость и радость, испуг и отчаяние мы ощущаем по-разному. Работают определенные мышцы, вырабатываются определенные вещества, меняется кровоснабжение органов, дыхание, сердцебиение… В свою очередь, соматические изменения влияют на психическое состояние.

В случае, когда психика человека не справляется со страданием, развиваются физические симптомы. Как только это происходит, человек испытывает облегчение своего душевного состояния: боль переходит на телесный уровень.

- Это может быть постепенный процесс, когда заболевание появляется вследствие накопления травматических переживаний (и, соответственно, развиваются стойкие изменения в «органе-мишени»).

- А может быть достаточно быстрый, по принципу «последней капли» (например, конфликт на работе ведет повышению уровня стресса, который становится непереносимым, в результате падает иммунитет, и пожалуйста – простуда обыкновенная).

А вот маленькие дети и сделать ничего не могут, и потребностей своих с чувствами не понимают, а могут только бурно протестовать, а уж если им и это запрещают-наказывают… Тогда симптом может оказаться единственным способом заявить о том, что им необходимо. Поэтому симптомы у детей имеют свойство быстро и драматически развиваться, и так же быстро практически бесследно проходить, когда причина устранена.

Впрочем, последнее касается не только детей, но и нас с вами. Мы обладаем всем необходимым ресурсом для того, чтобы быть здоровыми и жить полноценной жизнью.
Однако, когда человек не получает поддержки в сложной для себя ситуации и не обучается боле зрелым способам реагирования, симптом остается единственной доступной возможностью удовлетворить потребность – вот тогда у него есть все шансы закрепиться. Симптом становится способом справиться с проблемой.

Таким образом, заболевание или симптом (боль, неприятное состояние, поведенческое нарушение) имеет для нас уже не только негативную окраску, но и очевидный позитивный смысл:

- Устранение непереносимого душевного дискомфорта;

- Возможность обрести контроль над своей жизнью, людьми и ситуацией (жизнь человека и его близких начинает «вращаться» вокруг симптома);

- Своего рода крик о помощи – порой болезнь = единственная возможность получить необходимую заботу от окружающих;

- Найти доступный выход, когда непосредственное разрешение ситуации по каким-то причинам затруднено;

- Орган-мишень, специфика заболевания и характер ощущений красноречиво сообщают нам о проблемной области. С одной стороны, это каждый раз индивидуально, с другой – наблюдаются очевидные закономерности.

Иными словами, симптом – это защита, адаптация, способ самовыражения и решения некой жизненной задачи в сложившихся условиях.

Каждый школьник знает, почему болеть хорошо. Например, можно не встречаться с противными сверстниками и преподами, тебя оставляют в покое, не ругают и не заставляют, родители хоть какое-то время не ссорятся и забывают о разводе, переживают за тебя, особенным образом заботятся (наверно все-таки любят?), можно заниматься чем хочешь (или не делать чего не хочешь)…

Трудно назвать это выгодой, потому что мы платим за эти возможности дорогую цену. Я скорее призываю обращать внимание на то, что симптом может значительно облегчать жизнь в каких-то ее аспектах. Тогда как решение задач взаимодействия и сотрудничества с людьми, конфликты, принятие решений, необходимость делать или переживать что-то неприятное, – существенно ее осложняет, а иногда делает невыносимой.

Последний рубеж обороны.

Иногда ситуация настолько мучительна, настолько угрожает существованию человека как целостности, что он буквально выбирает не жить в этом. Ситуация может быть запредельной как в реальности (нападение, насилие, катастрофа), так и на психологическом уровне (лишение внимания, заботы, любви, которое воспринимается как критическое для выживания).

Воздействие ситуации может быть разовое или длительное. Происходить на уровне отдельной личности или на уровне семейной системы, когда травматические факторы передавались и накапливались из поколения в поколение.

Тогда, парадоксальным образом, чтобы избавиться от этого невыносимого, человек выбирает… прекратить свое существование.

- Это может быть саморазрушительное поведение – зависимости, действия с высоким риском для жизни, суицидальные акты, физические травмы, болезни, приводящие к разрушению или потере органов и частей тела,

- Или психическое заболевание, когда человек разрушается как целостная личность.

