Довелось поучаствовать в распространении дневниковой эпидемии:
jag

Когда-то смотрел какой-то фильм. Ага, действительно все так запущенно: не помню названия фильма, да и сюжет, тоже не помню, если честно. Фильм о психологическом состоянии современного «успешного» человека, вроде бы. Главный герой работает в какой-то крупной конторе, занят каким-то бумажным делопроизводством. Эта его деятельность, как и деятельность всей конторы, доведена до полного абсурда. Все, с каким-то нездоровым фанатизмом, занимаются какой-то, никому не нужной, фигней. Кучи бумаг, дикие повороты сюжета, но самое ужасное, почему-то, это длиннющие офисные коридоры с бесконечными рядами дверей по бокам. Эти коридоры навевают какую-то метафизическую тоску и доводят до состояния полной безысходности.

Вспомнил сейчас об этом, путешествуя по нашему коридору, в поисках места «для покурить» -- нашу курилку почему-то закрыли. А может виной тому не коридор, а какое-то непонятное состояние: то ли не выспался, а то ли похмелье. То ли девушка, а то ли видение, млин.

А вчера ничего не было. Посидели, поговорили, покурили, ну чуть-чуть пива выпили и все. И Димка и Серега взрослые, семейные дядьки с детьми. Так что все почти по-взрослому. За исключением того, что комп все-таки включали и в игрушки все-таки играли, но вполне могли бы и без этого обойтись. Так, скорее дань традиции. А у меня, похоже, процесс развития слегка заторможен, хотя я все чаще думаю, что не слегка.

Сегодня приехал Серега Саровский. Наконец-то появляется ощущение какой-то практической пользы от этого дневника. Можно документировать важнейшие события жизни, многие из которых уже безвозвратно потеряны для истории, в прошлом, в котором не было места для всяких глупостей вроде ЖЖ, наверное потому, что было слишком много других глупостей. Все-таки человеческая память – крайне ненадежная штука. То что было в его прошлый приезд, еще кое-как можно вспомнить, а в позапрошлый? А, ну да, в позапрошлый раз он приезжал с сыном и поэтому мы пили в Парке Культуры... или в зоопарке? Ну вот, я же говорил, что память никуда не годится.

Серега из тех людей, которых, кажется знаешь уже пару жизней. Может быть в какой-то степени так и есть. Если начинаешь вспоминать, то кажется, что первая встреча с ним произошла в совершенно другом времени, и может быть другом измерении. И конечно в памяти почти ничего не осталось. Была осень, а может быть весна, было много людей, все мы сидели в танькиной комнате в общежитии и пили какое-то белое вино из какого-то чайного сервиза. Серега был лысый в очках и в военной форме. И я запомнил его имя, наверное, только потому что он оказался моим тезкой. Странно, из тех времен вспоминается ощущение того, что все еще впереди, все еще будет... а может никакого такого ощущения тогда и не было. Вроде, тогда я был одержим всякими суицидальными идеями, которые так окончательно и не воплотились в действительность, даже не знаю почему. Память ни к черту. Да, сейчас это и не важно уже.

-- Сегодня я вас только до парка довезу, мне на третье кольцо, -- говорит Димка.
-- Значит, сегодня бухаем в парке, -- делает вывод Серега.

Неудачные выходные, как правило, начинаются в пятницу. Может быть они все начинаются в пятницу, не знаю, скорее всего так и есть.
Да, все выходные начинаются в пятницу, а пятница – это такой специальный день, в который можно выбрать себе выходные. И я выбрал, зачем-то неудачные. Выбор был сделан, когда было решено выпить по пятьдесят. Такая вот безобидная доза. Пятьдесят грамм отвратительной жидкости за пятнадцать рублей, с издевательским названием «Праздничная». Пятница – Праздничная – Пятьдесят. Замкнутый треугольник.
И все уже известно заранее и поэтому скучно. Известно, что после первых «по пятьдесят» будут еще и еще, и после третьих уже сложно будет вспомнить на каких пятидесяти все закончилось и что пилось между ними. И известно, что будет в субботу. В субботу будет полная невозможность принять какое-нибудь положение, кроме горизонтального и т. д. и т. п. Все давно известно и ничего не меняется.
А что было бы, если не было бы этих пятидесяти? Возможно все тоже самое. А возможно и нет. Осталось бы место для какого-то «а вдруг». Но, конечно, никто не гарантирует никакого авдруга. Можно ждать, надеяться, а он возьмет и не случится, и от этого опять же станет скучно, потому что все как всегда. И опять же, как всегда, руки потянутся к верному браунингу, а ноги привычным движением завяжут петлю, на заранее подаренной друзьями веревке. И браунинг даст осечку, потому что верный, а веревка оборвется, потому что друзья все предвидели и это переполнит чашу и наступит полное разочарование во всем... Так может лучше по пятьдесят?

