Самое позднее к маю в Киеве и Донецке, в Москве и Брюсселе ждут нового наступления нацистской армии на республики Донбасса.

При этом все прочат ей скорый быстрый разгром и вполне логично ожидают, что после этого вооруженные силы ДНР/ЛНР, превращенные в полноценную армию, начнут продвигаться на запад так быстро, как сумеют (исходя из необходимости доведения численности личного состава для установления полноценного контроля над всей территорией Украины тысяч до двухсот-трехсот). 

Наверное, именно так все и должно произойти. Может боевые действия начнутся чуть раньше, может чуть позже, но они должны начаться и киевские войска должны потерпеть сокрушительное поражение. Есть только одна проблема: очевидное для всех сколько-нибудь адекватных людей на пространстве от Атлантики до Тихого океана должно быть очевидно и для Вашингтона. И США явно не планируют так бездарно проигрывать украинскую кампанию.

Итак, имеем вводные: 

   - наступление украинских войск должно неизбежно начаться в период между концом марта и серединой мая; 
   - украинская армия должна в ходе этого наступления потерпеть сокрушительное поражение, после чего занятие территории Украины вооруженными силами народных республик станет вопросом времени (причем недолгого), а не принципа; 
   - в придачу к этому высока опасность до наступления, после поражения или параллельно этим процессам получить в Киеве и окрестностях вооруженное столкновение борющихся за власть и влияние вооруженных групп нацистов, что окончательно делегитимирует киевский режим; 
    - все это ведет к проигрышу США, но США обладают еще достаточным запасом прочности, чтобы не согласиться с поражением и попытаться независимо от ситуации на Украине развернуть геополитическую ситуацию в свою пользу; 
   - сделать это надо раньше, чем киевский режим рухнет, поскольку падение режима в Киеве и установление антифашистскими силами контроля над всей территорией Украины (или ее большей частью) будет воспринято мировым сообществом, как окончательное катастрофическое поражение США – планета выйдет из-под контроля, а ресурсов для его восстановления уже нет. 

То есть ситуацию надо удержать сейчас. Поскольку удержать ее на Украине невозможно, надо найти ход, который нивелирует поражение на Украине. Для США такой ход традиционен – необходимо разжечь новый, более серьезный конфликт, победа в котором спишет все предыдушие поражения. 

Я писал о высокой вероятности «пожара Европы» в интересах США. Такой конфликт отвечает одному необходимому требованию – он, безусловно масштабнее украинского. Но он не отвечает второму требованию – США не могут в нем победить. «Пожар Европы» – вероятная акция отступающих США, когда Вашингтон уже понимает, что проиграл, но пытается свести игру вничью, не дав оппоненту воспользоваться плодами победы. Однако США все еще пытаются играть на победу. 

В дальнейшем этот отказ от своевременного признания своего поражения и принятия мер по блокированию возможностей России воспользоваться плодами победы может дорого стоить Вашингтону. Но это проблемы США. Для нас же важно, что для продолжения игры на победу США необходимо поджечь Евразийский экономический союз, как интеграционное объединение, складывающее вокруг Москвы и потенциально способное расшириться далеко за пределы границ бывшего СССР. 

Удар по Белоруссии нанести сложно. Лукашенко слишком хорошо контролирует ситуацию в стране. Аналогично в Казахстане – трудно переиграть Назарбаева. У него ситуация посложнее, чем у Лукашенко, но и сам он гораздо опытнее и просто талантливее. Кроме того, за Минском и Астаной стоит Россия, они являются не только членами ЕАЭС, но и ОДКБ, а Белоруссия составляет с Россией (пусть и формально) союзное государство. В общем, удары по периферии ЕАЭС ничего не решают. Бить необходимо по России. 

США к удару готовятся. Принесена необходимая жертва. Проверена мобилизационная готовность московских офисных хомячков и оппозиционной псевдополитичекой тусовки. Заявлен очередной этап уличной активности в начале апреля. Ожидается, что начнется все за неделю-две до сорока дней с момента гибели Немцова и к дате достигнет пика. 

Но где начнется? И где достигнет? В Москве? Что ж, как правило все цветные перевороты происходили в столицах. Но, во-первых, нет правил без исключений, а, во-вторых, о перевороте речь не идет – власть в России умеет защищаться и обладает достаточным рейтингом доверия, чтобы быстро и эффективно блокировать любые действия оппозиции в столице. И Теффт это знает. И Госдеп это знает. И ЦРУ это знает. В Москве цветных ждут, а удар надо наносить там, где тебя не ожидают. 