Говорить о позитивном смысле в этом случае невероятно трудно, и всё же необходимо помнить, что это способ справиться с чем-то настолько тяжелым, что по сравнению с этим саморазрушение и смерть воспринимается как выход. Разумеется, причины такого выхода, как впрочем любого симптома, лежат за пределами сознательного.

Летучева Мария, http://www.mpl12.ru/node/264

Довольно распространённый случай, когда мы испытываем большое разочарование о того, что наши ожидания не совпадают с реальностью. Боль от разочарований всем знакома, и совсем избавиться от ожиданий – вряд ли возможно. И в близких отношениях ожидания как раз очень даже уместны. Я даже смею утверждать, что ожидания от партнёра – необходимый элемент близких отношений. Ведь близкого человека я знаю достаточно хорошо. Общаюсь с ним много и уже знаю, когда и что от него можно ожидать. Даже если он очень непредсказуемый и спонтанный человек. И это особенное искусство, которому близкие люди учатся вместе, – оправдывать хоть сколько-то ожидания друг друга, не ограничивая появлений самого себя. И, конечно, бывают разочарования. Но вот когда они вызывают боль?

Близкие люди в отношениях играют друг для друга разные роли. Отношения вообще складываются по-разному, некоторые роли сразу определены в основе отношений, некоторые играются потому, что у партнёров есть такие потребности. Роли «Родитель – Ребёнок» в отношениях мамы и дочки встроены «по умолчанию». А вот когда они меняются местами, например, дочка становится для своей мамы «заботливой матерью», дающей заботу и любовь – это уже скорее нарушение правил, хотя и нередкое. И сама по себе такая смена ролей еще не приносит боли. Мало того – иногда такие переключения ролей приводят к увеличению близости в некоторые моменты. Ведь в таком случае мама удовлетворяет потребность в близости своего внутреннего ребенка. И если у дочки достаточно для этого ресурса и она согласна играть эту роль, то отношения дочки и мамы могут быть вполне гармоничными и безболезненными. Хотя такие кардинальные перестановки ролей до добра не доводят, но сейчас я не об этом хочу рассказать.

Я про тот случай, когда в таких отношения появляется много боли. Если матери плохо и тяжело, то в такой ситуации она ищет поддержки и принятия у собственной дочери и попадает в детскую позицию. И ожидает, что та ей даст так нужную «родительскую любовь». А вот дочке в этот момент совсем не до того. И это для неё как раз нормально и естественно, что она не хочет быть мамой для своей мамы. Но для мамы это очень болезненное разочарование. Мало того, что она на ресурсном дне, так еще и самый близкий человек её предал - не оправдал ожиданий. А ведь эти ожидания вполне обоснованы – ведь много раз дочь маму уже кормила близостью в подобной ситуации.

И ведь это всё в таких тонких и неявных моментах взаимодействия проявляется (улыбки, прикосновения, жесты, едва значимые фразы), что осознать это несовпадение ожиданий и реальности невероятно сложно. Дальше – хуже. Мама, чувствуя себя преданной, вполне внутренне обоснованно начинает мстить. И делает дочки больно уже с посланием «ах, ты не такая как была и как я ожидала, давай делай, как я хочу, если ты меня любишь!». Ну и кроме всего прочего начинается такая привычная с детства игра в треугольники Карпмана (вполне можно и вдвоём в него играть). И боли оказывается очень много.

В такой ситуации – очень важно заметить, что роли перепутаны. Для этого скорее всего нужна помощь специалистов. Дальше – с этим можно уже много чего сделать. В общем случае это тема сепарации от мамы, большая и обширная.

И ещё сложнее бывает заметить, когда роли перепутаны в изначально равных отношениях. Когда, например, в браке партнёры ищут друг в друге маму (папу) и обычно находят к взаимному удовлетворению. И такие отношения могут даже долго и мирно и почти безболезненно продолжаться, если в жизни мало бывает особо трудных периодов, когда родительская любовь совершенно необходима обоим партнёрам сразу. Но вот время течёт, люди меняются (как и жизненные ситуации) и вот кто-то уже не может играть эту несоответствующую роль, а другому эту потребность в родительской любви негде больше удовлетворять. И тут начинаются новые болезненные случаи. И их непросто обойти, даже если партнёры умеют договариваться о таких непростых вещах.