Или все-таки путешествовать не здорово? То есть, совсем не здорово. Отвратительно. Мерзко. Да, глупый вопрос. И ответы соответствующие. Но вопрос мой, и к тому же мне. Что хочу спрашиваю, как хочу отвечаю.

Конечно, все зависит от того, куда с кем и зачем путешествовать. Конечно, все правильно, не поспоришь. Какой правильный ответ! Или он не правильный, а до отвращения, банальный?

Ладно. Хорошо. Попробуем прекратить этот ненужный спор, ок? – ОК. Как со мной бывает легко договориться, иногда.

Так как эта страничка – место публичное, и даже, судя по статистике /хотя эти циферки, так и остаются для меня загадкой/ сюда кто-то заходит, и возможно, даже что-то читает, то попробую объяснить свое неоднозначное отношение к путешествиям. Или нет, лучше просто попробую рассказать об одной своей поездке.

Читать далее...

День какой-то немного странный сегодня. Диски не записываются, интернет глючит, заставляют работать – работать не хочется. Хотя что странного? Все как обычно. Обычный день. День, как день.
В аське объявился Димка. Сообщил, что скоро Серега Саровский приезжает, и добавил: «Опять ссать в кусты будем!» Общение людей, давно знакомых друг с другом – это что-то -) Абсолютно бестолковой фразой можно передать кучу мыслей и эмоций. Смешно. Димка, как выяснилось, был в Турции две недели, а я даже и не знал. Хочется позавидовать, но что-то не завидуется. Завидуется Гоше. Картинки, которые он иногда присылает, просто замечательные. А мои попытки: и смех и грех. Но я не сдаюсь, пока. Хотя, путешествовать – это, наверное, тоже здорово.

P.S. Ворд предложил заменить слово "ссать" на "сосать", сволачь, чуть не плюнул ему в рожу )

Посчитал, не поверил, пересчитал, блин, так и есть – тринадцатый пост. По этому поводу надо срочно запостить что-нибудь еще. Не то чтобы я был очень уж суеверен /суеверен, но в меру/. И не то чтобы число тринадцать было бы уж таким несчастливым в моей жизни. Но на всякий случай. Как бы того этого через вон то, как говорится.
Далее цитата из Артура Голдена.

Читать далее...

Нет, никогда я не поверю, что люди повинны в вымирании мамонтов. Люди коварны, жестоки, прожорливы – да! Люди истребили мамонтов – нет! И это не досужие рассуждения, а факт проверенный на личном опыте.
Читать далее...

Все-таки, как не прискорбно это сознавать, у меня аллергия на работу. На выходных все было замечтательно, ну, почти, а сегодня, пока ехал сюда, совсем расклеился. Сопли, кашель, все дела. Изо всех сил создаю вокруг себя зараженную, а ля чернобыльскую зону, локального характера, но тем не менее коллеги не рискуют ко мне подходить. Это радует, конечно, в какой-то степени, особенно в понедельник, но все равно как-то странно. Читать далее...

