Преамбула и обоснование.

Если в поисковике набрать эти два слова, можно ознакомиться с определениями, например таким: http://ru.wikipedia.org/wiki/Национальная_идея, http://www.ideanaroda.ru/4biblioteka/2fond/fondL/loginchto.htm, со взглядами разных людей, с дискуссиями о сути и значимости этой идеолгической конструкции. Даже с конкурсом на лучший вариант новой Российской национальной идеи можно познакомиться. Поэтому о том, что это такое и для чего нужно, пояснять здесь я считаю лишним.

Давайте рассмотрим, от чего мы хотим уйти:

 • Коррупция, взяточничество и воровство имеют тотальный характер и давно уже приняли масштабы национального бедствия (см, например, http://professionali.ru/Soobschestva/psi-faktorvzg...sredstvo_ot_korrupcii_33824198);
• Девальвация нравственных устоев и потребительское отношение к жизни у молодого поколения;
• Неэффективное управление в любой сфере, не связанной с личными доходами тех, кто владеет и управляет, академическая наука и энергетика, структуры МВД и армия, образование и здравоохранение, сельское хозяйство и транспорт (там даже в отчёте высшего уровня умудрились не построить дороги, а просто приписать грунтовки к построенным шоссе) – всё ветшает и плохо работает, неэффективно управляется и мотвации у руководителей высшего звена в самих структурах к улучшению управления и/или реорганизации нет( им почему-то и так хорошо), при том что государственных чиновников в России уже 4.5 миллиона человек – в 2 р больше, чем в СССР;
• Неэффективное использование любых ресурсов – и кадровых, и природных, и финансовых, сохранение сырьевой ориентации экономики, ;
• Неуверенность в будущем, незащищённость, разобщённость и, как следствие, социальная пассивность граждан.

Многим известно (а специалистам в области НЛП так в первую очередь), что для достижения успеха надо не идти ОТ (проблем, конфликтов, прошлого), а идти К (конкретной цели, основным и промежуточным результатам, реализации планов). Поэтому особую актуальность приобретает ответ на вопрос: куда, к чему мы хотим прийти? Я начну немного издалека, и это отступление нужно считать одним из способов обоснования новой национальной идеи, о которой речь пойдёт ниже.

Во всех видах человеческой деятельности для достижения успеха, значимого результата необходимы чётко обозначенная цель, ресурсы, процесс, обратная связь и коррекция. С одной стороны, это личные качества - талант, способности, склонности (генетика), планомерная работа над личностью (воспитание) и её над собой и окружением, накопление и освоение (адаптация к использованию) опыта. И, с другой стороны - деньги, связи (и принадлежность к клану, обособленной социальной группе), умение работать локтями и идти по головам (конкуренция появилась вместе с обществом).

В России ситуация сложилась такая, что то, что «с другой стороны», реально значит гораздо больше в очень многих отраслях, местностях, ситуациях. Разумеется, Россия в этом на планете не одинока, в той или иной мере всего этого нет разве что на Антарктиде, но нас сейчас интересует именно Россия. В результате на пути к успеху использование этих факторов (которые «с другой стороны») даёт молодому человеку ощутимые преимущества, чем бы он не решил заняться изначально, и чем выше там конкуренция, тем они ощутимей.

По пути «наверх» человек меняется психологически, нередко меняется и его шкала ценностей, и средства успешного продвижения по социальной лестнице имеют решающее значение для того, к чему приведут эти изменения. И кто у нас становится элитой общества, занимает высокие посты и «тёплые места», иногда созданные специально (4.5 миллиона) руководит и принимает решения? Люди, которых двигает вверх прошлое (связи, деньги, опыт социальной адаптации), эпоха первоначального накопления капитала, так сказать – 90е годы. Власть - реальная, в Москве и «на местах» сохраняет и продляет себя в людях относительно молодых, но сформированных по старому образцу, «одной крови» с теми, кто оказался наверху в постперестроечной России (какими средствами тогда достигался в основном успех – объяснять не надо тем, кто осознанно жил в те годы). Кланы и касты живут, как и раньше – так реализуется колоссальное стремление к самосохранению сложившейся системы, весьма устойчивой и живучей. Системы разворовывания, развращения, безнаказанности и социальной несправедливости. И весь вышеперечисленный негатив, от которого России необходимо возможно быстрее избавляться – это наследие совсем недавнего прошлого, «эстафетная палочка».