Но гораздо чаще мы даже не можем понять, что же случилось. Почему наш близкий человек вдруг стал другим и не даёт то, что мне так надо и что он мне уже давал. Так что первый шаг к избавлению, – это заметить, какие роли мы играем в отношениях, а какие от нас ждут. И это лучше делать вместе с партнёром.

А ролей в отношениях бывает много разных, как и потребностей, которые мы хотим удовлетворить в отношениях.

Евений Заморников, http://www.mpl12.ru/love-and-intimacy

Для обычного, не имеющего отношения к психологии, человека, может показаться немыслимым, что люди этого типа имеют какое-то отношение к созависимости, несвободе, нарушению личных границ и отказу от ответственности.

Сложно поверить, что с этими прекрасными, отзывчивыми, заботливыми, такими удобными и временами – такими трогательно несчастными людьми может быть что-то не так! О такой невестке мечтает каждая советсковоспитанная свекровь, за такого зятя любая мать выдаст дочь без малейших сомнений. Девиз этих людей вызывает восхищение социума: «Все для других и ничего для себя!». Они добры. Они незаменимы. Они заботливы. Увы, они – еще и невыносимы.

За ежесекундной заботой и решением всех подвернувшихся под руку проблем скрывается стремление к тотальному контролю. Они соблазняют вас своей услужливостью, опутывают доступностью помощи, и незаметно заполняют собой все пространство вокруг вас. В какой-то момент оказывается, что вы даже не знаете, с какого сайта скачать себе новую книжку – это тоже делает для вас партнер-«мученик». Удобно, не правда ли?

Очень удобно. Главное, что эти прекрасные люди ничего не требуют взамен. Ни-че-го... Так, иногда – сущие мелочи. Один нюанс - эта мелочь будет нужна именно тогда, когда у вас нет ни одной свободной минуты. И делать ее придется часа четыре. Вы осатанеете от ярости в поисках персика январской ночью, но не сможете отказать из чувства вины.

Это типичная ловушка созависимых отношений с «мучеником», называемая в психологии пассивной агрессией. «Мученик» заботится всегда, подавляя усталость, гнев и раздражение – а затем выплескивает их в виде «невинных» просьб, «заботливых» разговоров ( «Ничего-то ты без меня не можешь!»), разнообразных болезней именно тогда, когда вам тяжелее всего за ним ухаживать. Ему неведомо слово «нет» - «мученик» никогда не отказывает, и тем самым лишает права на отказ окружающих.

Рядом с таким человеком вы живете в постоянной благодарности и комфорте. До тех пор, пока вы не попробуете ограничить заботу о себе. Люди этого типа не потерпят уменьшения количества их присутствия в вашей жизни. Им как воздух нужна благодарность окружающих, они болезненно зависят от ощущения собственной полезности.

В тот момент, когда вы попробуете самостоятельно завязать шнурки, вам придется столкнуться с негодованием, обидой, растерянностью и слезами. И Виной. Именно Виной, с большой буквы, пропитаны отношения с такими людьми. Виной за желание отдельности и иногда – уединения, за стремление к самостоятельности и не, дай боже, - к способности что-то делать хорошо без участия партнера. Виной за то, что вы не живете только для «мученика». А он ведь живет только для вас. Это, правда, невыносимо.

Поделиться этим чувством с человеком-«жертвой» невозможно. При попытке сказать текст, в котором «мученику» удастся различить хоть малейшую нотку неудовольствия (а он умеет находить критику в самых невинных замечаниях), вы сможете увидеть превращение невинного котенка в несчастного и оскорбленного огнедышащего дракона. Негодующий, раненный в самое свое сердце «мученик», положивший на вас, неблагодарного, свою жизнь и здоровье, оставит вас в ожогах от чувства вины и гордо уйдет одиноко болеть. Примерно на полчаса, после чего простонет вам из другой комнаты: «Где мои лекарства..?», и вы побежите пешком на другой конец города, отменив деловую встречу, которой добивались полгода, и подпрыгивая от радости - ведь вас все таки простили!