Сегодня весь наш отдел ходил на выставку «Полиграфия и Дизайн» или что-то в этом роде. Весь, кроме меня. Хотя я уже и не дизайн и не полиграфия. То есть дизайн, полиграфия и еще мне шьют сисадминство. Был фиговым дизайнером, теперь буду фиговым дизайнером и сисадмином в одном флаконе. В общем бред. Но никто меня не держит. Не нравится – увольняйся. Прав В. Ерофеев: В каждом руководителе в этой стране, даже самом незначительном, живет маленький Сталин. Ну и фиг с ними со всеми. Я, кажется, о другом собирался написать... Все-таки парацетамол, действует на центральную нервную систему, не лучшим образом. Да, что-то про выставку. В прошлом году я тоже не был на этой выставке. Не помню почему. Вообще плохо помню, что было год назад, что и не удивительно, но это не важно. Я помню, как я ходил на эту выставку два года назад.
В тот день я впервые увидел тебя злой. Злющщщщая ведьма )) Я опоздал на пятнадцать минут. Когда я тебя увидел, мне показалось, что сейчас ты превратишь меня в жабу, крысу /хотя, я и так крыса ) / или во что-нибудь похуже. Но обошлось. Потом выяснилось, что причин, для плохого настроения в тот день у тебя было предостаточно, а мое опоздание просто оказалось последней каплей. А я-то размечтался ) Потом ты потихоньку успокоилась. Что там было, на этой несчастной выставке? Не знаю... Там была ты. Помню, как ты доказывала двум парням, весьма самоуверенного /по началу/ вида, что их сайт полная фигня, как с визуальной, так и с моральной точки зрения. Помню их ошарашенные физиономии. Помню... нет, ничего кроме тебя не помню.
Все эти мысли - воспоминания, накрыли меня сегодня утром, совершенно неожиданно, когда я мирно валялся в кровати, вместо того, чтобы повышать свой профессиональный уровень, обозревая лучшие работы коллег за прошедший рекламный год. Накрыли и вогнали в какую-то нездоровую лирику. Ну и ладно, переживу как-нибудь... скорее всего

Хорошо болеть. Утром звонишь на работу, говоришь, что болеешь и весь день свободный. Делай, что хочешь. Хочешь спать – спи. Не хочешь спать, почему-то все равно ложишься и спишь. В общем замечательно. Особенно хорошо болеть, когда дома никого нету. И не так, чтобы все ушли на работу или еще куда-нибудь, а так, чтобы никого не было в принципе. Чтобы заниматься чем угодно и не думать, что кто-то появится и помешает. Проще говоря, чтобы спать никто не мешал. Именно так я вчера и болел. И особенно большой удачей можно считать то, что телефон за весь день ни разу не зазвонил. Впрочем, повезло главным образом телефону. Если бы меня разбудили и опять попросили позвать какую-нибудь марью ивановну или поинтересовались, какой канал у меня телевизор показывает в данный момент, или спросили, не собираюсь ли я квартиру сдавать, или нет ли у меня сухих сосновых досок... я бы его, телефон, убил бы. А так все остались живы, здоровы /я несовсем, телефон - полностью/ и вполне довольны жизнью.
И зачем я сегодня на работу приперся? Непонятно совершенно.

От агрессивных химических соединений, называющихся лекарствами, в голове полная пустота, зато в животе какая-то подозрительная активность. И писать собственно нечего. Вот и нечего писать.

Вчера весь день работал и заболел. Или заболел и весь день работал? Так нельзя. Надо срочно исправляться. Но наступила осень и на работе теперь сложно не работать. Во-первых этой самой работы как грязи, а во-вторых атмосфера в офисе стала вполне пригодной для дыхания, необходимость тратить все физические силы на элементарное выживание отпала и хочется чем-нибудь заняться. Пока, правда, мы преимущественно занимаемся тем, что попеременно чихаем и желаем друг другу всяческих благ по этому поводу. Но лиха беда начало.
Читать далее...

Вчера напился. Н-да, не на долго же меня хватило. Ну и ладно. В связи с тем, что голова категорически отказывается что-нибудь соображать, далее будет размещен текст, который был написан до того, как у меня завелся ЖЖ. Написан этот текст был в покаянной форме и примерно в таком же состоянии, как сегодня. Так что не знаю, стоит ли его где-нибудь размещать, а уж тем более читать. Но тем не менее...

Читать далее...

Зашел на ленту. Там увидел чей-то пост с длинной молитвой. Заканчивалось все это фразой: «Да поможет Господь всем тем, кто сейчас томится в руках заложников!»
Тогда уж: Да поможет Аллах! Так, по-моему, вернее.

-- Ты меня любишь?
-- Нет.

