- Я хочу стать лучшим в мире мясником, - сказала о себе Гертруда Беменбург в 1943 году. Но четырехлетняя девочка выросла и стала Вильгельминой (Wilhelmina), величайшей американской моделью 1960-х. Она могла бы быть гораздо счастливее - и прожить дольше, - если бы осуществила свою детскую мечту.



Она была последней звездой эпохи кутюрье в модельном бизнесе, самым дорогим лицом своего времени. 255 раз она появлялась на журнальных обложках, из которых рекордные 28 раз на обложке американского Vogue. И в своей второй карьере, совладелицы и президента агентства «Wilhelmina Models», она в последний раз появилась на обложке за четыре месяца до смерти; ее фотография иллюстрировала статью о яростной конкуренции в модельном бизнесе.



Фрагмент из книги Майкла Гросса "Model: The Ugly Business of Beautiful Women" (1995).


"За десять лет позирования и еще чертову дюжину лет во главе агентства Вильгельмина увидела, как ее профессия из почти кустарного ремесла женоподобных существ, которые выглядели так, словно никогда не мылись, превратилась в могучий бизнес с бюджетом, составляющим около пятидесяти миллионов долларов в год. Бизнес, полный жадности и враждебности, бизнес, главными составляющими которого стали деньги, наркотики и безудержный секс.

Вильгельмина тоже изменилась. Начала она волевой красавицей, сформировавшей себя, построившей свою карьеру. А закончила тайной жертвой, которую окружающие считали главой второго в мире по величине модельного агентства; заботливой матерью для моделей, которые всегда могли обратиться к ней за советом; передовой женщиной, продвигавшей черных моделей, несмотря на косность и расизм, царящие в модных кругах. Никто не знал, что на самом деле она была постоянно избиваемой женой запойного алкоголика; матерью, не способной защитить собственных детей; совершенным с виду существом, которое, по мнению ее собственной дочери, предпочло убивать себя с помощью сигарет, но не пытаться бороться с мучительным несовершенством собственной жизни.

Вильгельмина, дочь немецкого мясника и голландской швеи, родилась в мае 1939 года в Кулемборге, в Голландии. Она выросла в Германии и мечтала стать няней, учительницей или международной шпионкой. Но в день Победы она и ее четырехлетний брат бежали по улице, чтобы получить по карточкам свою дневную порцию еды, когда проходившая мимо группа пьяных канадских солдат, праздновавших победу, стала стрелять в воздух. Одна из выпущенных ими пуль убила брата Вильгельмины. В тот день она решила, что непременно смягчит боль утраты своей несчастной матери.

- Она прожила всю жизнь для других, - говорит дочь Вильгельмины Мелисса. - Единственное, что она сделала для себя, это пошла в модели.

В 1954 году Вильгельмина Беменбург перевез свою семью в однокомнатную квартирку в Чикаго, где снова открыл мясную лавку.
Его дочь Гертруда пошла в школу, не понимая ни слова по-английски. Училась она в основном по модным журналам.

- Я даже ходила к букинистам и покупала старые номера...Я прочитывала их от корки до корки, восхищаясь каждым словом, каждой фотографией моих новых идолов, прекрасных моделей, которые так элегантно выглядывали со страниц - прямо на меня.

В 1956-м она провожала подружку на интервью в модельную школу. Подружка оказалась слишком низенькой. Гертруда же была достаточно высокой и обладала привлекательной внешностью: широко расставленные гипнотизирующие глаза и полные, чувственные губы.
- Голова у меня закружилась, - вспоминала она. Она одолжила у отца денег на экспресс-курс. В мае она получила сертификат о том, что закончила школу, продемонстрировав «многообещаюшие успехи».

Итак, Гертруды Беменбург больше не существовало. Гертруда просто никуда не годилась, Беменбург слишком трудно запомнить, а ее второе имя, Вильгельмина, казалось слишком чужим.

На ее месте появилась модель Винни Харт. В 1957-м Винни начала свою карьеру на конкурсах красоты.
В 1958 году, незадолго до окончания школы, Винни пришла в «Моделс бюро», первое агентство в Чикаго.

- Черт побери, я чуть не упала со стула, когда она вошла, вспоминает ее агент Джованна Пападакис.

Красавица с каштановыми волосами уже тогда страдала от проблем с весом, которые терзали ее всю жизнь. В ее портфолио от «Моделс бюро» было сказано, что ее рост 174 сантиметра, а вес 53 килограмма.

- Пятьдесят три? - смеется Пападакис. - Знаете, что я вам скажу: это вранье!

Винни весила 63. Но все равно агенту показалось, что она напоминает Сьюзи Паркер, и она немедленно позвонила Виктору Скребнески, который тогда, как и сейчас, был королем чикагской модной фотографии. Скребнески только что потерял свою любимую модель и подругу Мери ван Нюйс, уехавшую к зеленым пастбищам Нью-Йорка.
Когда Винни появилась в его домашней студии, Скребнески тут же взял ее под крыло. Он даже научил ее зачесывать назад волосы.

