Дальше - тайна покрытая мраком. Мы с Олегом пережив многое и мало ли что еще... решили наконец
развестись. Вообще скажу Вам, дорогие мои, что ежели вы разные даже не как левая и правая рука,
а вовсе даже как земля и огонь - не надо всю жизнь морочить друг другу голову. Достаточно того, что
можно просто дружить. Иногда даже потом получается дружить семьями, но это все же лучше, чем всю жизнь
мучить друг друга попытками подстроиться, неудовлетворенностью и бесконечными взаимными недо-
происходящими в общем-то даже не из-за недопонимания. Представим идеальную ситуацию в которой
все всех любят и уважают и честно пытаются сделать так, чтобы всем было хорошо... Но не могут
орлы плавать, а киты летать. И ничего ты тут не поделаешь.
Так вот и мы пришли к соглашению,что лучше мы разведемся сейчас, когда мы молоды, полны сил,
достаточно гибки чтобы пережить трудный период и достаточно хорошо друг к другу относимся,
чтобы не устраивать классический развод с дележкой территорий и прочими военными действиями, короче -
балаган... Чем лет в пятьдесят пережив кучу сторонних "романов"
распылив свою неудовлетворенность на самих себя, собственно, возлюбленных, друг друга, детей и привнеся
пошленькую нотку "лодки разбившейся о быт" во все, что мы называем семьей. Вот такие дела, дорогие мои.
Вот так тоже бывает и я рада этому.
Вообще я наделала в жизни достаточно резких движений, чтобы не ценить те моменты,
когда сложнейшие, многоходовые варианты развития событий я умудрилась пережить достойно и красиво.
И в этом есть непосредственная заслуга моего тогдашнего мужа и друга и доверенного человека - Олега.
Наша совместная жизнь начиналась с того, что мы очень... подружились. Просто было ощущение, что я
встретила брата. Доброго, сильного, надежного и думающего в том же направлении, что и я. В последствии
легенда в народе звучала таким образом: "Наша дружба пережила даже брак".
Многим мы переболели вместе, так же и смерть первого нашего ребенка. И переживание этого кошмара
только еще больше сплотило нашу маленькую семью.
А потом родилась Ася. И кто бы мог подумать, что первое охлаждение последовало именно за этим
чудесным и изумительным событием. Отношения наши стали стремительнейшим образом перерастать в абсолютно
родственные. Говоря абсолютно родственные - я имею в виду именно отношения например брата и сестры.
Может быть чуть более идеализированные, но все же кровные. А потому совершенно не принимающие никакого
интима. Даже подумать страшно - делить ложе с родным братом. Да просто инцест. И вот так долго ли
коротко ли мы и пришли к такому замечательному выводу-поводу-разводу. Но на руках у нас были Ася и Кит.
И решение наше выглядело так: мы объявляем всем родным и друзьям, что мы - разводимся. Но,
поскольку в данный момент жить порознь у нас не получится по ряду жилищных и финансовых причин -
то мы разъезжаемся по разным комнатам, и живем каждый своей отдельной жизнью, не имея друг к другу
претензий относительно того:"что за барышня звонила в полпервого ночи" и "где ты ночевала со вторника
на пятницу"... И просто продолжаем вместе растить детей, благо вот дружить - получалось. Вполне.
А при соответственно более благоприятных условиях - разъедемся аккуратненько и все оформим.
Главное - у детей сохраняются папа и мама. И они растут в согласии. Это важно. Да и нам будет
легче и дальше быть искренними по отношению друг к другу. Времена на дворе стояли
страшноватые и немного, (чего уж греха таить) - безумные. И это было правильно - держаться друг друга,
имея в ресурсах достаточно доверия и уважения. Хотя, положа руку на сердце, скажу, что и в остальные
времена взаимо-выручка и возможность положиться во сем на другого дорогого стоят. И если бы этого было
достаточно для того, чтобы прожить вместе всю жизнь в качестве мужа и жены - возможно, все сложилось бы
иначе. Но я уже шила паруса. Этот мир становился мне мал, как детские штанишки и я искренне полагала
(и, кстати, полагаю), что для того, чтобы дать что-то детям - это что-то надо иметь. Короче "для того,
чтобы продать что-нибудь ненужное - надо сначала купить что-нибудь ненужное, а у нас денег нет!"
Вообще надо сказать, что труднее всего наши решения давались окружающим. Ну не понимали наши родители,
как можно поженившись не расставаться ни на минутку и периодически следовать за другим до сортира,
чтобы даже через дверь продолжить беседу, коль скоро она уже началась. Смеялись:"Попугаи-неразлучники"!:)
Ну не доступно было им, как это так: потерять ребенка и вместо взаимных упреков и разбредания
по углам - пить горькую- с утра до вечера плакать в обнимку, задумать родить нового вместо тщательного
отлова "блатных" врачей - развить абсолютно безумную теорию, призванную скорее убить долгожданное дитя
и мать, чем защитить их... И воплотить ее в жизнь вопреки всем и всему. И уж родить чудную доченьку
и даже решиться на сына - вдруг объявить всем, что мы слишком разные, чтобы быть вместе, но мы пока
очень нужны детям и поэтому принимаем единственно разумное решение... Ну, дальше вы сами все знаете.