Если вы узнаете в этом описании партнера, маму, подругу, друга – поздравляю, значит, вы склонны к незамечанию своих границ, перекладыванию ответственности за свою жизнь на других людей и вами довольно легко манипулировать.

А вот себя вы вряд ли узнаете в описании «мученика», люди с поведением такого типа искренне уверены в своем совершенстве и их редко удается разубедить. Причин тому много.

Главная из них, пожалуй, - это жесточайший внутренний голод по любви. Любви, которая в детстве должна была даваться просто так, большим безусловным потоком – и которую на деле пришлось мучительно заслуживать хорошим поведением, отказом от себя и своих желаний в угоду окружающим взрослым. Когда-то давно «мученику» очень ясно объяснили родители – он ничтожество, он не заслуживает любви, внимания и уважения, ради него мучилась родами мама, для того, чтоб купить ему молоко, страдает на работе отец, он виноват и не достоин любви. Он может попробовать ее заслужить, и то – вряд ли получится.

Тотальная вина за собственное присутствие в этом мире подталкивает этого человека на беспрерывное творение добра. Боль и пустота внутри, которые отчаянно хочется утешить любовью, которую, по опыту, можно заработать только отказом от своих желаний в угоду близким. Смертельный ужас потери любви из-за разоблачения собственного несовершенства загоняет в тяжелые болезни и депрессию. Рядом с такими людьми тяжело жить. Но быть самому таким человеком – невыносимо.

Игорь Ларин, http://www.upsihologa.odessa.ua/9-uncategorised/11...vash-partnjor-muchenik-zhertva

Так уж выходит, что любовь и боль часто идут рядом по жизни. Для некоторых это даже норма, как бы печально сие не звучало. Хотя, боль – это ведь просто чувство, ощущение. Не хорошее и не плохое. Оно просто есть в жизни. Так устроен человек, что стремится избегать боли. Хотя бы просто из инстинкта самосохранения. И основная функция этого чувства в жизни – уберечь нас от разрушения. Я бы не стал категорично заявлять, что это его единственная ценность. Дело в том, что боль еще связана с изменениями, с ростом, с расширением границ. Хотя и там боль нас остерегает – нельзя тренироваться слишком сильно и развиваться слишком резко. Но всё же при развитии некоторой степени боли не избежать. А степень эту приемлемую мы выбираем сами, и хорошо, если знаем, почему именно такую. Так вот, я собираюсь разобрать, когда и какая бывает боль в близких отношениях и что с ними (такими отношениями) можно сделать.

Я хочу выделить три принципиально разных случая, когда близость соседствует с болью.

Первый, это когда боль – путь к близости. Это обычно детский травматичный опыт. Когда родители не могли дать детям близость, не умели делаться своей любовью, да и у самих там было пусто, нечем было делиться. И тогда единственный путь к близости (хотя этот вариант контакта близостью назвать сложно) – лежал через боль. Просто самый близкий вариант контакта со значимыми людьми бывал через болезненные состояния. Я тут имею ввиду не только случаи насилия в семья или банальное «бьёт, значит любит». Бывают внешне гораздо более привлекательные случаи, но внутренне очень болезненные. И такие семьи даже могут в обществе считаться положительными примерами.

Например, в очень «правильных» семьях, когда послушные дети ведут себя хорошо и правильно, чтоб заслужить внимание родителей. Те их всем «что надо» обеспечивают и даже не повысят голос, не то, чтоб отшлёпать по попе или ещё какое физическое воздействие. Вот только контакт человеческий там почти отсутствует. Какая уж тут близость, когда даже все проявления чувств регламентированы. Да и чувствование чувств с возрастом тоже все научаются «регламентировать». И часто получается, что близкий контакт бывает с детьми, только когда они болеют или еще в какие-то неприятности попадают или еще какие-то ошибки совершают. Сначала утешают в болезни и горе. Потом когда ругают, тоже хоть и с горем пополам, но всё же близости бывает больше, чем в обыденной пасторальной картинке. Вот этот сценарий получения близости через боль и берут потом эти дети во взрослую жизнь.