Им, конечно, не жаль было бы послать на убой десять-двадцать тысяч немцовых, но ведь их же убивать не будут – так, подержат пятнадцать суток и отпустят. Может, кому-то условный срок отвесят. Если кто и сядет по-настоящему, то совсем уж единицы и за явные преступления. В общем, мучеников «детей, избитых гориллами режима» и прочие любимые сюжеты США в Москве не проходят. Такими действиями они только сильнее консолидируют российское общество, повысят уровень поддержки власти и маргинализируют оппозицию. 

Можно было бы попробовать рвануть Питер. Город символичный – столица империи, окно в Европу, родина Путина, место выступления декабристов, крупнейший российский порт на Балтике и еще много чего. Да и питерская интеллигенция всегда любила фрондировать и была в этом смысле честнее московской – шла в оппозицию не за деньги (или не только за деньги), но за идею. 

В общем, палатки на Сенатской площади смотрелись бы символично, разгром лагеря можно было сравнивать в репортажах с расстрелом восставших декабристов гвардейской артиллерией (дополняя видеоряд кадрами из художественных фильмов). Но для организации подобного рода провокации мало иметь хорошую сцену и мотивированных исполнителей. Практика всех цветных переворотов свидетельствует о том, что путчисты должны иметь возможность сразу опереться если не на поддержку, то на благожелательный нейтралитет местной власти. 

В Питере на это рассчитывать нельзя. Сам статус города, его транспортная близость к Москве, традиционная связь двух столиц предполагает не только усиленное внимание к нему федеральных властей, но и практически неограниченные возможности для оперативного вмешательства в ситуацию. То есть если местная власть провалится, ей же хуже, такие вещи в такой ситуации не прощают. Семеновский полк из Санкт-Петербурга в Москву на Пресню в декабре 1905 года прибыл вовремя. Сейчас такие сложности не нужны – ответственный чиновник, способный навести порядок подручными средствами, может оказаться в Санкт-Петербурге уже через три часа после получения команды. 

Питер в плане организации беспорядков, конечно, лучше Москвы, но не то. В конце концов, что там делать «возмущенным» креаклам? Эрмитаж штурмовать? Разве что Конституционный суд блокировать. 

Есть, однако, в стране город, который меня беспокоит с точки зрения его использования для дестабилизации ситуации. Это Екатеринбург. В последнее время ситуация в Екатеринбурге, где активно действует американское консульство, а со второй половины февраля открыто подключились еще и англичане, будоражит сеть и даже выливается в антимайданные акции. Активисты проводят их и в городе, и недавно приезжали на антимайдан в Москву. 

Позиция местной власти пока не ясна. Активисты обвиняют ее в сговоре с потенциальными путчистами, но они могут и ошибаться. Тем не менее майданные настроения в Екатеринбурге поддерживаются несомненно людьми влиятельными, принадлежащими к местной элите. Наиболее заметны среди них руководители ВУЗов, а Екатеринбург, как третий по численности населения город России, является еще и крупным студенческим центром. Между тем студенчество наиболее мобильный, наиболее горючий и изначально оппозиционный материал. Руководители ВУЗов же могут блокировать опасную активность подопечных, а могут подстегнуть их. В целом же если не на поддержку местной власти, то на занятие ею выжидательной (фактически нейтральной) позиции потенциальные путчисты могут рассчитывать. 

В конце концов, до Москвы далеко. Как правило, любая местная власть старается избежать открытой конфронтации и замять любой конфликт раньше, чем в центре проявят беспокойство. Пока Москва разберется, что к чему, глядишь, драгоценное время будет выиграно. При этом путчистам вовсе не надо, чтобы местная власть перешла на их сторону. Достаточно, чтобы она действовала естественно, пытаясь замять конфликт и не прибегая к жестким мерам. 

Таким образом, в Екатеринбурге есть два необходимых условия: 

   - подготовленные «революционеры» (не зря же консульство столько лет работало); 
   - ожидающаяся пассивность власти в первые критические три-пять дней путча. 

Допустим, путч удалось успешно раскрутить, но что он дает? До Москвы далеко и даже Эрмитажа нет, не говоря уже о Конституционном суде. 

А дает он многое. Екатеринбург не только третий по величине город страны и не только крупнейший промышленный центр, где сосредоточены в том числе и предприятия ВПК, включая ракетно-космическую отрасль. Самое главное заключается в том, что в Екатеринбурге сходятся дороги, соединяющие с центром страны Дальний Восток, Сибирь, нефте- и газо-промыслы Тюменской области. Оттуда же идут дороги в Казахстан. Ну и, в качестве «вишенки на торте», Екатеринбург – столица потенциальной «Уральской республики», о попытке создать которую при Ельцине многие давно и прочно забыли, но идею-то и возродить можно. Тем более, что идеи всяких «независимых Сибирей» активно развиваются на деньги из тех же источников, которые финансируют общее цветное движение в России. 

