Зашла на Призрачный. Покопалась в описаниях фильмов. Захотелось найти. Возможно, будет интересно сочувствующим Призраку...
Краткая информация:

Режиссер Дэвид Линч, уже имевший довольно положительный опыт создания специальных эффектов в своем дебютном фильме "Голова-ластик" (1977), поначалу попытался создать грим Человека-слона сам.

Отказавшись от этой затеи и признав свою несостоятельность, Линч пригласил профессионального дизайнера гримэффектов Кристофера Такера, который разработал сложнейший дизайн грима на основе сохранившихся гипсовых слепков с тела реального Человека-слона.
В небольшой роли олдермена снялся британский актер Фредерик Тревз. Совпадение имен не случайно: актер приходится внучатым племянником реальному доктору Фредерику Тревзу (1853 - 1923).

ДЖОЗЕФ МЕРРИК (1862 - 1890)

Джозеф Кэри Меррик, известный также как Джон Меррик и Человек-слон, родился в городе Лестере, Великобритания, 5 августа 1862 года.
Джозеф Меррик родился нормальным ребенком. Но в пятилетнем возрасте у него появились первые признаки врожденной патологии, а в подростковом возрасте уже развилось серьезное уродство.
После смерти матери Джозефа Меррика его отец отказался от сына.

Доктор Трэвес (Энтони Хопкинс) находит Меррика (Джон Хёрт) в Викторианском «фрик-шоу», куда Меррика нанял меркантильный делец Байтс (Джонс). Внешность Меррика настолько ужасающа, что по жизни ему приходится носить просторное одеяние, вроде мешка, чтобы никто не увидел его пугающих наростов по всему телу. Кроме того, Байтс считает, что Меррик умственно неполноценен. Трэвеса заинтересовывал этот «экспонат» цирка, и он хочет выкупить Меррика у Байтса для того, чтобы обследовать его в больнице и прочитать лекцию о нём. Трэвесом двигает ничто большее, чем любопытство. Байтс не хочет уступать доктору, объясняя это тем, что Меррик — его единственный источник дохода, и он не может просто так с ним расстаться. Трэвес задумывается о том, как помочь Меррику.

Доктор Фредерик Тревз описал Джозефа Меррика следующим образом:
"Обладал непропорционально большой деформированной головой с огромным костным наростом на лбу - там, где у обычных людей бывают брови. Позади головы свисали складки коричневой губчатой кожи. Еще одна кожная масса свисала с плеч и достигала бедер. Такой же кожей была покрыта его грудная клетка. Верхняя губа была вывернута наружу и напоминала кончик слоновьего хобота - отсюда и взялось прозвище. Его левая рука была нормальной, а правая, необычайно грубая, заканчивалась кистью, больше похожей на плавник. Правая нога напоминала правую руку, что вынуждало его пользоваться тростью при хождении. Всё это дополнялось крайне неприятным запахом, источаемым больной кожей".

По приезде в больницу медсестры пугаются внешности Меррика, и доктор Трэвес принимает решение поместить его в отдаленной комнате, предназначенной для инфекционных больных. Трэвес рассчитывает на помощь главной медсестры (Венди Хиллер). Он учит Меррика некоторым простым словам, и в итоге Человек-слон уже может говорить короткие фразы, вроде «здравствуйте, я Джон Меррик». Однако, когда к Джону приводят директора госпиталя мистера Карра Гомма (Джон Гиельгуд), он смущается и не может сказать ни слова. Карр Гомм уходит в уверенности, что пребывание Меррика в госпитале — безнадежная затея и глупая выдумка доктора Трэвеса. Стоя за дверью, директор больницы и доктор спорят о необходимости лечения Меррика. Как только дверь закрывается, Меррик успокаивается и проникновенно декламирует двадцать третий псалом. Пораженные Трэвес и Карр Гомм приникают к двери и слушают чтение Человека-слона.

