- Ребята, подождите, я ушам своим не верю - мы сейчас обсуждаем трудности восхождения на гору высотой чуть больше 1500 метров? - спросила я своих попутчиков, впервые собравшихся в зимний поход. На Иремель я поднималась три раза - все время летом. Один раз, угрожая добрым словом и пистолетом, я даже подняла наверх шестилетнего сына. Мне казалось, что зима не привнесет каких-то сильных отличий.

Это, бля, горы! (с)
Спустя 15 часов после этой горделивой выходки я сидела около флажка на ледяном курумнике, ветер хлестал меня по щекам, правая рука отказывалась двигаться, ноги отказывались втыкаться в фирн, а моих попутчиков я видела едва-едва сквозь метель. Я сидела и мечтала о кошках, ледорубе и горячей баньке. Но больше всего мне не хватало силы воли, чтобы встать и пойти вверх еще чуть-чуть. Тим дошел до меня и прокричал, что моя щека побелела. Мой высокомерный план "восхождение "ради галочки" дал внушительную брешь.

Оказывается, только зимой на отрогах Южного Урала можно делать горные категорийные восхождения и даже получить значок!

Конечно, потом я прокатилась за задницы до подножия горы, потом была и баня, и фрукты, и покатушки на снегоходе, и беседы в приятной компании. Я ради галочки отморозила себе щеку, сейчас она как маленький красный Шихан возвышается на моем лице среди веснушек.

https://catflat.livejournal.com/181437.html