Полуосвещенная вечерним светом комната. Довольно уютная, но все же такая холодная. Здесь в дальнем углу сидит еще не совсем старый, но уже стареющий человек в черном поношенном свитере. Видом скорее – мрачный, нежели наоборот. Наоборот сидит уже не маленькая, но еще ученица младших классов. Это его внучка. Ее зовут Лили. А его зовут Сергей Степанович. Хотя для друзей просто Степаныч. Но и тут стоит учитывать, что друзей у него уже нет.

Девочка Лили сидит за маленьким письменным столиком и делает домашнюю работу. На все еще школьном сленге – домашку.

- Дед, а дед?

- Ну, чего тебе?

- А сколько историй нужно смешать вместе, чтобы получилось одно оригинальное сочинение?

- Даже и не знаю. Может штук пять. Это минимум. А тебе, зачем это?

- Марья Геннадьевна задала нам написать сочинение о чем-нибудь. А я вот не знаю, о чем писать.

- Это вам такое в третьем классе задают? Безобразие!.. Пошли к черту свою учительницу.

- Деда, но так нельзя…

- Да, знаю, что нельзя…

Старик как будто бы закончил диалог и уже успел уставиться в позавчерашнюю газету. Школьница Лили как будто бы еще и не закончила этот диалог и продолжала смотреть на деда Сергея Степановича любопытным взглядом. Сергей Степанович хоть и был суровым человеком, а все же не мог подолгу игнорировать эти детские глаза. Он отложил газету, вздохнул, как будто сделал огромное усилие и обратился к Лили:

- Ладно, расскажу я тебе одну историю, не знаю – подойдет ли она для твоего сочинения, по мне так точно не подойдет, но раз такое дело…

«Почти пятьдесят лет назад, когда началась Та Самая Война, из-за Того Самого Взрыва я потерял память. Мне было десять лет, и, как сейчас помню, я ни черта не понимал, что происходит. Не понимал, почему дома в нашем городе стоят полуразрушенные, почему по небу летают военные вертолеты, почему постоянно гудит какая-то сирена, и кто-то что-то громко говорит на иностранном языке. Я как будто бы родился заново в мире, который мне так чужд. Вид у меня тогда был не из приятных. Засохшие кровоподтеки по всему телу, оборванная футболка с шортами. Очень хотелось есть. Стоит сказать, что есть тогда было нечего. Магазины были давно разворованы, а гуманитарная помощь не поступала – город был полностью отрезан. Я долго бродил по городу, наверное, часов десять, не меньше. Людей встречалось мало. Те, у кого уцелели дома, в основном сидели в них. Те, у кого дома не уцелели, в основном уже никогда нигде не сидели. Помню, когда уже почти стемнело, навстречу мне проходила девочка, чуть постарше меня. Она остановилась передо мной, и мне пришлось остановиться тоже.

- Привет, ты откуда? Почему бродишь поздно? Здесь опасно… - говорила она.

Я понимал ее слова, но не мог ответить. Наверное, это были последствия взрыва, а может, мне просто нечего было ответить.

- Есть хочешь? – спрашивала она.

Я кивнул. Есть я хотел.

- Пойдем…

to be continued…