- У нас ушло на это много часов, - говорит он.

В 1959 году фотографии Винни стали печататься в каталоге доставки по почте, и продажи немедленно возросли. Пораженный этим фактом, начальник послал ее фотографию на Международную торговую выставку в Чикаго, и она получила звание «Мисс Западный Берлин».

- Мне приходится говорить с девушками честно, - говорит Ширли Гамильтон, которая работала в другом крупном чикагском агентстве. Она отвела Винни в кондитерскую и предложила ей заказать все, чего ей хочется. «Наслаждайся, - сказала она. - Ты не сможешь позволить себе ничего подобного, пока не сбросишь как минимум двенадцать килограммов».

Гамильтон спросила ее, почему она называет себя Винни, а потом заявила:

- Отныне ты будешь Вильгельминой.

Спустя шесть месяцев все ее советчики сочли, что она готова к покорению Нью-Иорка. В начале 1960 года Гамильтон позвонила Эйлин Форд и назначила встречу. Вильгельмину сопровождал Скребнески. Форд сказала, что «с такими губами» она не сможет стать моделью, но если сбросит еще восемь килограммов, то может поехать в Париж и начать работать с Дориан Ли". И Вильгельмина улетела в Европу, как она говорила, «на всякий случай сказав себе, что едет навещать родственников». Кончилось это тем, что она осталась в Европе на целый год и работала почти каждый день.

- Я посадила ее на диету, она сильно похудела, и все ею восхищались, - вспоминает Дориан. - Она говорила: «Хочу, чтобы Эйлин взяла свои слова обратно».

Вскоре Вилли, как называли ее друзья, получила работу в Лондоне и в Германии (вот где ей пригодился родной язык). Кроме того, она впервые съездила на съемки в Алжир, где позировала в Сахаре в одежде от кутюрье Мадам Гре. В результате Вилли в первый раз в жизни попала на обложку, в журнале «Л'Оффисьель». Осенью 1961 года она вернулась в Нью-Йорк, переехала в маленькую квартирку на Восемьдесят четвертой улице и, по выражению Пападакис, «взяла город штурмом». Вильгельмина еще 29 раз появилась на обложках, получила заказы на месяцы вперед. Она полностью расплатилась за дом родителей, купила им машину и уже подумывала о том, чтобы отправить их в Европу.





Это было золотое время для модельного бизнеса. Пять крупнейших агентств Нью- Йорка (Форды, «Плаза Пять», Стюарт, Фрэнсис Джилл и Поль Вагнер) утверждали, что зарабатывают 7,5 миллионов долларов ежегодно только на печатной продукции. Начинающие получали 40 долларов в час; топ-модели - 60 минус 10 процентов комиссионных агентам. Даже в младшей категории модель вроде Коллин Корби в семнадцать лет могла зарабатывать 45 000 в год. Телевидение стало новым фактором, который вообще трудно было оценить.

- Некоторые из нас успевали до десяти утра заработать по семьсот долларов в утренних программах, - говорит Джиллис Макгил.

В 1964 году «Джорнал америкэн» писал в серии репортажей «Личная жизнь моделей высокой моды», что Вильгельмина поднялась «на вершину пирамиды из 405 девушек, которые работают по контракту в пяти крупнейших городских агентствах». Джерри Форд называл ее самой выдающейся моделью начала шестидесятых.

- Ее лицо - это лицо времени, - говорил он.

Хотя Вильгельмина зарабатывала около ста тысяч в год, она мучилась из-за неуверенности в себе.

- Достаточно трудно стать успешной моделью, - говорила позже Вильгельмина. - Но вдвойне труднее оставаться успешной. Если вас потеряют из виду, вы пропадете навсегда.

Вильгельмина была на виду. За следующие пять лет она объехала весь мир, от Южной Америки до Лапландии через Индию и Гонконг. Она была строга к себе, никогда не брала отпусков и часто работала по семнадцать часов в день, с семи утра до полуночи.

- Она была солью земли, - говорит парикмахер-стилист Кеннет Баттелл. - Она была моделью еще до того, как стала личностью. Кукла, довольная своей долей.

- Вилли была такой доброй и великодушной, - вспоминает фотограф Нил Барр. - Она, Айрис Бьянки и Тилли Тизани готовы были сделать все, что угодно. Их можно было нанимать на час. Вильгельмина приезжала в своем лимузине, при полном макияже, открывала сумку с париками, спрашивала, что нам нужно, через пятнадцать минут была уже готова, снималась, запрыгивала обратно в лимузин и уезжала.