Такой вариант боли ничего хорошего для отношений не предполагает. Только один факт оправдывает такие варианты «близости» - человек по-другому не умеет. И даже если ему дать какой-то вариант обычной человеческой близости, он его не сможет принять, пропустить внутрь. Уйдёт из контакта. Но это можно исправлять. Учиться любить иначе. Замечать те хорошие и приятные варианты контакта, которые приемлемы и приятны. И чувствовать их, и ценить. И по-хорошему тут нужна изрядная работа со своим внутренним миром вне таких близко-болезненных отношений. Терапия личная и групповая, и помощь профессионалов тут, наверно, будет необходима. Самому изнутри такие случаи не то что изменить, а даже заметить очень сложно бывает. Но всё, бывает, меняется к лучшему, даже подобная близость.

А второй случай близости с болью я называю «несовпадение ролей». Но об этом в следующий раз.

Евений Заморников, http://www.mpl12.ru/love-and-intimacy

Любовь прекрасна, но, увы, не всегда безоблачна. Наверное, каждый без колебания может назвать длинный список того, что нагоняет тучи на счастье двух человек. И вряд ли в этом списке будет пропущена ревность.

Несмотря на то, что ревность некоторые называют тенью любви, а значит неотъемлемой ее частью, мало кто готов получить эти два чувства «в одном флаконе». Если уж ревность и есть в отношениях, часто партнеры ее принимают по необходимости. Люди рассуждают: «Ревнует – значит, любит», значит нуждается, и жить врозь не может. Это лучшее доказательство страсти, неравнодушия и заинтересованности. Вот когда перестанет ревновать, значит, уже не любит.

Однако большинство отношений ревность разрушает и портит, а не укрепляет. Мало кому нужны в личной жизни подозрительность, скандалы, слезы, обвинения и т.п. Разве можно назвать их проявлениями хороших отношений?

Нужна ли ревность человеку и откуда она взялась в человеческом поведении? На этот вопрос все еще не удалось никому ответить однозначно. Но есть идеи. Эволюционные психологи имеют по этому поводу теорию, что в основе ревности лежит страх разрушения пары, семьи с детьми, страх того, может привести к снижению вероятности сохранения жизни потомков. При этом они указывают на то, что мужчины и женщины испытывают ревность по различным поводам.

Сильная половина человечества чаще опасается, что его партнерша уйдет к кому-то, обладающему большим статусом и возможностями (к альфа-самцу). Дамы же боятся появления более «фертильной самки» - молодой, активной и здоровой. Трудно сказать, насколько такое упрощение верно. Человеческая цивилизация со времен стайных отношений шагнула далеко вперед и не всегда статус и фертильность являются единственными параметрами выбора и причинами удержания партнера. Но, тем не менее, теория вполне может под собой иметь реальную основу.

Ревность - довольно сложное явление, какой бы обыденной и распространенной она не казалась. Опасения потерять или разрушить отношения, не уникальны для какой-то отдельной личности и встречаются среди человеческой популяции нередко. С одной стороны, это очень сильное болезненное чувство страха потерять отношения.

С другой стороны такое поведение может быть связано с потребностью снизить интенсивность тяжелых эмоций и восстановить утраченную связь. Эти два ингредиента ревности смешаны, но не всегда в равных пропорциях. Каждый человек реагирует на ситуацию по-разному и ревнует чисто индивидуально.

Кроме индивидуальных особенностей личности ревнивца, опасения за разрушение отношений могут тоже быть по-разному выражены. Можно опасаться, можно бояться, а можно и паниковать. И если человек боится потерять партнера, то это не значит, что его страх является ревностью.

Для того, чтобы из тревожащегося за будущее отношений человек превратился в ревнивца, необходимы и другие эмоциональные составляющие. Так, ревнующие часто боятся потерять контроль над происходящим, и страх у них вызывает агрессивные чувства.

И все это может быть в пределах нормы или являться патологией: проявлениями психических расстройств и заболеваний. Официально нормальной ревность считается тогда, когда отношения подвергаются реальной угрозе, и ревнивец действует адекватно ей. Другими словами, испытывать негативные чувства перед перспективой потерять отношения совершенно естественно.

