На пике эпохи Просвещения, когда разум, казалось бы, окончательно восторжествовал, Французская революция продемонстрировала великую силу общественного мнения.
Идея прогресса стояла в центре политического и философского мировоззрения Просвещения, охватившего Европу во второй половине XVIII века и достигшего своего зенита во время Французской революции в 1789 году. Согласно ему, история считалась разворачивающимся повествованием, которое человек теперь мог искажать в угоду своим целям благодаря чудесам современной науки, аргументированной дискуссии и политическому упорству. С такой точки зрения мы находимся на пути из прошлого, окутанного подозрениями и невежеством, в будущее, где правят свобода и здравый смысл, и всё потому, что мы развили способность понять, как всё работает. Но где же свидетельства того, что так и есть? Где доказательства, что участвует вся нация? Измерив то, как долго люди живут, богаты ли они, образованны ли, статистика даст ответ.

В 1792 - 1815 годах Европа пребывала в состоянии практически бесконечных войн - самый длительный период с окончания Тридцатилетней войны в 1648 году. Источником этого затяжного конфликта стала Французская революция, а его центральной фигурой был Наполеон. Наследие этих войн навсегда изменило принципы ведения войны, лидерства, деления на нации и государственного управления. Наполеоновские войны положили начало новой эре, явившей собственный, неповторимый подход.
Преимущество французов в тот период заключалось в их способности превратить революционный пыл масс в воинский боевой дух. В 1793 году новая Французская республика представила новый подход: воинская обязанность. Принцип воинской обязанности значительно увеличивает потенциальную численность армии, но при этом меняет саму её природу. Вместо обучения специалистов и отбора талантливых бойцов призывная система опирается на национальный дух и энтузиазм общества. По мере того ка всё больше мужчин уходит служить, женщины и дети мобилизуются для нужд экономического производства. Когда всё население становится потенциальным военным ресурсом, каждый член общества приобретает ценность. Гражданская мобилизация даёт жизни смысл, а каждой смерти - потенциальную значимость. Демограф отразит вашу кончину в статистике; военачальник обеспечит вашему имени место на монументе. Мрачным, трагическим следствием данного революционного идеала является то, что в будущем, по мере продвижения технологического прогресса, для большинства участников боевых действий война становилась всё менее героической.

Обладая единственной в Европе призывной армией, французы смогли позволить себе новый набор тактических приёмов, к которым их опппоненты были совершенно не готовы. В контраст устаревшему и предсказуемому стилю прежних небольших сражений XVIII века, войска Наполеона выдвигались огромной массой, устраивая мелкие диверсии и вступая в стычки по множеству направлений. Войска Наполеона стали одной из первых демонстраций принципа, важность которого со временем только росла: принципа мощи распределённой сети. До Французской революции ни одно государство не концентрировало ради военных нужд таких административных ресурсов, в масштабах нации мобилизуя лошадей, текстильное производство и сельское хозяйство и вводя прямое регулирование потребительского спроса (рационирование) среди гражданского населения. Отсюда появилась потребность в формировании совершенно нового стиля государственного управления и политического лидерства.
Как сопротивляться такой кампании? В период между 1804 и 1812 годами, когда французские армии вдоль и поперёк рассекали Европу, на этот вопрос не было очевидного ответа. После вторжения в Испанию в 1808 году среди местного населения образовалось движение сопротивления, действовавшее посредством мелких диверсий. Эти бойцы получили имя "герильеро".
Прусские генералы тоже стали задаваться вопросом, не требуется ли и их стране такая же мобилизация населения. Но у них не было возможности создать в обществе необходимый по их мнению, националистический настрой. Вызванные Французской революцией политические и технические преобразования, дополненные стратегическим гением Наполеона, невозможно было повторить. Так Бонапарт сумел покорить Европу своей воле.

Благодаря Французской революции "война сразу стала делом народа, и притом народа в 30 миллионов человек, каждый из которых считал себя гражданином своего отечества" (Карл фон Клаузевиц). В эту новую эпоху война сделалась почти демократической. Население страны стало не просто разрозненной массой, которую надо направлять и подавлять, а стратегическим ресурсом. Если другие страны, в особенности Пруссия, не смогли бы создать у своего населения похожее желание воевать, у них не было бы никакого ответа угрозе Наполеона.
Было нечто новое в том, как Наполеон покорял Европу, перемещаясь с беспрецедентной скоростью и избегая конфликтов, когда не было решающей вероятности победы. Французы организовали длинные линии снабжения, позволявшие обеспечивать армии даже на сотни миль в глубь вражеской территории, при этом регулируя быт в тылу. "Система Шаппа" - оптическая телеграфная сеть, позволявшая передавать несложную информацию на большие расстояния посредством чередуемых сигналов, - действовала по всей Франции с 1792 года. Наполеон использовал эту новую технологию, чтобы протянуть аналогичные линии связи в Италию, Пруссию и Голландию с целью координации военных сил.

Война чаще всего выигрывается той стороной, у которой больше всех солдат как на поле боя, так и в резерве. Ход отдельных сражений может быть переломлен за счёт тактического мастерства или банальной удачи, но численное преимущество всегда рано или поздно побеждает, когда перевес в пользу одной из сторон станет достаточно велик. упадок и последующее поражение Наполеона в 1812 - 1815 годах произошли именно потому, утверждал Клаузевиц, что он наконец столкнулся с более многочисленным населением России.