Новая национальная идея и призвана в первую очередь «уронить» эту «эстафетную палочку».

Формулирование и демонстрация.

Итак, к чему же мы хотим прийти?

Инновационная экономика, эффективное управление, устойчивая финансовая система, военно-политическая, продовольственная и энергетическая безопасность, законопослушность и торжество правопорядка и бескомпромиссного правоприменения, свобода слова – при безусловном сохранении ответственности и культуры этого слова, политическая стабильность и поступательное развитие, международные конкурентоспособность и авторитет, гражданское общество.

Сообщения СМИ и общий информационный фон пытаются нас убедить, что туда-то мы и движемся. Но масштабы, своеобычность явлений… Капля в море. Планируемый технопарк в Сколково в 10 раз меньше по площади Силиконовой долины. 10-20 чиновников в день ловят на взятках – но 1000 взяточников этого же дня очтаются безнаказанными (а если верить статистике, то и больше). Об энергетике и использовании ресурсов и говорить нечего.

Что нужно сделать, чтобы достичь тех целей, к которым мы хотим прийти? Нужно воспитывать граждан со школьной скамьи, но нет времени и, к тому же, «жизнь вносит свои коррективы» в любое воспитание.

Вспомним национальные идеи прошлого. Над ними, как верхушка айсберга, часто наличествует символическая формула, делающая идею понятной миллионам и служащая своеобразным компасом. «Свобода, равенство, братство», «Православие, самодержавие, народность» (Граф Уваров), «Большой скачок» и «Идеи Чу-Чхэ», «Новый курс» Ф.Д.Рузвельта. Кроме того, имеют место и устойчивые идеологичесие образования, менее конкретные, но более символичные, которые работают на национальную идею даже на подсознательном уровне. «Прекрасная Франция» Жанны Д’Арк, «Великая Британия», «Вечный Рим», «Добрая старая Англия», «У нас – свободная страна» (США), «Народ и партия едины» (СССР) и другие. Есть и визулизируемые образы-символы: Джон Буль, Дядя Сэм и вполне реальный Махатма Ганди.

Чтобы национльная идея сделалась конкретной в сознании людей, необходима такая формула-компас, как некий катализатор, «точка кристаллизации».

Я предлагаю следующую формулу:

ЕДИНСТВО, ПРОГРЕСС, ЗАКОН.

Единство – православие и межконфесиональное взаимоуважение, история и всё многообразие культуры (и обогащающее взаимодействие национальных культур), общие интересы граждан, единое государство.

Прогресс – высокие технологии и прикладная наука (без академической у нас невоможная –
мы не Япония 60х-80х), новые прогрессивные экономические модели, эффективное управление во всех сферах, действенные инвестиции и рост производительности труда, экология и ресурсосбережение, совершенствование общественных отношений.

Закон – суд и правоприменение, одинаковые для всех, законотворчество и кодексы, направленные на реализацию принципов социальной справедливости и неотвратимости наказания за преступление.

Без любого одного компонента два других не дадут должного результата, достаточно поставить мысленный эксперимент. Так что при рассмотрении каждого из компонентов и их взаимодействия подразумеваем, что третий компонент не отсутствует.

Единство + Прогресс = экономическая, продовольственная и военно-политическая безопасность.

Единство + Закон = гражданское общество.

Закон + Прогресс = правовое государство.

Единство + Прогресс + Закон = социальные гарантии, устойчивое поступательное развитие.

Кто-то может сказать - мол, неоригинально (вспомним, хотя бы, бразильский флаг). Зато актуально. Ни убавит, ни прибвавить. Хотя и несколько суховато.

Молодые люди вступают в самостоятельную жизнь не равными по способностям и возможностям, но с очень схожими стремлениями, надеждами и чаяниями. Единство главных человеческих и росийских традиционных ценностей для всех жителей России может и должно быть реализовано в общности интересов граждан и в укреплении правового государства (как защитника и реализатора этих интересов) – формула национальной идеи призвана помочь в этом.

И какую область профессиональной деятельности человек бы ни выбрал, он будет работать, кроме личного благосостояния, ещё и на один из компонентов формулы. Или не будет – теперь для себя это ему решить просто, когда формула всегда у него перед глазами, она настойчиво преподаётся как средство национального спасения в школе и пропагандируется в СМИ. Любые действия, решения, планы и стратегии легко оценить, проследив, работают они на сформулированную таким образом национальную идеи или нет.