Но и тут не обойтись без рассуждений о том, а что есть «реальная угроза отношениям» и «адекватная реакция». Даже в рамках нормы существуют значимые различия в понимании этих параметров. Разные культуры по-разному определяют «угрозу отношениям» и реакцию на нее. Кое-где могут и за косой взгляд предать смерти и не испытывать об этом сожалений. В других местах весьма фривольное поведение может «ничего не значить».

В разных семьях подход к определению знаков угрозы и адекватному ответу свой. Кто-то говорит детям, что нужно дать в глаз или дать пощечину, а кто-то, что нужно просто собрать вещи и уйти. Поэтому, в оценке «нормальности» ревности необходимо учитывать культуральный и семейный опыт ревнивца.

Спектр же патологической ревности широк, но определен. Существует несколько пограничных проявлений ревности:

1. Доминирующие идеи ревности. В этом случае человек начинает испытывать чувство ревности в некоторых ключевых ситуациях. Например, партнер едет на вечеринку с друзьями-подругами, остается допоздна на работе и т.п. Ревность вспыхивает незначительно, но когда вечеринки и сверхурочная работа заканчиваются, пропадает и страх.

2. Сверхценные идеи ревности. Мысли об измене находятся в голове ревнивца постоянно. Он без отдыха думает о том, что ему могут изменить, ищет доказательств, устраивает разборки и скандалы, угрожает, умоляет и 24 часа в сутки занят деятельностью, связанной с попытками разоблачения и предотвращения измены. Временно, на короткий срок, его можно убедить в том, что ничего не было, и он зря волнуется.

Однако уже через несколько минут ему станет подозрительно, что вы так хотите его убедить в чем-то, а значит, есть чего бояться. Он ищет несоответствия, несостыковки, оговорки, «улики», пробует взять партнера на измор, хитростью или напором, чтобы тот, наконец, признался. Тут ключевой момент в том, что «сверхценный ревнивец» до конца не уверен «с кем, где и когда». Даже если в семье есть какая-то история неверности, и можно было бы предположить «с кем и где», он все равно сомневается. Его деятельность направлена на выяснение: «правда это или нет», «было ли это или не было» или «продолжается ли это или закончилось».

3. Бред ревности. В этом случае ревнивец уже знает, что все было, даже если у него нет для этого никаких доказательств и оснований. Факты в руках больного (а это уже болезнь) являются случайными и ничего не доказывающими, не относящимися к реальности.

Например, на столе карандаш лежит не в том положении, как он был оставлен накануне. Это знак того, что партнер с любовником или любовницей на столе занимался сексом и карандаш сдвинул. Карандаш не сдвинут? Значит, секс был на полу или на другом столе. Повод ревновать достаточно веский, ибо секс был. И в этом бредовый больной уверен, а несостоятельность доказательной базы уже не так важна.

Самый сложный вопрос, который возникает в случае с ревностью, это вопрос о том, что делать с ревностью. У этой проблемы всегда есть две стороны: сторона ревнивца и сторона жертвы. На самом деле никто из них не испытывает удовольствия от процесса ревности. Сколько бы ни ревновал, никогда нельзя быть уверенным, что это в последний раз.

Поэтому желание прекратить страдания раз и навсегда могут привести к весьма печальным результатам. Некоторые просто обрывают отношения, чтобы не мучиться, а бывают те, что обрывают жизнь. И не только жертвы ревнивцев страдают, но и сами ревнивцы тоже. Случаи, когда десятилетиями подозреваемая в неверности жена убивает третировавшего ее супруга, не такая уж и редкость.

Разрешить ситуацию с ревностью в паре самостоятельно удается далеко не всем. Собственно, если бы все было так просто и можно было сказать: «С понедельника не ревную», то и проблемы ревности не существовало бы как таковой. Но ревность в паре касается поведения обоих партнеров. Не от того, что он/она себя так ведет, что невозможно не ревновать, а потому, что люди не испытывая удовольствия от взаимодействия, остаются рядом друг с другом иногда десятилетиями.

По этой причине в паре, где вопрос с ревностью актуален, должен быть обоюдный интерес для решения этой проблемы. Другими словами, задача в том, чтобы оба партнера хотели менять себя, а не только противоположенную сторону. Каждый партнер должен ответить для себя на вопрос, «что меня действительно держит рядом с этим человеком», который приносит мне страдания (я ревную или меня ревнуют).

