"–  Она   несла  в руках отвратительные, тревожные  желтые   цветы . Черт их знает, как их зовут, но они первые почему-то появляются в Москве.  И  эти  цветы  очень отчетливо выделялись на черном  ее  весеннем пальто.  Она   несла   желтые   цветы !  Нехороший   цвет .  Она   повернула   с   Тверской   в   переулок   и   тут   обернулась . Ну,  Тверскую  вы знаете? По  Тверской  шли тысячи людей, но я вам ручаюсь, что увидела  она  меня одного  и  поглядела не то что тревожно, а даже как будто болезненно.  И  меня поразила не столько  ее  красота, сколько необыкновенное, никем не виданное одиночество в глазах!

Повинуясь этому  желтому  знаку, я тоже свернул  в   переулок   и  пошел по  ее  следам. Мы шли по кривому, скучному  переулку  безмолвно, я по одной стороне, а  она  по другой.  И  не было, вообразите,  в   переулке  ни души. Я мучился, потому что мне показалось, что с  нею  необходимо говорить,  и  тревожился, что я не вымолвлю ни одного слова, а  она  уйдет,  и  я никогда  ее  более не увижу...

И , вообразите, внезапно заговорила  она 

– Нравятся ли вам мои  цветы ?

Я отчетливо помню, как прозвучал  ее  голос, низкий довольно-таки, но со срывами,  и , как это ни глупо, показалось, что эхо ударило  в   переулке   и  отразилось от  желтой  грязной стены. Я быстро перешел на  ее  сторону и, подходя к ней, ответил: -Нет.

Она поглядела на меня удивленно, а я вдруг, и совершенно неожиданно, понял, что я всю жизнь любил именно эту женщину!"

"Мастер и Маргарита" Булгаков

Сплин. Романс «Мастер и Маргарита»

И лампа не горит,

и врут календари,

И если ты давно хотела что-то мне сказать,

То говори.

Любой обманчив звук.

Страшнее тишина,

Когда в самый разгар веселья падает из рук

Бокал вина.

И чёрный кабинет,

И ждёт в стволе патрон.

Так тихо, что я слышу, как идёт на глубине

Вагон метро.

На площади полки.

Темно в конце строки.

И в телефонной трубке эти много лет спустя

Одни гудки.

И где-то хлопнет дверь,

И дрогнут провода.

Привет! Мы будем счастливы теперь

И навсегда.

Привет! Мы будем счастливы теперь

И навсегда.