Барр вспоминает, что большинство моделей, начинавших свою карьеру в начале шестидесятых, были «совершенно истощены, - вены торчат наружу, лица буквально вырезаны по одному лекалу». Но Вильгельмина сильно отличалась от них; она была очень крупной девушкой.

- Я постоянно сидела на диете, - вспоминала она. - В обычной жизни меня бы никто не назвал толстой, но для модели я была действительно пухленькой. Я ела дважды в неделю. В промежутках питалась только сигаретами и черным кофе. По средам я съедала маленькую тарелочку супа или кусочек сыра на крекере. По воскресеньям крошечный бифштекс, без соли и соуса. Я держалась только на нервной энергии и на решительности.

В конце концов, она разработала диету, которую называла «диета колибри», и тщательно соблюдала ее, лишь иногда устраивая себе пирушки. В первые годы жизни в Нью-Йорке Вильгельмина встречалась со многими мужчинами. Вначале, как вспоминает Джованна Пападакис, она была очень увлечена высоким темнокожим актером.
- Мне он не нравился, - говорит Джованна. - Она зарабатывала кучу денег, а он их тратил.

Вильгельмина об этом знала.

- Мы нужны им, потому что им нравится, когда их видят с красивыми женщинами, - сказала она о нью-йоркских плейбоях. - Легко оказаться в положении куколки с витрины. Но для модели очень важно время от времени появляться в ресторанах и ночных клубах.


16 Oct 1967, London, England, UK - On a "Hunting" Trip. London, England: Well known fashion model Wilhelmina was recently on a six day "hunting" trip in London. The objective of her "hunt" was to find fresh modelling talent in Britain for her new agency in New York.


10 Apr 1969, New York, New York, USA - Fashion model Wilhelmina, whose face graced the covers of over 250 magazines before retiring, models a pair of black flared pants and shirt with top model Samantha Jones, wearing a leopard skin dress.

Потом, в 1964-м, она познакомилась с Брюсом Купером. Он был помощником продюсера в телепередаче «Ночное шоу», где в его обязанности входило приглашать гостей и писать вопросы для ведущего Джонни Карсона. Когда Вилли была названа в числе американских женщин с самой хорошей прической, Купер пригласил ее принять участие в шоу. Она забыла прорекламировать парикмахерскую продукцию, которой якобы пользовалась, и, когда эфир закончился, находилась на грани истерики. Купер отвел ее выпить мартини.

- Я был поражен тем, как быстро она меняет прически, - сказал он позже.

Они начали встречаться, но Вилли на этом не остановилась.

- Был у меня роман с очень богатым стариком, - рассказывала она, - который просто осыпал меня подарками - в частности, каждый день дарил по огромному букету.
Он же подарил ей лимузин. Купер защищался.
- Как-то раз я получила от Брюса прекрасную розу, - вспоминала Вилли. - Не знаю почему, но это привело меня в ярость. Иногда я бывала с ним очень грубой.

В 1964 году Купер подарил ей прекрасное кольцо с огромным бриллиантом, и в феврале 1965-го они поженились. Свидетелями на их свадьбе были Док Северинсон и Эд Макмахон из «Ночного шоу».


Вильгельмина с мужем Брюсом Купером

Красивый и остроумный, Купер демонстрировал окружающим блестящий фасад. Но за ним, по словам их дочери Мелиссы, скрывалось подлинное безобразие. Брюс Купер был типичным мужчиной, каких часто по ошибке выбирают модели.
- Мы все принцессы, пока девственницы, и становимся ничтожествами, когда выходим замуж, - с грустью говорит бывшая модель Санни Гриффин.

Купер бил Вильгельмину.

- Несколько раз она приходила на съемки с подбитым глазом, - вспоминает Кеннет Баттелл. - Есть такие средства, которыми можно замазать синяки. У нее все они были. Но она никогда об этом не говорила. Время было другое. Рассказывать о своей личной жизни было не принято.

Конечно же, проблемы Вильгельмины с Брюсом оставались тайной многие годы. Но после смерти обоих своих родителей Мелисса Купер стала изучать прошлое своего отца и многое выяснила.
- Мать Брюса скорее всего была проституткой, - говорит Мелисса. - Она лгала ему о том, кто его настоящий отец. У него было семь отцов и множество дядюшек, каждую ночь новый. Она научила его ненавидеть женщин. Он был женоненавистником во всех смыслах этого слова.










После рождения третьего ребенка Купер развелся с первой женой и женился на соседке. Этот брак сохранялся некоторое время после того, как он ударил ножом первого мужа своей второй жены. Он был обвинен в попытке убийства и на короткое время заключен под арест.

- Брюс забыл обо всем этом, когда переехал на восток, - говорит Мелисса. - Переселившись в Нью- Йорк, он женился на своей третьей жене, Бобби, домашней модели Хэтти Карнеги, которая приходила к Эйлин Форд в надежде подзаработать.
- Он вообще не давал ей денег, - вспоминает Эйлин. - Брюс Купер был жестокий человек.