Конечно же нас в очередной раз не восприняли всерьез - мало ли что мы там опять "придумали" и просто
сделали вид что эта наша очередная "придурь" и она не введет в заблуждение разумных людей.
В результате мы пожинали пачками стыдливые доносы друг на друга со стороны всех и вся - типа:
"А с кем это там Олег так долго разговаривал в местном баре и даже вроде держался за ручку" и
"Как ты ее отпускаешь на сутки в Москву, ты хоть знаешь, где она там ночует?"
В результате я заработала себе стойкую репутацию невероятной и искусной стервы, у которой
есть и надежный как стойкий оловянный солдатик и, чего уж греха таить, видный парень, муж Олег,
и еще куча волосатых любовников, которых она даже не стесняется привозить домой и даже оставляет ночевать
в священной супружеской кровати с молчаливого согласия "простачка" и доверчивого, замороченного Олежки.
Вот именно под видом "кучи волосатых любовников" и выступал отец Валентина. Сашка.
Сашка... Сашка... Мы странно и глупо встретились, но расставание было мощным и грянуло как аккорд
в заключение какой-нибудь известной оперетты. Не меньше. Но все по-порядку.
В Москве в районе метро Белорусская заблудилась девочка. Мимо, замотанный по уши в длинный шарф,
с огромными, трогательнейшими, со всей еврейской грустью на самом дне, глазами, проходил
человек, который сначала на просьбу показать ей ближайшее метро отшатнулся от нее
как от странного наваждения, но потом подробно объяснил, как дойти до метро, потом ворчливо взялся
сопроводить ее до зоны видимости метро, потом они пошли дальше "немного пешком, потому,
что тут на самом деле до Маяковки и рукой подать по приятным тихим переулкам",
потом они прошли еще немного и дошли до Булгаковского дома, где раньше располагался сквот,
и нашлось много взаимно известных персонажей, и где выход на крышу был еще открыт...
Дело кончилось крышей, точнее чердаком Булгаковского подъезда, разговорами типа -
"и на самом деле никто никогда не расскажет тебе, что ты дура" и заявлениями "а что если я тебя
прямо здесь и прямо сейчас трахну" и конечно же никто не трахался, потому как всякому известно,
что когда начинаются подобные разговоры - то пушки как правило молчат:)
Досиживать ночь до первого автобуса на ЧГ - я отправилась в бар в гостинице Измайловская, корпус бета,
где тогда работал барменом мой десятилетней давности друг - Марсель - здоровенный дядька из Буркина-Фасо.
И даже имела небезинтересный разговор перед рассветом с пьяной проституткой, которой показалось,
что я полезла "за сигаретами" в ее карман... И потом я уехала домой, полная впечатлений и
невероятной нежности к человеку, приподнявшему наконец-то меня над реальностью и наполнившему
мой парус "со всей пролетарской ненавистью" обратно, навстречу самой себе - ненормальной теткой с черт ее
знает чем в голове, кочующей по трассам автостопом, авторитетно объясняющей, что в нашей стране хиппи
хронически путают такие понятия как фри-лав и блядство. Недолюбливающей пункеров
за полное отсутствие внятной цели в жизни и не вылезающей из давнишних джинс порой даже ночью на "вписке"
потому, что сие уже почти вторая кожа. Пишущей бесконечные вирши и песни и уверенной в том, что ей есть
что сказать людям, но не знающей, как донести главное... Нет, конечно мы обменялись телефонами,
но именно в тот день, стоя на балконе своей маленькой съемной квартирки и глядя на восхитительный осенний
дождь, я была наполнена бесконечной любовью ко всему сущему и сердце мое пело и было бесконечно открыто
в пространство. Да, на кассетнике тогда звучало: "Иисус Христос - суперзвезда".
Я позвонила только через месяц и была жестко выругана за то, что пропала невесть куда и вообще
не представилась позвонив а именно это правило должно выделять интеллигентных людей из массы" и все такое.
И конечно же мы встретились. Я честно прождала в метро полтора часа и он приехал. Мегачеловечище был
в состоянии вялотекущего развода со своей Питерской женой и вписка у него означала ночлег в соседней
комнатушке, используемой как маленький укромный кабинетик.
Конечно же всю ночь мы снова протрепались. А потом я робко прокралась к нему перед рассветом, мы были
близки и я быстро убежала спать обратно на почти раскладушку, но мы оба были так перепуганны и смущены
произошедшим, что остальное время провели в совершенно отвлеченных беседах о мироустройстве,
психологии бессознательного, анатомии человеческой деструктивности в общем и тщете всего сущего в целом.