В общем, путчистам в Екатеринбурге ничего не надо штурмовать. Для того, чтобы Москва забеспокоилась всерьез, а мир убедился в «российской нестабильности», им надо всего лишь заблокировать транспортное сообщение азиатских территорий страны с центром, проходящее через Екатеринбург. Самолеты, конечно, летать будут, но только блокирование железнодорожного движения приведет к угрозе экономического коллапса, а если блокировать также и автодороги? А если параллельно засуетятся разного рода сибирские и уральские сепаратисты? 

Да, все это можно относительно легко подавить, если, конечно, наши англосаксонские партнеры не подготовили вооруженных боевиков и если местные силовые структуры (в частности полиция) не проявят колебаний. Во время каждого цветного переворота путчисты стараются найти любого правоохранителя (хоть бывшего), готового их публично поддержать, чтобы доказать, что «полиция с народом» и деморализовать правоохранителей. 

Но в любом случае, разрыв, пусть временный, сообщения между частями сверхдержавы производит крайне негативное впечатление на ее реальных и потенциальных союзников, поскольку ставит под вопрос способность помогать им страны, которая не в состоянии удержать контроль над собственными стратегическими путями сообщения. В идеальном же для США случае, если получится вывести за скобки полицию, в Екатеринбурге удастся спровоцировать кровавые беспорядки, с погромами и поджогами. Тогда встанет вопрос о силовом подавлении, а достаточной мобильностью для подобной реакции обладают только вооруженные силы. 

В любом варианте даже стычки с полицией и пара разбитых носов под сепаратистскими лозунгами и при условии хотя бы временного блокирования транспортных трансконтинентальных артерий дадут дополнительный заряд и мотивацию акциям в Москве, возможно и в Питере, а в худшем варианте еще в нескольких крупных городах страны. Конечно, вопрос о свержении власти стоять не будет – она в России держится достаточно прочно (хоть «борцам за свободу» об этом и не скажут). Но картинка для СМИ с «восставшей Россией», «свободным Екатеринбургом», «республиканцами Сибири» и т.д., равно как и «доказательства» «зверства властей» будут получены. 

А ведь в современном мире происходит не то, что происходит, а то, что показали по телевизору. Если картинка мятежа выйдет достаточно убедительная, имиджевые, а также политические и дипломатические потери России на международной арене будут вполне сопоставимы с теми, которые Москва могла бы понести в случае проигрыша украинского кризиса. 

Ну и не надо забывать, что внимание мира будет отвлечено от ситуации на Украине, где США проигрывают, и привлечено к событию, в негативном свете представляющему Российскую Федерацию, трактующему ее как страну нестабильную, склонную к распаду. 

Думаю, что это тот случай, когда опасность не может быть преувеличена. Американцы сидят в Екатеринбурге давно и работают активно. Они не те ребята, которые разворачивают подобные проекты исключительно из любви к искусству. 

Ситуация для США критична и происходит мобилизация всего, что еще можно бросить на фронт сетецентрической войны с Россией. Не зря же ребята в Екатеринбурге американские деньги получали. Даже если цветной переворот невозможен, пусть хотя бы имитируют, что были в шаге от победы. Если страну трудно дестабилизировать реально, это надо сделать виртуально – все равно потом никто не разберет, что происходило на самом деле. 

Является ли Екатеринбург единственной точкой, где возможна имитация «массовых выступлений»? Не думаю, было время хорошо подготовиться городах в семи-двенадцати. Но Екатеринбург, несомненно, должен являться ключевой точкой, успех в которой влечет за собой успех всей операции, поражение – аналогично. 

Ну а то, что сейчас в Екатеринбурге миллионы людей не помышляют ни о каком мятеже и даже не знают, что в их городе есть консульство США, ровным счетом ничего не значит. В Киеве, городе с номинальным населением в 2,6 миллионов человек и реальным в 5 миллионов, переворот произвели 4-5 тысяч нацистов, из которых вооружены было всего несколько сотен. А теперь уже счет погибших идет на десятки тысяч и конца-края гражданской войне, уничтожившей Украину и добивающей ее население, не видно.

http://vladbard.blogspot.ru/2015/03/blog-post_469.html