Lady Godiva by John Collier
В одиннадцатом веке в английском городке Ковентри (Coventry) жила чета богатых феодалов – лорд Леофрик (Leofric) и леди Годива (Godgifu – «Подарок Господа», позже имя трансформировалось в Godiva), граф и графиня Мерсиа (Mercia). Были они знамениты тем, что покровительствовали искусству и заботились об образовании. Выражалось это в строительстве церквей, в основном. Так уж было принято в те времена.
Занятие благотворительностью требовало значительных финансовых ресурсов. Деньги же, как это водилось у феодалов, поставлял, как правило, народ. В виде налоговых податей. Чем щедрее взносы, тем выше налоговые ставки. Вот такая вот палка о двух концах эта благотворительность аристократов.
Надо сказать, что графская щедрость (по отношению к церкви) не знала границ. Совершенно неограниченной была и система сбора налогов. Тарифы росли год от года, жители Мерсиа (а, в частности, Ковентри) – беднели, беднели, беднели... И вот последние, совершенно отчаявшись, набрались мужества (или наглости – это как посмотреть) и отправились к графине просить о заступничестве.
Так, мол, и так, многоуважаемая леди Годива. Супруг Ваш совсем озверел. Душит, давит и грабит. Так мы все скоро по миру пойдем. Помогите. Справедливости ради.
Леди Годива женщиной была доброй. Простых людей пожалела, и мужа, конечно, снизить налоги попросила. Вот только лорд Леофрик посчитал, что такие вещи – не женского ума дело. Однако напрямую супруге отказать постеснялся. Поступил хитро – поставил условие. Проедешь, мол, на коне обнаженной по городской площади да в базарный день – так и быть, отменю налоги для Ковентри.
Леди Годива. Фредерик Лейтон
Художник Эдмунд Лейтон изобразил момент принятия решения (1892)
Расчет был точным – ни одна леди в одиннадцатом веке (если она была леди, конечно) не согласилась бы принять это условие. Но графиня Годива оказалась из гордых. И хитрых. И задала мужу страховочный вопрос: «И что же, если я пожелаю сделать это, Вы позволите мне?» («And should I be willing to do this, wilt thou give me leave?» Не подозревая подвоха, лорд брякнул: «Несомненно». И проиграл.
Ох, уж эти англичане с их «posh English» (шикарным английским), таким странным, и таким удобным – вежливо выражающим намерение, которое вовсе не обязательно планируется к совершению.
Леди Годива. Жюль-Жозеф Лефевр. 1898
Получив индульгенцию супруга (хитрым аристократическим способом), леди Годива разделась, оседлала боевого коня супруга и прокатилась по городским улицам. Говорят, у графини были красивые длинные волосы, которые слегка прикрывали ее благородную наготу. А еще говорят, что жители Ковентри, толпившиеся на улицах, зажмурили глаза, дабы не смущать свою заступницу.
Те же, кто находились в домах – захлопнули двери и ставни. Все, кроме одного – любопытного Тома (видимо страдавшего вуайеризмом – манией подглядывания). Он решил чуть-чуть подсмотреть в щелку оконной ставни, и в тот же миг, говорят, был ослеплен Господом (а в английском языке появилась идиома «The Peeping Tom» – «подглядывающий Том»). Так что высокая честь леди Годивы ни в коей мере не пострадала.
Лорду Леофрику ничего больше не оставалось, как сдержать обещание. Вплоть до пятнадцатого века жители Ковентри платили только один налог – на содержание лошадей. Видно граф, наряду с прочими достоинствами, обладал еще и доброй долей хорошего (английского) чувства юмора.
Монета Ковентри (полупенни) с изображением леди Годивы. 1793
.
