Лишь смерть утешит нас и к жизни вновь пробудит.
Лишь смерть - надежда тем, кто наг и нищ, и сыр,
Лишь смерть до вечера руководить нас будет
И в нашу грудь вольёт свой сладкий элексир.

В холодном инее и в снежном урагане
На горизонте мрак лишь твой прорежет свет;
Смерть - ты гостиница, что нам сдана заранее,
Где всех усталых ждёт и ложе и обед.

Ты - ангел: чудный дар экстазов, сновидений
Ты в магнитических перстах ко всем несёшь,
Ты отпрапвляешь одр нагим, как добрый гений;
Святая житница, ты всех равно сберёшь.

Отчизна древняя и портик ты чудесный,
Ведущий бедняка туда, в простор небесный...

Откуда я? Куда следы ведут?
Взгляд манит, обжигает и калечит
Магнит луны, последний поцелуй
Расправив крылья, не сутулят плечи...
Стеклянных взоров сплошная пелена...
Куда я? След ведёт в трясину
Перед глазами до небес стена
Идя дорогами, меся ступнями глину
Завет храня, встречая чужаков
Заранее угадывая время
Когда пройдёт чреда сомнительных веков
И упадёт с души назойливое бремя!

Странный дар лететь к огню
И лишь коснувшись пламени погибнуть,
Как танец смерти на лету,
В сердцах навеки памятник воздвигнуть.
О, смутный рай самоубийства,
Ты манишь пеплом красоты,
И лишь в глазах слепого фаталиста
Не видит мир безумной суеты.
Пусть алой кровью на рассвете
Напишет время твой портрет,
И бледный ангел не в ответе
За то, что ты услышал "нет".
Ты был готов начать сначала,
Увидеть боль в чужих глазах,
Но жизнь незримо заключала
Тебя в поникнувших руках.
Ты шёл туда, где видеть рады
Лишь звон монет и блеск оков,
Где все привыкли для награды
Молится на своих богов.
Тебя пленили корридоры,
Где был тебе никто не рад,
И ты снимал с дверей затворы,
Не зная на пути преград.
Ты побеждал и ты сражался,
Жгли душу, не щадя, огнём,
Шло время, ангел твой зазнался
И улетел однажды днём.
Ты понял: тут стреляют в спину,
Ломают крылья на лету,
И погрузив себя в рутину,
Ты сам разбил свою мечту.
Ты опустил себя в сомненья,
Слепой огонь тебя привлёк,
К чему ж теперь все сожаленья,
Что на руке лишь уголёк...

О смерть! я твой. Повсюду вижу
Одну тебя, - и ненавижу
Очарования земли.
Людские чужды мне вострорги,
Сраженья, праздники и торги,
Весь это шум в земной пыли.
Твоей сестры несправедливой,
Ничтожной жизни, робкой, лживой,
Отринул я издавне власть.
Не мне, обвеяному тайной
Твоей красы необычайной,
Не мне к ногам её упасть.
Не мне идти на пир блестящий,
Огнём надменным тяготящий
Мои дремотные глаза.
Когда на них уже упала,
Прозрачней чистого кристалла,
Твоя холодная слеза.

Ф. Сологуб

Да, я жесток и пусть меня осудят,
Лишат любви и дружбы навсегда.
И пусть меня с утра никто не будит
И не захочет помнить никогда.
Пусть вечно проклинают моё имя,
Сотрут его из записей и книг.
Пусть ненавидим буду я другими
И не узнаю счастья сладкий миг.
Пускай опять меня везде изгонят.
Проклятьем страшным заклеймя навек.
А голос мой пускай во мраке тонет,
Для вас я был и есть, не человек.
Огонь пускай мою терзает душу
И разрывают сердце на куски.
Я ни за что и никогда не струшу,
Хотя страданья будут велики.
Пускай они меня всегда пинают.
Пускай смеются вечно надо мной.
Им не дано, да что они все знают,
Ведь разве их погонят на убой?
Пусть кровью все, они моей напьются
И тело будут мучить без конца.
Моей пощады так и не дождутся,
И не носить им моего венца.
Но вновь, навечно преданный забвенью,
Как высохший затоптаный родник,
Восстану я, отбросив все сомненья
И всё тогда скажу им напрямик.

