Не женитесь на курсистках,
Они толсты, как сосиски,
Коль жениться захотите,
Раньше женку подыщите,
Эх-эх, труля-ля…
Раньше женку подыщите…

Поищи жену в медичках,
Они тоненьки, как спички,
Но зато резвы, как птички
Все женитесь на медичках,
Эх-эх, труля-ля…
Все женитесь на медичках…


Старая студенческая, конца 19 - начала 20 века, известная широким массам благодаря фильму «Республика ШКИД».

Ну, а теперь собственно курсистки - фребелички,  медички, суффражистки и остальные девы, отягощённые  образованием.

М.Кальницкий, "Газета по-Киевски", 24-06-2007

... Хорошая вещь – литературные источники, но у нас есть возможность и наглядно представить себе, как выглядело киевское студенчество лет сто назад.
Этой возможностью мы обязаны одному из талантливейших карикатуристов того времени – Владимиру Федоровичу Кадулину. Благодаря киевскому издательству "Рассвет" Кадулин растиражировал свои рисунки в виде цветных открыток. Коллекционеры насчитывают порядка двух сотен подобных карточек, выпущенных в 1911-1915 годах. Здесь были и бытовые, и забавные пасхальные рисунки, но львиная доля открыток Кадулина пришлась на серии "Типы студентов", "Типы курсисток", "Типы гимназистов".

Меткая наблюдательность автора просто поразительна. Его "типы" преподносились в разных, так сказать, "номинациях". Вот варианты по специальностям: обстоятельный рыжебородый студент-физик в пенсне, растрепанный математик с расчетами под мышкой, скромный трудяга медик, наутюженный лопоухий юрист... Вот "национальные типы": здоровенный краснолицый украинец, юркие евреи, вальяжный поляк с папироской, жгучий брюнет с огромным носом – "член кавказского землячества"... Но, пожалуй, самые остроумные сюжеты посвящены бытовым коллизиям – квартирному вопросу, беготне по урокам, ночным очередям театралов за дешевыми билетами и т.п. В некоторых случаях быт как бы превращается в "практику по специальности". К примеру, воспитанник медицинского факультета хирургическими стежками зашивает штаны, теорию финансового права студенты изучают в очереди в ломбард, а проблему равновесия тел в пространстве – хватаясь подшофе за фонарный столб...

Быть может, Кадулину удалось разглядеть все это благодаря тому, что и он побывал в той же шкуре. В Киеве 21-летний художник оказался в 1902 году, после того как начал получать творческое образование в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. Доучиваться он решил в Киевском художественном училище. Его приняли на соответствующий курс. Но буквально с первых же дней Кадулин, несмотря на дворянское происхождение, столкнулся с материальными неурядицами. Дошло до того, что он попытался "стрельнуть" небольшую сумму у директора училища, направив ему официальное прошение: "В настоящее время я поставлен в очень скверное положение – у меня нет не только денег на краски, холст и т.п., но нет, (и негде достать, т.к. живу в Киеве недавно и почти не имею знакомых), на более существенные нужды. Почему я обращаюсь к Вашему Высокородию с просьбой помочь мне, давши заимообразно 10 рублей". Директор, почтенный академик архитектуры Владимир Николаев, видимо, сначала обомлел от такой наглости, а потом наложил стандартную резолюцию "Нет средств"... Владимир все же дотянул в училище до 1905-го, но затем, (отчасти опять же из-за денежных проблем), сорвал сдачу экзаменов, и его отчислили "по причине непосещения". Так он и не смог доучиться. Однако и без этого Кадулин довольно скоро прославился на весь Киев.

Первый взлет популярности карикатуриста пришелся на период сразу после первой русской революции 1905 года. Пресса тогда на время вырвалась из цепких объятий цензуры. Появились политические карикатуры, не щадившие даже высоких чиновников. Владимир Кадулин создал множество сатирических рисунков, в которых острота сюжета сочеталась с отменным мастерством и портретной узнаваемостью персонажей. Его работы были буквально нарасхват; исследовательница политической графики старого Киева Евгения Демченко насчитала чуть ли не десяток изданий, в которых сотрудничал художник. Надо сказать, что даже в условиях относительной свободы не рекомендовалось подписывать карикатуры настоящим именем, поэтому Владимир Федорович чаще пользовался прозрачным псевдонимом "К. Дулин", иногда – "Вольдемар К."; была у него про запас и вымышленная фамилия – Наядин.
Вскоре, однако, Столыпин подкрутил гайки, и "вольности" сатириков начали умерять увесистыми штрафами. Художнику пришлось искать другие сюжеты. И тогда-то Владимир Кадулин взялся за живописание быта учащейся молодежи...
К сожалению, после 1917 года мы не имеем о нем сведений. Зато его уморительная графика дошла до наших дней и стала поистине бесценной иллюстрацией к истории киевского студенчества.