Власть не может быть "хорошей" или "плохой" по отношению к людям – она только или себя укрепляет или нет. В настоящей экономической и политической ситуации в России и в мире национальная идея – необходимое идеологическое средство не только укрепления государственной власти, но и сохранения и развития страны в целом, пока не упущен исторический момент, а это уже практически вопрос национальной безопасности. Вот так: отсутствие народного единства - угроза национальной безопасности.

Облегчает внедрение национальной идеи и то, что в России издавна обширная собственность считалась делом не вполне чистым, так как, читаем у В.В Розанова, всё было или украдено, или подарено. Много трудом не заработаешь, а кто трудом и умом зарабатывал, у того отнимали. А суперворы всегда благоденствовали, якшаясь с властью, люди одни, одного сорта, менялись и меняются и сейчас только должности и маски.

Отсюда и глубокое побуждение к благотворительности и меценатству у купцов и промышленников, и лёгкость распространения революионных идей. "Так, стало быть, следует, чтобы пропадала даром козацкая сила, чтобы человек сгинул, как собака, без доброго дела, чтобы ни отчизне, ни христианству не было от него никакой пользы?"(Н.В.Гоголь, "Тарас Бульба"). Вот вам, пожалуйста, польза: ЕДИНСТВО, ЗАКОН, ПРОГРЕСС.

Призывен флот дворцов и шапок;
Сезон крапивы на меду.
Стекаю вниз, нашарил тапок
И в тамбур покурить иду.

Куда-то в бездну абсолюта
Под «радио-маяк» Сургута
Уплыл гренландский кит-вокзал,
И, слово-за-слово, сказал
Мужик усатый полсталетний,
Что в Хантах* заперли последний
Общедоступный туалет:
- Ворьё одно, раденья нет!
Лишь баксы, не законы в силе,-
- Давно б по золоту ходили…
Прибой-желвак в граниты скул,
А то – сортир не поделили!
И сплюнул в межвагонный гул.

А я же вспомню: год от года
Пересекал простор Руси,
Что стало в облике народа?
Полегче что-нибудь спроси;
Полузнакомые все лица,
Да знать, за что бы зацепиться:
У всех свой промысел. Хотя,
Века назад, и век спустя,
Мы все одно. Забыли просто.
За суетой, в «болезнях роста»,
Что от церквушки до погоста
Нам только кажется, что мы
Не слышим гОлоса, шумы
Принявши за живое слово,
За откровенье – бред больного,
Слух напрягая от тоски.
Где голос наш? Ведь мы близки,
Как отголоски песни спетой;
Без дел больших и без войны
Разделены, как шатуны,
Не нагулявшие за лето.

Мы все отсюда. В этих рощах
Становимся добрей и проще,
И любим, день отдав труду,
Пить чай с малиной во саду,
В ладони ж после ночи сладкой
Размяв полынь и лебеду
О чём-то думаем украдкой,
С самим собою не в ладу…

Мелькают семечки околиц,
Вокзальчиков белёный хмель,
А среди улицы – колодец,
Один на всех, чей «журавель»
Вдогонку машет мне со смыслом –
До скорой встречи… я вернусь,
Запомню мостик коромыслом,
И как под ним плескался гусь,
Пружиня шею своенравно,
Овраг, в нём вроде так недавно
Молчали дружные снега,
И речки чистой берега,
Где омуты чреваты сомом,
Грунтовка стелется под домом,
Чтоб вольно убежать в поля,
Обняв седые тополя,
Что ждут в неслышимой беседе
С берёзами ветров и гроз,
Девчонка на велосипеде
В метаньи выгоревших кос
Несётся всё туда, в поля же,
Чтоб с небом глаз голубизну -
На плач… Язык коровий ляжет
Июльской ночи, и ко сну
Устало отойдут деревни;
И лунный заяц, не спеши,
Калач на звёздочки кроши
Покойней, глуше, однодневней;
Беззлобен сумрак, спите, певни,
Озёра, утки, камыши.

И я усну. И буду видеть
Как каждый русский человек,
Кого обрадовать, обидеть
Я смог за свой беспутный век,
И трав цветенье буйных, сорных
Необходимости опричь,
И красоту небес просторных,
И башенок водонапорных
Пожарно рдеющий кирпич.

*северное диалектное название Ханты-Мансийска.