В целом это длительная и кропотливая работа с психотерапевтами, в том числе и семейными: решения давних проблем, работа с самооценкой и страхами. Лечение патологических форм ревности имеет некоторые особенности.

Доминирующие и сверхценные идеи часто формируются на основании низкой самооценки, мыслях о том, что сам ревнивец несостоятелен, и поэтому в любой момент партнер может от него уйти. Доминирующие идеи чаще возникают у невротических личностей и в тех случаях, когда возникает психотравмирующая ситуация, с которой они не могут справиться. Сразу всплывает опасение, что если уж вот так все плохо, значит, партнер бросит.

И даже вот прямо сейчас все это не просто «задержался на работе». Да, вот в этот самый момент что-то и происходит. В этих случаях показано в основном психотерапевтическое лечение и работа с самооценкой. Хотя, не исключено и медикаментозное лечение. Иногда человек невротического склада может находиться в состоянии серьезной депрессии и тревоги, и без коррекции этих состояний помочь кардинально трудно.

Сверхценные идеи и склонность к их образованию не являются нормой тоже и даже выходят за круг «пограничных состояний». Часто психотерапия здесь малоэффективна, несмотря на то, что здесь тоже имеет значение сниженная самооценка, но мозг уже слишком сильно занят идеей разоблачения неверного партнера.

Эта мысль нарушает повседневное существование и подчиняет деятельность человека себе. Люди иногда реально ломают себе жизнь и карьеру для того, чтобы «поймать эту сволочь с поличным». Увы, в этих случаях больной чаще верит в то, что люди вокруг хотят усыпить его бдительность, чем, что с ним что-то не так. Вопрос с лечением очень проблематичен, так как ревнивец редко бывает на него согласен, а другие варианты с лечением в данном случаи закон не рассматривает.

В случае с бредом ревности причиной состояния однозначной является психическая болезнь. Навскидку диагноз поставить нельзя, но часто такое состояние является характерным для алкоголизма, последствием черепно-мозговых травм и реже - шизофрении. В этом случае необходимо лечение у психиатра. Уговорить или убедить больного в том, что он неправ, практически невозможно. Это и есть главная особенность бреда - его невозможно скорригировать извне. В этих случаях показано лечение у психиатра с применением специфических препаратов.

http://letidor.ru/article/revnost_v_otnosheniyakh_za_gra_31120/

Куда исчезает влечение?

