отрастает к земле борода
ради брака с могильной травою
и последняя зелень желта
шелестит над седой головою

позади кукарача и секс
годы детства в тоске и психозе
где-то тихо играет ти рекс
а соседа из дома выносят

седина и деревьев листва
все подвластно закону ньютона
только в воздухе виснут слова
те что сказаны кем-то с балкона

сбереженья журчат как родник
за беседкой усадьбы-музея
вместо сердца трепещет тайник
с пересчитанной шепотом зеленью.




*

Между тантрою и скопчеством
меж аулом и европчеством
между Шеей и Уборщицей
подмечаем много общего