Выдающийся русский художник Василий Дмитриевич Поленов (1844-1927) - фигура в русском искусстве в некотором роде загадочная.
В историю искусства он вошел своим тихим, но очень сильным и проникновенным словом поэта в живописи, открывшего интимный мир старинной русской усадьбы, тайну притягательной красоты национального пейзажа и красочного величия Востока. «Этот незаурядный, удивительный, настоящий русский человек, - писал о нем Федор Шаляпин, - как-то сумел распределить себя между российским озером с лилией и горячими песками азиатской пустыни. Его Христос, его евангельские сцены, его первосвященники - как мог он совместить в своей душе это красочное величие с тишиной русского озера с карасями? Не потому ли, впрочем, и над его тихими озерами веет дух божества?»
Монастырь над рекой
Ближневосточный пейзаж
Основой этой художественной разносторонности был редкостный талант Поленова, обладавшего способностями, казалось бы, несовместимыми в одном человеке, - пленэрным видением, настолько точным, что его называли «абсолютным зрением» по аналогии с «абсолютным слухом» у музыкантов, и врожденным декоративным даром. В пору, когда перед художниками наиболее остро встала проблема яркой и выразительной формы самой живописи, способной передавать и самые великие замыслы, и все то, чем была полна душа художника, его впечатления, настроение, он заговорил на живописном языке, завораживающем своей чистотой и богатством, умело сочетая в одном живописном произведении пленэрное видение с декоративными задачами.
Бабушкин сад
Больная
Художественная деятельность Поленова основывалась на стремлении приносить своим искусством пользу людям, активно участвовать в жизни общества.
Его слова из письма к Виктору Васнецову: «Мне кажется, что искусство должно давать счастье и радость, иначе оно ничего не стоит»,- достаточно ясно выраженное эстетическое кредо художника и точное обозначение стимула, побуждавшего Поленова к работе. Это высказывание могло бы служить эпиграфом ко всей разносторонней художественной деятельности мастера и одновременно стать ключом для понимания сложной и тонкой души художника, убежденного в способности искусства преобразовать мир по законам красоты.