Хотя самым логичным было бы наверное все-таки "продолжение банкета" но я почему-то радуюсь
именно вспоминая тот горячий долгий и странный разговор, разряжающий душу и обнажающий чистоту намерений.
Надо сразу сказать, что наши отношения и жили в этих бесконечных разговорах обо всем на свете,
выпотрашивающих душу и каждый уголок вселенной, окружающей нас.
Мы много ездили. Все наши поездки обрастали неисчерпаемыми телегами: "Вот собрались мы в Питер по трассе.
А на дворе -26... Но мы случайно протормозили и дождались следующего утра, когда вдруг стало -10
и мы вышли на трассу"...
Ой, я до сих пор помню поездку в Киев, когда практически не спав трое суток я выключилась в машине и
мне снился страннейший сон в котором тема кур неведомым образом переплеталась в сознании с холодильниками...
Открыв глазая поняла что неугомонный Сашка развивает уже окончательно проснувшемуся
и откровенно прикалывающемуся водителю теорию отопления "обратным холодильником". Ну там, на самом
деле задняя стенка холодильника греется и всвязи с этим фактом... И т д...
Продолжать можно еще долго много и о-о-о-очень смешно. Мы без конца ссорились и часами раскладывали все
выше сказанное до полного препарирования ситуации и в конце концов оказывалось, что суть одна -
подошли с разных концов. Это радовало и объединяло:) Мы без конца везде опаздывали - это была наша совместная
энтропия помноженная друг на друга. Мы приезжали в гости к друзьям и запирались в ванной,
где полоскались и разговаривали до утра. Я бы сказала, что в этом союзе определяющим был однозначно
не секс, хотя секс был неизменно... Здесь подставьте любой эпитет-синоним слова в"великолепным"
и вы не ошибетесь. Но главное было не успеть разговориться о чем-нибудь интересном,
иначе разговоры заканчивались утром, а утром нас уже куда-то несло...
Мы много ездили, много балагурили, много и трудно выясняли отношения...
Нас любили в компаниях и нами "сильно удивлялись". Прослушав однажды маленький кусочек нашей беседы на
кухне Олег честно сказал, что у него сложилось впечатление, что мы говорили по-китайски.
Рассказывать можно на самом деле много. И можно даже написать отдельную книгу про то как я однажды влюбилась,
но как вы сами понимаете, отношения эти не предусматривали одного - супружества. Это было все, что угодно,
но только не "брачные танцы". На самом деле оглядываясь назад я честно понимаю, что это был
полный рок-н-ролл.
Так прошло два с хвостиком года. И вот пришло время когда мы поняли - нас утягивает
в странноватый показушный отказ от матримониала и вообще мы оба подустали. Все мне говорило, что пора.
Сашку пригласили поработать в Штатах годик. Но я не понимала, как я буду жить без него.
Мы странным образом приросли друг к другу. Как вторая клеточка, как допинг... Мы отдельно друг от
друга уже почти не воспринимались нигде. И мы решились. Мы расстаемся. И...поехали на дачу.
И дача Сашкиных родителей, с поленьями в печи, с запахом дерева и старых тканей. С ее круглым столом,
накрытым клетчатой скатертью...
И вкусный прощальный секс... Они все сделали свое дело. Я забеременела. И тут же поняла - вот кто поможет мне
пережить расставание. Вот кто будет моим Сашкой навсегда. В нем будет все самое лучшее, что мы пережили
и я смогу любить его не думая ни о чем. И...мы расстались. Сашка честно сказал, что не готов признать ребенка,
я честно ответила, что мне это не нужно. и я не буду делать аборт, но и не буду преследовать его с какими бы-то
ни было требованиями. И надо сказать, именно вот такая странноватая на вид честность:
- Я безответственный мудак
- Ну и ладно все равно я не смогла бы выйти за тебя замуж -
они позволяют до сих пор нам спокойно общаться и пить ночами вареный кофе в Барвихе,
что на задворках Вахтанговского и даже иногда, когда совсем припрет, стрелять денег на ребенка совершенно не напрягаясь.
И это здорово. Сашка - это Сашка.
Нет, когда родился Валька - Сашка приехал. Он увидел сына. Идаже привез мне денег на стиральную машину -
я тогда стирала руками... Но я жила глубоко на мели и деньги закончились так и не успев начаться. А потом он улетел
в Филадельфию. И я полгода билась головой в стены, пока боль от рассекания наших вросших друг в друга душ,
тел и времен не начала отпускать. Я мечтала о девочке. Я хотела назвать ее Алисой. Ничтоже сумняшеся, при том,
что про свою первую любовь - Питерскую барышню Алису Сашка в свое время проел мне весь мозг и случалось,
я даже ревновала к ней:) Но вышло иначе. И об этом будет часть вторая - Валентин.