Макаров И.К. Портрет Натальи Пушкиной. 1849 г.
.
Натали Пушкина 23 мая 1836 года известила свет о своем появлении не криком, а почти писком. Родилась она очень слабенькой, возможно, что даже недоношенной. Её и крестили только через полтора месяца после рождения, что по тем временам было редкостью. Окрестили её Натальей, но она любила, когда её называли Натали.

Отца Натали, конечно, не помнила. Он погиб, когда ей было всего 8 месяцев. Первые годы её детства прошли в имении родственников матери под Калугой. Натали, прозванная за веселый нрав и безудержный темперамент «Бесенком», была общей любимицей. Девочка получила прекрасное домашнее образование, знала несколько языков и отличалась своеобразной красотой. В ней было что-то неуловимо пушкинское, чего не было даже у сынов поэта. Наверное, это связано не столько с внешней похожестью, сколь с манерой поведения и темпераментом. А уж темперамент у неё был истинно пушкинский – безудержный, взрывной и временами непредсказуемый.

В 16 лет Натали безумно влюбилась. Её избранником был молодой граф Николай Орлов – сын шефа жандармов А.Ф. Орлова, сменившего на этом посту Бенкендорфа. Вот уж превратности судьбы. Несмотря на взаимность чувств, всё было против этого брака. Естественно, что дело не дошло даже до помолвки. Тогда Натали приняла предложение Михаила Дубельта, сына Л.В. Дубельта, бывшего тогда начальником штаба Отдельного корпуса жандармов. Мать и отчим были от этого выбора не в восторге, и всячески оттягивали дачу согласия на брак. Видимо, надеялись, что дочь передумает. Но упорства Натали было не занимать, и брак состоялся. Этот союз был обречен с самого начала. Дубельт-младший был завзятым картежником, да и нрав имел вздорный. Полученного за женой приданого ему хватило ненадолго. Несмотря на рождение троих детей, трещина между супругами постоянно расширялась, и в 1862 году они расстались. Муж долго не давал Натали развода, преследовал её даже за границей, когда она уехала с детьми к своей тётушке баронессе Александре Фризенгоф.

А развод Натали был ой как нужен. Живя за границей, она сошлась с принцем Николаем Вильгельмом Нассау, предложившим ей руку и сердце. Развод был получен только в 1868 году. Но по нему Натали пришлось согласиться на воспитание бывшим мужем одной из дочерей, Анны. Возможно, Михаил Дубельт к этому времени немного остепенился, но дочь он безумно любил и всячески потакал ее прихотям. Остальные двое детей вернулись в Россию и воспитывались у бабушки.


Графиня Наталья Александровна Меренберг
К этому времени Натали была знакома с принцем более 10 лет, и брак стал логическим продолжением их отношений, так как в последнее время она жила с ним как с мужем. Но брак был морганатический, принцессой Натали не стала, но ей был дан титул графини Меренберг – по названию родового владения принца Нассау.

Этот брак оказался долгим и счастливым. В нем родилось трое детей, двое из которых породнились с российским императорским домом. Когда-то их дед написал в стихотворении: «Водились Пушкины с царями...», не ведал поэт, что его внуки будут не только водиться, но и родниться. Софья (родилась в 1868 г.) вышла замуж за великого князя Михаила Михайловича Романова, внука Николая I. Этот брак, как и у её матери, был морганатическим. Георг-Николай (1871 г.) женился на Ольге Александровне Юрьевской, дочери Александра II. Интересна судьба младшей дочери Александры (1869 г.), которая вышла замуж за аргентинца Максимо де Эли и уехала за океан. Она прожила долгую жизнь и скончалась в Буэнос-Айресе в 1950 году. Куда только не заносила судьба потомков великого поэта.

Натали же блистала в обществе, превратила дворец принца в музей и свято берегла память об отце. Ей от матери достались письма Пушкина, которые он писал к невесте и жене. Понимая, что прятать от почитателей таланта её отца такое сокровище непростительно, она решила письма издать. Сделать это попросила Ивана Сергеевича Тургенева, который с радостью согласился, так как относился к памяти Александра Сергеевича весьма трепетно. Так же трепетно он отнесся и к порученному ему делу.

«В этих письмах, – писал впоследствии Тургенев, – так и бьет струей светлый и мужественный ум Пушкина, поражает прямота и верность его взглядов, меткость и как бы невольная красивость выражения. Писанные со всей откровенностью семейных отношений, без поправок, оговорок и утаек, они тем яснее передают нам нравственный облик поэта».


Наталья Александровна с мужем принцем Николаем Вильгельмом Нассау
Обнародование личной переписки в те времена не было столь распространенным, как в наши дни. Поэтому появление в 1878 году в «Вестнике Европы» писем поэта вызвало бурную реакцию. Многие сочли такую публикацию неэтичной и даже очерняющей память поэта. Особенно огорчило Натали то, что её не поддержали братья, которые даже собирались вызвать Тургенева на дуэль, посчитав публикацию писем оскорблением чести семьи поэта. До дуэли дело не дошло, страсти улеглись, а мы теперь можем по этим письмам увидеть скрытую от посторонних жизнь поэта и его любимой женщины.

Судьба самих писем сложилась по-разному. Часть писем в 1882 году Наталья Александровна передала на хранение в Румянцевский музей. Часть писем перешли от неё дочери Софии, впоследствии они были проданы Сергею Дягилеву и только накануне 200-летия поэта попали в Румянцевский музей. Часть писем оказалась в Англии, так как потомки поэта породнились и с правящей в Великобритании династией Виндзор. Уже в наши дни пра-пра-правнучка Пушкина Натали, она же герцогиня Вестминстерская, стала крестной матерью внука королевы Елизаветы II, принца Уильяма Уэльского – наследника британского престола. В Англии хранятся не только письма, но и документы, записки, дневники. К сожалению, доступ к ним крайне затруднен.

Графиня Наталья Александровна Меренберг прожила долгую жизнь. Своих детей она научила любить русский язык и хранить память об их великом деде. Она скончалась 10 марта 1913 года на каннской вилле своей дочери Софьи, оставив завещание, которое может показаться странным. Натали завещала кремировать свое тело и развеять прах над гробом мужа в родовом склепе династии Нассау. К сожалению, по династическим законам она не могла быть похоронена в этом склепе рядом с мужем, а покоиться в другом месте не захотела.

Хотя от Натали и не осталось могилы, но память о ней живет. Во дворце, ставшем благодаря ей музеем, в её бывших апартаментах – всегда живые цветы.