Человек, пока он живой, не может умереть. Нельзя быть живым и мертвым одновременно. Но можно упасть ниже нулевой отметки смерти. В область отрицательных величин. Первое время /секунды, минуты, дни?/ ничего не происходит. Смотришь на изменившийся мир с черным солнцем, бесцветный травой, полупрозрачными деревьями, безобразными творениями рук человеческих и липкой жидкостью вместо воздуха, пожимая плечами: ну и что? Тебе все равно, все безразлично. Безразличие – спасительная анестезия и смертельный яд одновременно. Оно растворяет тебя изнутри. Это нельзя не заметить: люди и предметы вокруг, постепенно теряют смысл, а вместе с ним и форму. Превратившись в бездушный автомат, продолжаешь выполнять ежедневный набор примитивных действий, но это не имеет никакого значения для тебя. Ты чувствуешь, как где-то в тебе, постепенно формируется что-то тяжелое, чужеродное, с острыми гранями и тянет тебя куда-то вниз. Это падение /полет?/ в никуда может продолжаться очень долго, потому что времени для тебя почти не существует, вернее ты его игнорируешь. И все же ты живешь. И рано или поздно тебя вытолкнет на поверхность. Грубо и бессмысленно. Просто по законам физики-метафизики или чего-то там еще. Ты еще долго будешь барахтаться на поверхности, то и дело уходя под воду, всплывая, отплевываясь, немея от ужаса, не понимая кто ты и зачем ты. Бессмысленно размахивая руками будешь хвататься за любую соломинку: уходить в запой, бросать пить, курить гашиш, пробовать кокаин... может быть заведешь ЖЖ?

Вчера зазвонил телефон.
-- Кто говорит?
-- Слон.
Нет, звонила мама.
Встревоженный голос:
-- С тобой все в порядке?
-- Да, а что?
-- У вас там такое творится... ужас...
Включил телек: восемь погибших, около двадцати раненых... журналисты по телемосту обсуждают пробки на Проспекте Мира...
Мама у меня живет далеко от Москвы, ей страшно смотреть телевизор. Тем кто здесь, похоже, уже давно всё в глубоком пополаме.

Что такое террор?
ТЕРРОР (терроризм) (латинское terror - страх, ужас) ... /выдержка из Современной энциклопедии/
А что у нас?

Последние годы осень ассоциируется с террористами. Почему осень?
Зимой – холодно?
Весной – авитаминоз?
Летом – надо хорошенько отдохнуть перед тяжелой и грязной работой?
Все правильно, остается осень.

Но все равно очень не хочется стать жертвой. Жертвой чего угодно, а особенно терроризма.

Желаю всем избежать какого либо участия в этой грязной игре.

Десятый день я не пью. Ни капли алкоголя. Зачем мне это нужно? Не знаю, наверное просто интересно – новые ощущения. Вечером после работы с Димой стоим у ларька. Он покупает свой классический Сидор, я – томатный сок. Дима смотрит на пакетик в моей руке, морщится и спрашивает:
-- И как ты это пьешь без водки?

На выходных, как всегда, стабильный оффлайн. Двое суток на грунте. Двое суток вне. Полная тишина. Акустическая стерильность. Часам заткнули рот, чтобы не стучали, не шумели, не нарушали иллюзию безвременья. Ассистентки иллюзионистов: Мы Вас разоблачим! Иллюзионисты: Молча хватают ассистенток, пилят их вдоль и поперек, складывают в сундуки и вешают тяжелые замки. Не из боязни разоблачения, а порядка для. Без фокусов. Стук часов ночью, похож на стук железных колес по железным дорогам. Железная дорога жизни, протянувшаяся между двух вокзалов. У каждого, в билете указана точка отправления и точка назначения. Все остальное туман. Электронные часы – признак трусости человечества. В билете невозможно что-то изменить, что-то исправить. Или мы не знаем как? Или боимся? Или не надо ничего исправлять? Проснувшись ночью, от внезапно наступившей тишины, выйти в тамбур, из открытых кем-то дверей увидеть непривычный, остановившийся пейзаж. Хватаясь немеющими пальцами за поручень, замирая спуститься на насыпь... /Желтая стрела / Просыпаешься перед назойливо гундящим о сантехниках, памперсах и тарифах телевизором, жадно пьешь минералку – выходные.

На выходных я узнал:
1. Апокалипсис был полторы тысячи лет назад.
2. Число Зверя – 616.
3. Дьявол – это женщина.

Наверное, было бы правильно на этом остановиться и больше ничего в этот дневник не добавлять. Читать далее...

Кажется так принято начинать подобные мероприятия? Хотя... тот, кто так начал, не слишком хорошо закончил, по крайней мере один такой пример существует и он не очень-то вдохновляет. Так что надо начать как-то иначе, например: да пошел ты, дневник!