Не поднимайте тот покров, который
Зовут живые жизнью: пусть на нём
Лишь вымысел мерцает беглым сном,
Всё то, чему хотели б верить взоры, -
Два духа, Страх и Чаянье, как воры,
Таятся там, во мраке роковом,
И тени ткут в провале снов глухом,
Над бездной создают свои узоры.
Был некто, кем покров приподнят был:
Любить хотел он, - но в широком мире
Он никого, увы, не полюбил.
Свет в тени, зрячий меж слепых на пире,
Ждал правды он, спасения от зол,
И, как Пророк в пустыне, не нашел.

Ночной порой под сенью звезд,
в дали от всех, в лесной глуши,
Испив из вечного забвенья,
Ты потерял кусок души.
Твой выбор сделан, твой удел-
Определен на сотни лет.
И лишь портрет под сердцем носишь,
Храня от всех в нем свой секрет.
"Она мертва", - слова как иглы
Вонзаются терзая плоть.
И между вами целый мир -
Ему любовь не побороть.
"Твоя душа пойдет в залог" -
твердили демоны тебе.
"Мне все равно, мы будем вместе
веками прятаться во тьме".
Ты для нее как островок,
твоя любовь - к спасенью нить,
И чувства ваши неземные
плитой могильной не убить.

То, что вчера лишь, прелести полно,
Будило ум и душу волновало,
Вдруг оказалось смысла лишено,
Померкло, потускнело и увяло.
Диезы и ключи сотрите с нот,
Центр тяжести сместите в стройной башне –
И сразу вся гармония уйдет,
Нескладным сразу станет день вчерашний.
Так угасает, чтоб сойти на нет
В морщинах жалких на пороге тлена,
Любимого лица прекрасный свет,
Годами нам светивший неизменно.
Так вдруг в тоску, задолго до накала,
Восторг наш вырождается легко,
Как будто что-то нам давно шептало,
Что все сгниет и смерть недалеко.

Мне больно жить с тобою рядом
Искать тебя, тобой дышать
Встречать тебя печальным взглядом
Мне больно навсегда терять
Мне больно признавать случайность
Смотреть в тебя, с тобой мечтать
Стремиться повторить сначала
Мне больно это не сказать
Мне больно! Слышишь? Нет… не слышишь…
Не ждать тебя, любить тебя
Пиши! Я знаю: не напишешь…
Мне больно не винить тебя
Мне больно быть на расстоянии
В слезах под утро засыпать
Мне больно сковывать желанье
Мне больно! Больно забывать…
Мне больно! Больно улыбаться
Прощать тебя без ничего
И навсегда чужим остаться
Мне больно! Больно… вот и всё…

Портреты – в мрачных тонах,
Натюрморты – черной краской.
Живи, умирая во снах.
Умри, оживая в сказках.

Если музыка – только рок,
А тишина лишь для смеха.
А смерть – если только в срок,
Но и она не помеха.

На грани, или за ней.
На краю и два шага вперед.
Живи, становясь сильней.
Умрешь – если не повезет...

Хорони, хорони меня, ветер!
Родные мои не пришли,
Надо мной блуждающий вечер
И дыханье тихой земли.
Я была, как и ты, свободной,
Но я слишком хотела жить.
Видишь, ветер, мой труп холодный,
И некому руки сложить.
Закрой эту черную рану
Покровом вечерней тьмы
И вели голубому туману
Надо мною читать псалмы.
Чтобы мне легко, одинокой,
Отойти к последнему сну,
Прошуми высокой осокой
Про весну, про мою весну.

Времени очи безгневны,
Поступь тверда.
Словно цветы, однодневны
Страны и города.
Гибнут престолы, но снова
Травам под стать,
Город из праха земного
Жаждет восстать.
Разве рожденный сегодня
Знает нарцисс,
Как над землей прошлогодней
Холод навис?
Нет, он от юной отваги
Только пьяней,
Вечностью мнятся бедняге
Семь летних дней.
Время сочувствует людям –
Дерзким сынам.
Жить неизменно мы будем –
Кажется нам.
И, не поддавшись смятенью,
Возле могилы самой
Хвалится тень перед тенью:
«Труд не изгладится мой!»

Каплями с неба стекает душа.
Сердце, как ветер, срывается с места.
В нем расцветает мечта- анаша,
Новых безумств озорная невеста.

Чувства сильнее, их мыслям не взять
В строгий ошейник, не спрятать в вольере.
Реки сознанья текут снова вспять,
Стон зависает в уснувшей портьере.

Хочется сбросить рутину, как пыль
С хрома на байке и врезаться в небо.
Странные мысли желанием в быль
В миг обратить, а страдания - в небыль.

Пойми, что гибель неизбежна.
Доверься мне
И успокойся безмятежно
В последнем сне.
В безумстве дни твои сгорели,
Но что тужить!
Вся жизнь, весь мир — игра без цели.
Не надо жить.
Не надо счастия земного,
Да нет и сил,
И сам ты таинства иного
Уже вкусил!

Я страшною мечтой томительно встревожен:
Быть может, этот мир, такой понятный мне,
Такой обильный мир, весь призрачен, весь ложен,
Быть может, это сон в могильной тишине.

И над моей томительной могилой
Иная жизнь шумит, и блещет, и цветет,
И ветер веет пыль на крест унылый,
И о покойнике красавица поет.