Паращютисты и буера, лётчики хмурые, где вы?
Вскрыта рассветная кобура, залпом разверстого зева
В небушко грохнул калибр флагмана флота любви…
Ночь, потрясайся до фибр, бездна, себя отрави -
Утро настало.
Звон над вершинами чист, глохни, змеиный язык,
Главный идёт трубочист, кто какой шерсти настриг -
Правды обвалом
Выдай ему свой зарок; это почти что не песня.
Он, как взведённый курок, только быстрей и железней
Высадит гарь.
Вдохом иголочек льда, жженьем озона слоёв
Ты понимаешь, что – да, этой зурны зов не нов,
Пьян пономарь,
В саван глаза, залетев, прыгать не смогут,
Пни вместо сада дерев - плачущий йог Урт –
Дай им уйти.
Ломкие копья лучей, радуги зыбкость
Нёс трубочист из печей; бабочкость-рыбкость
Не отпусти
Его хитрых словечек. Им космонавты внимают,
Как скрипу уздечек мчащихся к краю
Звёздных коней…
В трубах заводится мрака немало – его позови.
 Раньше ты верил из страха, теперь - от  бездумной любви.

Иногда, если встать у окошка,
Совпадая с малиновой мглой
Предрассветной - увидишь, как кошка,
Отразив шкурки мёд с пастилой

Лукоморственным глазом, проходит
Не спеша через свежий снежок,
Её шаг ни к любви, ни к охоте
Не относится – ей хорошо.

И откуда она появилась?
Явно душу принять за весы,
Жизнь за веру, а чувство за милость,
Если видеть, что ушки, усы,

Лапки мягкие так беззащитны,
А спокойствия прочен покров,
Несмотря на контраст очевидный -
Истин зримых закон столь суров…

Йогурт сумерек тает фривольно,
Нет следов на искристом снегу,
Ангел шов горизонта продольный
Тянет вдаль, но на том берегу

Акведуком к кошачьей приваде
ЛЬётся млечных путей благодать,
Есть в нас что-то, как в кошкиной правде -
Быть не может купить иль отнять

Отрешённую в ласковом взоре
Радость сердца, в глуби, без причин,
И в зрачках - словно лес, словно море -
Свежих дев или старых мужчин

Одинакова. Что заставляет
Верить, что доброта дел и слов
Не напрасна? Глаз кошкин мерцает;
Ей известно… Ей виден покров.

Вечером, в ветреную и облачную погоду бывает так, что в высоких облаках возникают просветы, медленно меняющие форму и положение, а между ними и моими глазами низкий разреженный облачный покров мечется рваной паклей, суетно и торопливо стремясь к горизонту. И просвет в высоких облаках то виден ясно, то неясно, то скрывается на какое-то время, но я знаю, что он там есть, хотя и изменится, когда я увижу его вновь. Так и видения моей памяти – то застилаются событиями проходящих дней, то вдруг проявляются с неожиданной яркостью и остротой, то, кажется, пропадают совсем, однако мне точно известно, что они есть, и тут же смутно ощущается болезненный дискомфорт, природа которого поначалу была мне непонятна. Позже я понял, что запечатлённые памятью мгновения, храня самое содержание жизни моей в далёком и не очень прошлом, имеют для меня значение лишь как что-то, утраченное навсегда, если воспоминание хорошее, и как нечто, навсегда остающееся со мной – если они тягостны.      

Вспоминаю летний Новосибирск. Тихий Академгородок, транспорта немного, не жарко. Лёгкий ветерок с хорошо скрываемым любопытством колышет волосы девушек на автобусной остановке, приоткрывая их безмятежные или погружённые в себя взоры. Невесомые облачка в озоново-голубом небе. Короткие платья, светлые юбочки так подходят их упругим шагам – деловитым или горделиво-прямым. Говорят по мобильникам, покачивая в нежных пальчиках полупустые шопинговые пакетики. Дела, дела… Встречи, заботы, теплые омытые закатами и любовью вечера. Не было ничего. Только цветные искушающе-близкие сны. Почему я не умер в детстве? Я знаю точно, они будут ясно видны мне и перед самой смертью, такой реальный чужой мир…

Молчат гробницы,мумии и кости,
Лишь слову жизнь дана:
Из древней тьмы, на мировом погосте,
Звучат лишь письмена.
И нет у нас иного достоянья!
Умейте же беречь
Хоть в меру сил, в дни злобы и страданья,
Наш дар бессмертный - речь.

