Часто, вспоминая свои студенческие годы, я ловлю себя на мысли, что такие же слова я уже не раз слышал, сам говорил: «Потом!». Уже октябрь, а я еще не начал толком учиться. А ведь еще недавно, в августе, я обещал себе весьма твердо: «Все, в этот раз будет не так, как всегда! В этом году я начну прямо с первого сентября новую жизнь!». И не начинал. И было трудно.

А потом это случалось и во взрослой жизни (да что говорить — и сейчас случается нередко). И всякий раз я удивлялся самому себе: «Как же я мог опять пойти на поводу у своей слабости и не сделать, отложить, забыть, наплевать?».

У меня есть друг, с которым уже не раз мы разговаривали о вере и Церкви. Он слушает и со многим соглашается. Помню хорошо, как он почти решился пойти на исповедь и… не дошел.

— Что случилось? — спросил я его.

— Не знаю,— ответил он.— Стоял уже в очереди к священнику, а потом испугался и не пошел.

И это «не пошел» длится уже не первый год. А теперь и разговоры пропали. Может, на время? Может быть, кто знает…

У преподобного Никодима Святогорца в «Невидимой брани» читаем: «Тех, которые познали худость и бедственность жизни, которою живут, враг успевает удерживать в своей власти наибольшей частью следующим простым, но всесильным внушением: «После, после; завтра, завтра». И бедный грешник, прельщаясь тенью доброхотства, представляемого таким внушением, решает: «В самом деле завтра; ныне я покончу свое дело и потом с полнейшей беспопечительностью предам себя в руки благодати Божией и неуклонно потеку путем духовной жизни; ныне сделаю то и то, а завтра покаюсь». Сеть это вражеская, брате мой, которою он уловляет многих и премногих и держит в своих руках весь мир. Причина же, по которой эта сеть так удобно осечивает нас, есть наше нерадение и ослепление».

После, потом, завтра — это любимые и самые действенные ловушки лукавого. Ими он ловит в сети добрых и хороших людей, достигая того, чего не удается достичь более примитивными его уловками: искушением завистью, злобой, местью…

За очень короткое время, что мне довелось прожить в ограде церковной, я часто замечал странные совпадения. Вернее, странными они видятся тем, кто находится с другой стороны ограды, а вот внутри ее эти случайности таковыми уже не представляются.

Мои друзья говорят про свою родственницу:

—  Она решилась-таки с нами пойти на Литургию! Даже вроде и исповедоваться собралась!

—  Предупредите ее, что если что-то случится, кто-то позвонит, якобы срочное что-то потребуется, — пусть не соглашается перенести поход в храм.

—  А что может случиться?

—  Всякое…

Назавтра созваниваемся — попала в больницу. И таких случаев десятки.

Помню, как сам привыкал ходить на Литургию… Утро, 5:50 на часах, звонит будильник. И такая одолевает лень, а в голове просто крик: «Не ходи! Куда попрешься-то? Смотри, за окном непогода… Один раз пропустишь, что — Бог тебя выгонит?». И бывало, что пропускал. Пока не уразумел уже опытным путем две вещи.

Первая связана с тем, что пришлось разобраться со словом «навык». Навык — это то, к чему ты навЫк, то есть привык, приспособил себя путем повторения. Можно сказать, это привычка. Привычки бывают плохими, с ними нужно вести борьбу, но бывают и добрыми — их надо приобретать. Понуждать к тому, чтобы приобрести навык.

В Евангелии от Матфея читаем: Царствие Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его (Мф. 11, 12). «Употребляющие усилие» и есть те, кто понуждает себя к приобретению добрых навыков, добрых привычек… Разобравшись с навыканием, я стал чаще пробуждаться, нежели продолжать спать. Однако, бывало, и спал.