Вскоре на месте Бобби появилась Вилли. Куперы и два их пуделя поселились в большой квартире в районе Центрального парка. В комнате Брюса на полу лежала шкура зебры.
Он ушел из «Ночного шоу» И собирался стать менеджером оперных певцов. После того как они поженились, она еще два года работала моделью. Теперь ее сорок шестой размер считался вполне нормальным. Если какое-то платье ей не подходило, стилисты просто разрывали его сзади и подшивали прямо на ней. Даже англичане признали ее.

"Вильгельмина", - заявила в 1967 году «Дэйли экспресс», - "заткнула за пояс Креветку и Твигги". Но спустя семь лет количество заказов внезапно начало сокращаться.

- Она решила, что уже перевалила через вершину, - вспоминает Фрэн Ротшильд, сосед Вилли и бухгалтер крупного магазина одежды.

Тогда Ирвинг Пенн сказал Вильгельмине, что Эйлин Форд говорила, будто Вилли занята в тот день, когда на самом деле она была свободна. Вилли решила, что Эйлин отнимает у нее работу, чтобы снабжать ею своих новых девушек. У Форд действительно было множество новых девушек. В двадцатый день рождения агентства Джерри Форд говорил в интервью «Нью-Йорк таймс», что они получают по счетам до 100000 в неделю. На эти деньги Форды купили новейшую компьютерную систему, первую в модельном бизнесе. Они действительно нуждались в ней. В 1967 году они утверждали, что их 175 женщин-моделей и 75 мужчин контролируют семьдесят процентов рынка в Нью- Йорке и тридцать процентов в мире. Среди звезд Фордов была девушка с обложки «Харперс базар» Доротея Макгован, Агнета Дарин, Бабетта из Швейцарии, Долорес Хокинс, Долорес Эриксон и новая любимица «Вог» Лорен Хаттон.







Еще одной звездой Фордов была Санни Гриффин, которая заменила Вильгельмину на месте топ-модели агентства, и суммы ее гонораров за год исчислялись шестизначными числами. Она приехала в Нью- Йорк из Балтимора весной 1962 года и поступила к Фордам.

Гриффин не успела даже начать как следует работать, когда через два года ей сказали, что в агентстве вырубают сухостой.
- А это вы и есть, - не стала кривить душой Эйлин Форд. Гриффин умоляла отправить ее в Париж к Дориан Ли. Через девять месяцев Форд телеграфировала ей, чтобы она немедленно возвращалась домой. Студия каталогов хотела заключить с ней контракт. Гриффин, кроме того, заключила контракт с «Кайзер- Рот», производителем нижнего белья. Сначала Форд заявила компании, что агентство с рекламой белья не работает.
- Они спросили Эйлин, что нужно, чтобы изменить это правило, - вспоминает Гриффин. - Она ответила: пятьсот долларов в час и пять тысяч долларов в год. Они сказали да. С тех самых пор модели Фордов занимаются бельем. К 1967 году Гриффин вошла в семью Фордов.

- На каждые выходные мы ездили в огромный дом Фордов, - говорит она. - Если модель была замужем, ее приглашали вместе с мужем. Эйлин готовила ужин, огромные кастрюли с мидиями. С ней невозможно было остаться голодной.

Старшая дочь Фордов Джейми вышла замуж и переехала к мужу, но остальные трое детей все еще жили с ними.
- Кейти и Лейси должны были делать реверанс, когда входили в комнату, до тех пор пока им не исполнилось шестнадцать, - рассказывает Гриффин. - Билли Форд жил на четвертом этаже с моделями из Швеции и прекрасно проводил время, трахая их. Эйлин ничего не замечала, но в конце концов все выяснилось, - и юному Билли пришлось расстаться со своими товарками.

Гриффин считала Форд эксцентричной и психически неуравновешенной:
- Она никогда на вас не смотрела, а на следующий день могла рассказать, на сколько пуговиц вы были застегнугы. Однажды, когда я еще только начинала, она схватила меня и начала выщипывать мне брови. Я испугалась до смерти, но она была права. Она была великим модельным агентом. И своих моделей защищала, как мать-тигрица тигрят. Однажды один фотограф снял штаны перед Доротеей Макгован. Больше он не работал. Таково было влияние Форд.

Неудивительно, что Вильгельмина считала, что Форд в состоянии отнять у нее работу и отдать ее моделям вроде Гриффин. Говорит Джерри Форд:

- Знакомая песня. Если фотограф много работает с моделью, а потом перестает вызывать ее, когда сталкивается с ней на улице, то не говорит: «Ты слишком старая». Он говорит: «Боже, я пытался тебя найти, но не мог».









TO BE CONTINUED

http://community.livejournal.com/retro_ladies/359143.html