Сгущается дня конец...
небесный прокуренный купол
укутал театр кукол
в дождей метеорных хлёст.
Там стук картонных сердец,
фарфоровых кукол муки,
и в теплые детские руки –
падение спелых звёзд.
Там музыка тайных струн,
как яд из серебряной ложки.
И Автор в свои игрушки
влюбляет живых людей.
Взмахните рукой, Колдун!
Тяните незримые нити…
Меня самому мне верните!
Спаситель,Циркач,Злодей...
А зрители устают,
от слов переходят к пище,
а Он всё глазами ищет
и пишет в свою тетрадь.
За сценою – неуют,
и целая вечность до рая...
ведь куклы не умирают –
в них  перестают играть...

Тихий город, пропахший золою,
Не отмечен на карте миров,
Небеса поравнялись с землёю,
Едкий дым не оставил следов
В жёлтом небе осколки от света,
Каждый дом равнодушья приют,
На вопросы здесь нету ответов,
Никого здесь ни любят, ни ждут
Вечный холод земли наказанье,
Для разбитых пристанище грёз,
Каждый здесь обречён на страданья
И не дарят ушедшим здесь слёз
Хриплый ветер стирает улыбки-
Так давно их здесь нет на губах,
Темнотой заметает ошибки
Тех, что заперты в собственных снах
Время тянется, длится и длится,
Здесь не делят его на года,
Всё блуждают какие-то лица,
Что не встретятся здесь никогда
Тени маются, ищут приюта;
Слишком тяжек для них груз грехов,
Гонят их в никуда с ниоткуда
И всё мучают духи их снов
И так долго и так одиноко
Бродят по миру день ото дня,
До небес им теперь так далеко,
Прогнала от себя их земля...
Их никто не спасёт, не изменит,
Обречённость их им не страшна,
В излечение свое уж не верят,
Им отравой надежда была
И никто им помочь уж не сможет,
Жертвы этой они не примут,
Духи спать их навечно уложат,
Поцелуют и вновь проклянут

Две сущности женского сердца страшны
От них спешно бегством спасаюсь.
Едва приближаются, станут видны
Молюсь бесам, ангелам каюсь...

И в этой горячке телесных утех,
Забыты моральные боли.
Мне смерть и любовь не нужны, только тех
Я жду, кто играет их роли...

Я пытался оставить заботы,
Я хотел обойти стороной
Неудачи, потери, невзгоды
Для души обрести чтоб покой
Грезил я отыскать для надежды
Каплю света в подвале теней,
На пороге оставив одежды
У одной среди тысяч дверей
Я желал позабыть о дороге
На которой оставил следы,
В день последний не думать о Боге
Для души уберечь чтоб мечты
Я остался один в этом мире
Среди тысяч родных и друзей,
На моей нету струн старой лире,
Никому я ненужный, ничей
Был певцом доброты и свободы-
Песнь моя мне лишь боль принесла,
Прогонял неудачи, невзгоды,
На замену тоска им пришла
Я на свете изведал немало,
Много видел веку на своём,
Так наполнился край сей бокала,
Мы с тоской эту чашу допьём

Кружит бессмертная людская круговерть.
Что наша жизнь? Отложенная смерть?
Тебе судьбой отпущенный кредит
В пять-шесть десятков лет - не боле,
А в них - чреда каирских пирамид,
А может быть - великий Капитолий?
Сейчас же первый акт, ведь правда, Боже,
А все другие впереди - попозже?
Для многих тех, кого ты создал, сир,
Царит здесь место, где объедков пир,
Кто изобрел и ад, и рай - Творец?
И двери, что венчают нашу жизнь -
Судьбы моей бессмысленный конец?!
Ужель ты мстителен и, как простой юнец,
Устав от всех своих божественных утех,
Готов нас наказать за самый малый грех?
Мы здесь живем в преддверии суда,
Где будет нам отмерена дорога в никуда,
А может быть, в эдем или уйдем в расход
И этим предназначен нам иной исход?
Так что же правит Богом - месть?
За то, что нас таких он создал здесь?
И в нас должны быть раб и лесть,
Чтоб в врата рая облачком пролезть?

Творца боятся, любят, ненавидят -
А есть ли Он, когда Его такого видят?