Автор: Смирнова Александра Владимировна


В самом начале отношений пара испытывает сильные положительно окрашенные чувства по отношению друг к другу. Происходит так называемое сужение сознания, состояние при котором влюбленный человек закрывает глаза на недостатки партнера. Человек влюбляется в некий "образ", который является его романтическим идеалом. Это состояние очень неустойчиво, оно может стихать, появляться вновь, заканчиваться. По окончании влюбленность может перейти в любовь.
В такие моменты в организме человека происходят всевозможные биохимические процессы, которые отражаются на вегетативном уровне. Благодаря таким процессам возрастает уровень сексуальной страсти и желания. Основными химическими веществами, которые сопровождают чувство влюбленности, является фенилэтиленамин и эндорфины. Химия обеспечивает сексуальную активность без необходимости прислушиваться к сексуальным предпочтениям или дополнительной стимуляции сексуального желания.
Помимо того, что сексуальное желание может идти изнутри, оно может быть вызвано из окружающей среды. Происходит воссоединение влечения от действия гормонов или внешних стимулов и возбуждение от мыслей и фантазий.
Со временем влюбленность стихает, а вместе с химией стихает и страсть. Сексуальные проблемы, если таковые имелись, возвращаются вновь.
Сексуальные роли
Весь мир - театр. В нем женщины, мужчины - все актеры.
У. Шекспир
Люди действительно играют. Всю жизнь, примеряя на себя различные роли.
Американский психотерапевт А. Лоуэн считает, что современная цивилизация уготовила мужчине и женщине определенные роли, которые соответствуют четырем стадиям развития человека. У женщины это роли дочери, сестры, романтического идеала и матери. У мужчины - сын, брат-защитник, рыцарь-герой и отец.
На каждом этапе развития человек осваивает для себя новую роль, превращаясь в зрелую личность, которая помогает обогатить сексуальную жизнь. Например, утром, собирая детей в школу, женщина - заботливая мама. На работе - строгий, но справедливый босс, или же безупречный сотрудник. В обеденный перерыв, она - хорошая подруга. Ночью - знойная любовница.
В том случае, когда человек придерживается какого-то определенного ролевого стереотипа, играет какую-то роль постоянно, это мешает ему стать собой, полностью раскрыться в сексе и получить полноценную радость от сексуальных взаимоотношений.
Одной из причин потери интереса может быть так называемая подмена ролей, т.е., современная женщина, строя отношения с вы­бранным мужчиной, в самом начале старается стать для своего мужчины настоящей Женщиной, а со временем ста­новится настоящей Матерью. Или с рождением ребенка основательно уходит в роль Мамы, да так и не возвращается в роль Жены. Таким образом, единство женщины расщепляется на сексуальный объект и мать.
Зрелая же личность предстает перед противоположным полом в разных жизненных ситуациях в разных ролях.
Партнеры откликаются всем своим существом друг на друга как на целостную личность, которой знакомы любые переживания, которая умеет совмещать в себе все роли.
Утихающие страсти
Секс - естественное желание человека. Если оно по каким-то причинам снижено или отсутствует, необходимо искать причину, чтобы сделать сексуальную жизнь гармоничной. Причины снижения либидо могут быть как психологические, так и непсихологические. Рассмотрим некоторые из них.
"Отключать" сексуальное желание могут накопленные эмоциональные обиды, вследствие конфликтов и открытой враждебности, которые происходят на протяжении долгих лет совместной жизни.
Отсутствие романтической "нотки" в отношениях отрицательно влияет на сексуальное желание.
В противовес новизне, опасности, тайне, расстоянию долгое знакомство и чувство безопасности подавляет страсть в отношениях.
Люди, разделяющие такие понятия как любовь и секс, не рассматривают своего любимого человека, как сексуального партнера. Они ищут сексуальные отношения с другими.
Немаловажную роль в сексуальности играет физическая притягательность партнера, включая телесные изъяны, лишний вес, личную гигиену, неумение одеваться и многое другое.
Нечувственные и неудовлетворительные сексуальные отношения со временем притупляют влечение. Партнеры будут стараться избегать интимной близости.
Принуждение одного партнера к сексуальной близости (при несовпадении сексуальных ритмов) может привести к прекращению половых сношений.
Физическая усталость, стресс, депрессия, отрицательно влияют на сексуальное желание.
Однообразие, скука, когда, кажется, что отношения себя исчерпали, лучший способ вернуть сексуальное влечение - разнообразить сексуальную активность при помощи фантазий, игр.
С возрастом сексуальное желание может притупиться или вовсе пропасть.
Большое влияние на сексуальное желание оказывает пережитое ранее сексуальное насилие.
Неспособность открыто заявлять о своих предпочтениях и желаниях в интимной сфере приводит к накоплению недовольства и как следствие охлаждению друг к другу.
Употребление алкоголя, наркотиков, медицинских препаратов, сбой гормонального фона, заболевания сердечно-сосудистой системы и многое другое также отрицательно сказывается на сексуальной жизни партнеров.
Снижение сексуального интереса - комплексная проблема, которая может возникать по разным причинам. Поэтому решать ее нужно разными способами, к каждому случаю необходимо подходить индивидуально. Для того, чтобы восстановить сексуальное влечение, необходимо понять причину ее потери. Для начала необходимо обратиться к специалистам и провериться на предмет половых дисфункций. Только потом можно обращаться к психологу, чтобы освободиться от внутренних психологических причин, влияющих на половое влечение. Важно понимать какую роль в вашей жизни играет сексуальность, что вы хотите получить от сексуальной жизни, какими функциональными возможностями наделяете?
В случае, когда в паре открытые, доверительные, честные отношения, когда пара научилась находить компромиссы, путем ведения диалога, когда она относится друг к другу с уважением и пониманием, когда способна устранить взаимные претензии и совместными усилиями решать любые проблемы, то проблемы сексуального характера они также смогут решать. Важно, чтобы у них было желание делать это вместе.