Податься что ли на Голливудщину? А что... Фантазия бурная, любую идею могу испохабить за пять минут, немного знаю русскую литературу, и что гораздо хуже - историю. Это же такой блокбастер забацать можно, с ума сойти...
Скажем, чего-нибудь о временах Иоанна свет Васильевича Грозного. Жён до хрена, маньяк-садист, сыноубийца... Готовый сюжет.
И будет царь Грозный, за свирепость прозванный Иоанном Васильевичем, сидеть на расписанной под Хохлому троной табуретке и пить водку из золотого самовара. И наряжен он будет в сексуальный спинджак лаковой кожи от какого-нибудь Армани, а через всю грудь проляжет широкая лента портупеи. И в кобуре у него будет прятаться именной маузер доставшийся от дедушки Ивана III с трогательной надписью "Мочи бояр-олигархов без жалости, внучек, на том свете их рассортируют!"
Так, а кто же его играть-то будет? Ладно, пускай Блум играет, который Орландо, потому что я его всё равно не люблю. Тэкс, боюсь только с жёнами напряжёнка выйдет... Не наберётся на Голливудщине такого количества тёлок с силиконовыми сиськами и в русских кокошниках. Ладно, чего-нибудь придумаем. Только пускай первую жену играет Холли Берри. Потому что политкоректность-то должна быть, и потом - кто сказал, что у Орландо Васильевича Блума первая жена не афроамериканка была. Вот кто сказал?
Ты что ли, умник очкастый? А ты её видел - первую жену? Вот и молчи! Историк тут выискался, твою мать, шовинист нетолерантный!
Ну и значит любовь у них, все дела, народ безмолствует, но плодится, потому как вредный он народ... Вседозволенность почувствовал и стал плодиться. И бояре его к этому подбивают: "Плодись, мол, народ, а то что за дела - царю можно, а вам нельзя!" Медведи по улицам бродят и пугают интуристов.
И оппозиция в боярской думе бунтует: "Чего сидим, жопы греем! Давайте что ли Казань возьмём, да и разорим в угоду великорусскому шовинизму!"
И берут они Казань, со всякими нарушениями Женевской конвенции об обращении с военнопленными. Разоряют дотла ханскую демократию. Ну и для кучи травят первую жену, чтобы царю плохо жилось.
А народ, стало быть, по-прежнему безмолствует. Но упорно подится.
Тут царь сходит с ума и начинает мстить. Набирает в спецназ опричников и показывает боярской оппозиции козью морду, бесцеремонно нарушая Всеобщую декларацию прав человека.
А народ всё безмолствует, поскольку народу разговаривать некогда. Занят он, народ. Да и за этим делом много не поразговариваешь.
А предводитель оппозиции князь Курбский (пусть его Джонни Депп играет, я его очень люблю), весь такой из себя сексуальный, бежит от преследования а демократическую Польшу, которая к тому времени уже стала членом ЕС. И тут за ним погоня на вертолётах, и Курбский отстреливается из гранатомёта, и в соплях и слезах доползает до границы, где его под белы руки принимают представители комитета по защите прав человека, и "голубые каски" становятся на защиту демократии, показывая опричникам оттопыренные средние пальцы на руках.
И народ, оторвавшись от излюбленного занятия, перестаёт безмолствовать и выползает на демонстрации под лозунгами: "Вся власть Земскому собору!"
И царь с досады скорым чином помирает.
Зи энд. Титры. Слёзы в зале. Оскар за лучшие спецэффекты, самых дрессированных медведей и самый молчаливый народ.
ПыСы. А что? Хороший сценарий получился. Исторически правильный и политкорректный.
Потому, раз уж Агамемнон хотел стать императором всея Греции, и Аякса заколол в поединке Гектор, то что бы Иоанну Васильевичу не летать на вертолёте...
