- Зачем вы пришли ко мне, Грёбер?
-Фрезебург мне посоветовал навестить вас и поговорить по душам. Вы, мол, скажете мне правду.
-Правду? О чём же?
Грёбер посмотрел на старика.
-Я хочу знать, в какой степени на мне лежит вина за преступления последних лет - сказал Грёбер. - И ещё мне хочется знать, что Я должен делать.
Польман с изумлением посмотрел на него.
-А вы знаете, какой вы мне сейчас задали вопрос? Нынче за гораздо более невинные вещи отрубают голову.
-А на фронте убивают совсем ни за что. - сказал Грёбер.
Польман отошёл от книжных полок и сел.
-Вы разумеете под преступлением войну?
-Я разумею всё, что привело к ней. Ложь, угнетение, несправедливость, насилие. А также войну. С лагерями для рабов и массовыми убийствами гражданского населения.
Польман молчал.
-И вы всё это знаете? - наконец, спросил он.
-Теперь знаю. А сначала не знал.
И вам приходится опять ехать на фронт?
-Да.
-Вы знаете, что. Вы же нас воспитывали в духе религии. - продолжал Грёбер. - В какой мере Я стану соучастником, если Я знаю, что мы должны её проиграть, чтобы было покончено с убийством, рабством, концлагерями, эсэсовцами и штурмовиками, массовым уничтожением, - если Я всё-таки через 2 недели вернусь на фронт и снова стану соучастником!
Лицо Польмана померкло, стало серым.
-Христианские мученики не подчинялись насилию - нерешительно сказал Польман.
-Я не могу уклониться: меня повесят или расстреляют.
-И вы так спокойны? Почему вы не кричите?
- Я кричу.- возразил Грёбер. - Только вы не слышите.