Иван Бунин


Философ:

- Мой друг, не думай о словах,
В них свыше не ищи значения,
И на обветренных губах
Их вкус до умопомрачения

Не воспроизводи вотще,
Проникнуть силясь в тайну знаков,
Что служат времени праще
Снарядами. Неодинаков

Во мгле столетий и в твоём
Уме, слегка разгорячённом,
Текучим мыслям окоём,
В одежды слова облечённым.

В словах священному огню
Нет места, их зерно – измена,
Их люди, сотни раз на дню
Пережевав, как в жвачку сено,

Используют, перевернув
Их смысл, как им сейчас удобно,
И осы мельтешащих букв
В контексте лжи нас жалят злобно.

Слова – уже не инструмент
В руках учёного и мага,
Из них торгаш и инсургент
Своей отравы варят брагу,

Слова – отмычка и закон,
Они – разменная монета,
Они – больной и душный сон
В уме безумного поэта.

Поэт:

- Мой друг, подумай о словах,
Ищи в них высшее значение,
Они на страждущих губах
Не просто средство для общения;

Попробуй мысленно на вкус,
Кричи и пой, вложи в молитвы -
В них слышен вечности искус,
И стон любви, и грохот битвы,

В них есть вибрация основ,
И часто, всем нам в укоризне,
Гортанный хрип последних слов
Сильней деяний целой жизни.

Будь поталантливей бы, смог
Сквозь тьму веков прозреть и дым я
Слепящей истины исток:
Любое слово – это имя.

А имена есть суть вещей
В их человечьем понимании,
И ты, пустых наевшись щей,
Не говори мне об обмане:

Не ты ли остроту ума
Сковал доспехом дефиниций?
И огорчён теперь весьма,
Что не поймать, подобно птице,

Тебе в силки волшебных слов
В груди цветущие рассветы -
Вот так, мой друг-"болиголов",
Сухой философ стал поэтом.

Вы дерзко, Вы невероятно красивы;
Я думал, такого и быть-то не может...
Рассвет - и цветок распустившися сливы:
Смогу ли я стать и беспечней, и строже?

Едва ли Судьба мне сулит подношенье - 
Растаяли Вы, но рассвет так коварен...
Как лопнувших струн звонкий крик непрощенья -
Нет, я не согласен! Утрачен? Подарен...

Ажурная ласкала глаз листва,
Ковром цветистым ссыпана под ноги,
Не дал коснуться тайны естества
Осенний бог – ревнивы нынче боги.

В воздушной влаге, в бахроме ракит
Чуть сизоватый свет небесной зыби
Небрежно и балОванно хранит
Загадку яви, морось тихо сыпет;

Мы призрачны, как сны и поезда,
Во времени завязшие, как в тесте -
Исчеркана в бессильи береста,
Всё сказано – и мы молчим не вместе.

Не оттого ль в неведомую даль
Стремятся души с криком журавлиным,
Что дней любви утраченный Грааль
Далёк, как ветер с шёпотом полынным…

***

Растерян лес, беспомощен и гол,
И солнце в нём не чистит больше перья,
И чёрных веток жалкий частокол
Напрасно молит в небе благоверья.

В прорехе тела саблей машет куст,
Сметая клочья грЕзи пасторальной:
Осенний бог врастает в небо… пуст,
Невоскрешаем взор его медальный.

Но знаки пламенеющей тоски
Мы сами выжгли на его колене,
Как счастливы мы были, как близки,
И всё возможно было... Как в Эдеме?

Не потому ль в пронизанном пальто,
Смеясь и стук зубов мешая с градом,
Пусть стало всё не так и всё не то -
Прощаем мы себя и всех, кто рядом.

Жемчуг утренней дрёмы,
Даль невыпавших встреч,
Кряжей горных изломы,
Случай – призрачный меч,
Плеск разреженных капель,
Жерла мёртвых мортир,
Лёт стремительных цапель,
Белых, словно пломбир,
Из холодных рассветов
В шум и золото дня
Плавят бремя ответов,
Нежность их полоня
Плавно-грустно-верблюжью…
Проявленье дуги
Твоей брови – как тушью
Росчерк твёрдой руки;
Иероглиф «бесценно»,
Знак «начало пути»,
Растворение пены
Слов бегучих – прости:
Нам касание тайны
Удержать, тишины
Голос остро-кристальный
Лишь мгновенья даны:
Вечность в люльке пространства
Улыбнётся, зевнёт –
Снова нет постоянства,
Снова страх, снова взлёт.