Трэвесу открывается, что на самом деле Человек-слон — развитая, способная к обучению личность, и его поведение перед Байтсом всего лишь притворство, попытка предотвратить избиения. Мерикк словно подтверждает подозрения Трэвеса: он рисует, конструирует из картона модели замков и много читает. Меррик вхож в дом Трэвеса и его жены (Хана Гордон), именно ей он показывает свою самую дорогую ценность — небольшой портрет очень красивой женщины, которую он считает своей матерью. Меррик уверяет ее, что если бы только его мама увидела своего сына, она бы сразу же его полюбила и никогда бы с ним не расставалась. В этот, один из самых трогательных моментов фильма, жена доктора безутешно плачет. Меррик недоумевает, чем он мог так расстроить мадам. Оказывается, что он никогда не видел своего отражения в зеркале. Визиты к Меррику входят в моду, его посещает знаменитая актриса Кендолл (Анна Бэнкрофт). Светские люди воспринимают свои походы к уродцу как развлечения. Кендолл даже выводит его в театр, где Человек-слон показывает себя настоящим джентельменом. Меррик воспринимает происходящее серьезно, в то время как его «друзья» нашли себе новый щекочущий нервы аттракцион. Таким образом, получается, что Меррик снова оказывается во «фрик-шоу», только «на высшем уровне». Трэвеса беспокоит сложившаяся ситуация и его собственная роль «держателя аттракциона».

Несмотря на известность Человека-слона, двери его комнат не запираются на ночь, и ночной сторож (Майкл Элфик) снова начинает использовать Меррика в своих целях. Ночью к нему вламывается пьяная компания во главе с его бывшим хозяином Байтсом. Байтс подносит к лицу Меррика зеркало, и тот впервые видит себя таким какой он есть. Байтс похищает обезумевшего Меррика и, недолго думая, отправляется с ним на гастроли в Европу. Человек-слон сильно заболевает, но пытается бежать. С помощью других артистов цирка он возвращается в Лондон, где мечется по вокзалу и случайно сбивает молодую женщину, что становится причиной скандала. Толпа окружает Меррика и снимает с него прикрывающие деформированную голову отрепья.

В это время Трэвес обнаруживает отсутствие Меррика и обвиняет в произошедшем сторожа. Меррика доставляют обратно в больницу. Однако вследствие полученных физических и душевных травм Человек-слон больше не может жить. Он благодарит Трэвеса за то, что тот помог найти за оболочкой слона настоящего человека. Последнее видение, возникающее перед умирающим Мерриком, — его мать.

Джозеф Меррик прожил в больнице около пяти лет и умер от асфиксии 11 апреля 1890 года в возрасте 27 лет.

После смерти Джозефа Меррика его скелет и некоторые части тела были сохранены для науки: часть внутренних органов была заспиртована, а с головы, рук и ног были сняты гипсовые слепки.

При жизни Джозефа Меррика тогдашняя медицина так и не смогла точно диагностировать его заболевание.

Лишь более поздние исследования его скелета и гипсовых слепков, сделанных с его тела, позволили с достаточной долей уверенности утверждать, что причиной чудовищного уродства Меррика стал нейрофиброматоз (сокращенно NF), более известный как "слоновья болезнь", - генетическая патология, от которой страдает один человек из 4000.

Еще более поздняя экспертиза, включавшая в себя компьютерное сканирование скелета, позволила исследователям утверждать, что Джозеф Меррик страдал еще более редким заболеванием - синдромом Протея, следствием которого стала чудовищная деформация всего тела, включая кости черепа и конечности.
http://health.discovery.com/convergence/elephantma...eshow/gallery/skull_h_zoom.jpg

Тогда же, в 2003 году, на основе анализа сохранившегося черепа Человека-слона и черт лица одного из его родственников при помощи специально созданной компьютерной программы ученым удалось реконструировать внешность Джозефа Меррика - так (http://www.eurekalert.org/images/release_graphics/EMorph5.jpg) он выглядел бы, если бы его не изменила чудовищная болезнь.

Человек-слон на сцене и на экране

Во второй половине ХХ века американский драматург Бернард Померанс написал пьесу "Человек-слон", премьера которой состоялась на Бродвее в 1978 году в постановке режиссера Джека Хофсисса.

В 1979 году спектакль "Человек-слон" был удостоен 3-х премий "Тони" по разделу драмы: лучший спектакль, лучший режиссер (Джек Хофсисс) и лучшая актриса (Кароль Шелли, поделившая награду с Констанс Каммингс, игравшей в пьесе "Крылья"). Роль Джона Меррика в бродвейском спектакле исполнил Филип Энглим, а роль Фредерика Тревза - Кевин Конвей.

Впоследствии в роли Джона Меррика в этой постановке дебютировал на Бродвее легендарный музыкант, композитор, певец и актер Дэвид Боуи.

В спектакле зрители так и не видели лица Джона Меррика.

4 января 1982 года состоялась премьера 90-минутной телевизионной версии бродвейского спектакля в постановке того же Джека Хофсисса, в которой снялись звезды сценической версии Филип Энглим и Кевин Конвей, а также Гленн Клоуз (принцесса Александра), Пенни Фуллер (миссис Кендал) и Ричард Кларк (Карр Гомм).