Второе, что пришло опытно,— понимание того, что если ты не умер и в сознании, то просто надо встать и идти. И глупые слова в голове утихнут. Только надо встать сразу, не через пять минут, не через полчаса…

«Ничем другим, как нерадением и ослеплением, нельзя объяснить того, что в таком важном деле, от которого зависит все наше спасение и вся слава Божия, мы не беремся тотчас за самое простое и легкое, чтоб с полною решимостью и энергией сказать себе: «Сейчас! Сейчас начну духовную жизнь, а не после; ныне покаюсь, а не завтра. «Ныне», «сейчас» в моих руках, а «завтра» и «после» в руках Божиих. Но если и благоугодно будет Господу дать мне «завтра» и «после», могу ли я быть уверенным, что и завтра найдет на меня это благое и понудительное помышление об исправлении жизни?» К тому же, что за бессмыслие говорить, например, когда предлагается верное средство от болезни: «Погоди, дай еще поболею немного»? А отлагающий дело спасения совершенно походит на такого»,— это тоже преподобный Никодим Святогорец.

Второе правило действенно во всех вопросах духовной жизни: в совершении молитвенного правила, в частоте исповеди, в посте.

Пост. Помню, как первый раз мои друзья постились в Святую Четыредесятницу. В день Воскресения Христова позвонили мне и, поздравив, восхищенно признались:

— Никогда не думали, что простые куриные яйца, вареные яйца, могут быть такими вкусными даже без соли! Это невероятно!

— Ну, какие же они «простые»? Они пасхальные!..

Да, разумеется, постимся мы не для того, чтобы почувствовать в очередной раз настоящий вкус пищи. Цель поста вовсе иная. Но даже в таких мелочах Милостивый Господь подает нам утешения и радости. Чего уж говорить о радости духовной…

Своих близких знакомых спрашиваю:

— Как пост?

— Да вот, после первой недели сорвались — и все…

— А что так? Ведь уже неделя четвертая?

— Ну, все равно уже…

Вот он, лукавый. Снова его любимое — «потом»… Увы, многие попадают на крючок, как пескарики подсекаются лживыми увещеваниями: «Да уже смысла нет, уже поздно… В следующий раз попостишься».

Одна моя знакомая ходила со мной все первые четыре дня в храм на Великий покаянный канон преподобного Андрея Критского. Понравилось. Говорит:

— Надо в субботу сходить на исповедь и в воскресенье причаститься, а то давно не была…

— Надо, тем более что храм у тебя рядом с домом. Ты только не откладывай и не переноси. Никого не слушай и не изменяй планов, хорошо?

— Да.

Четвертая неделя пошла, а она еще не дошла.

— Что так?

— Не знаю… Вначале не собралась, а теперь уже и не знаю.

Вспомним снова преподобного Никодима: «…если и благоугодно будет Господу дать мне завтра и после, могу ли я быть уверенным, что и завтра найдет на меня это благое и понудительное помышление об исправлении жизни?»

Завтра, может, и наступит для тебя, что вовсе не обязательно, а вот помышления благого уже может и не быть. Вот почему так важно беречь такое помышление сегодня, пока оно есть. И пока нет навыка. Конечно, и потом добрые помышления ко спасению надо беречь и внимать им, но тогда поможет еще и приобретенный навык к деланию. А пока навыка нет, воля лежит и подняться не в состоянии, это помышление как бесценное лекарство требуется срочно принимать, превращать в делание. И так каждый раз.

Не думайте, что поститься уже поздно, раз половина поста уже прошла, а вы так и не вступили на поприще постовое или сорвались в первые дни. Вспомните — это о нас говорится в тропаре: «Тяготы и зноя дневнаго не понесох, но с наемники единонадесятого часа сопричти мя, Боже, и спаси мя».

Начавший подвизаться в середине поста и даже в конце его тоже получит от Господа нетленные награды, как и те, кто приступил к посту с самого начала. Прошу вас, начните. Начните, пока время еще есть. И уже скоро мы все вместе будем славить Господа Иисуса Христа и Его Воскресение.