Ирландия полнится рассказами о сверхъестественном. Кажется, что в каждом графстве своя история.  Даже в литературе много историй о приведениях.  Джеймс  Джойс вспоминает огромного черного пса с глазами, как лампы экипажа, который патрулировал подъезд к Иезуитскому Колледжу в Килдэйре, где учился Джойс. Оскар Уайльд описал свое видение проблемы сверхъестественного в «Призраке замка Кентервиль».  Джозеф Шеридан Ле Фаню пугал своих читателей такими жуткими историями как «Домик возле кладбища». Есть ли правда в этих историях, или это просто продукт богатого воображения? Пусть читатели решают сами…

Железнодорожная станция Йорк Роуд, Белфаст.

Персонал недавно отреставрированной железнодорожной станции Йорк Роуд стал участником пугающих событий. «Я сидела в одном из вагонов в депо, вокруг никого не было» - рассказывает уборщица Салли Дэвидсон, у которой был перерыв во время ночной смены , «Внезапно одно из колец на огнетушителе слетело в проход вагона. Оно упало прямо у моих ног. Когда я нагнулась и подняла его, кольцо было теплым». Затем ночной сторож, проходя мимо поезда, слышал с другой стороны шаги по гравию. Он заглянул под поезд, но ничьих ног не увидел, хотя шаги продолжали раздаваться. Несколько водителей поезда говорили, что видели в депо фигуру, которая растворилась в воздухе, и еще одну, сидящую в закрытом буфете посреди ночи. Пока один из свидетелей ходил за ключом, другой стоял у двери. Когда они открыли дверь, странный посетитель исчез. Читать далее

Призраки, или как их называют в Ирландии Тавши (taidhbhse) или Таш (tais), живут в промежуточном состоянии между этой жизнью и следующей. Их удерживают земные желания и привязанности, или незаконченные дела, или злоба на живых. «Я буду преследовать тебя» - частая угроза; кто-то воспринимает это как «Она будет навещать его, если в ней есть что-то хорошее». Если кто-то сильно печалиться в связи со смертью своего друга, то соседи говорят ему: «Прекрати, ты не даешь ему упокоиться», или на Западных Островах, согласно Леди Уайлд, они скажут: «Ты будишь собаку, что только и ждет, чтобы сожрать души умерших».  Считается, что те, кто умер внезапно, чаще становятся навязчивыми призраками. Они двигают мебель и любым способом стараются привлечь внимание.

 Когда душа покидает тело, иногда её уносят фейри. Я знаю историю одного крестьянина, который однажды увидел, сидя на земле фейри, всех, кто умер в деревне. Такие души считаются пропавшими. Если душа ускользнула от фейри, её могут схватить злые духи. Слабым душам детей особенно угрожает эта опасность. Когда умирает маленький ребенок, крестьяне запада обрызгивают порог кровью курицы, чтобы кровь увела духов прочь. Призрак вынужден повиноваться приказам живых. «Помощник конюха у Мистера Г.» - рассказывал старый сельчанин – «встретил своего хозяина, который бродил по двору через два дня после смерти, и приказал ему следовать за ним к маяку и обитать в нем.  Там, далеко в море, Мистеру Г. Так понравилось, что он оставил мальчика». Заброшенный маяк для бедолаги призрака! Леди Уайлд считает, что только те души, что слишком плохи для небес, и слишком хороши для ада, так надоедают людям. Они вынуждены подчиняться тому, кого обидели при жизни.

Души мертвых иногда принимают облик животных.  В Слайго есть сад, где садовник часто видит старого владельца в обличии кролика.  Иногда души принимают облик насекомых, особенно бабочек.  Если вы видите бабочку, порхающую у трупа – это душа, и признак того, что она на пути к вечному счастью.  Автор Обзора Приходов Ирландии 1814 года слышал, как женщина сказала ребенку, гонявшемуся за бабочкой:  «Откуда ты знаешь, что это не душа твоего дедушки?».  В канун ноября души повсюду танцуют с фейри. В Шотландии верят в призраков-двойников.  Если увидел двойника друга утром, он не заболеет, а если ночью, то друг скоро умрет.

У.Б. Йейтс

Перевод Linnen2009

Картинка отсюда http://www.pbase.com/mpdequalsyfsm/image/25796066

Он и она созданы друг для друга, две половинки одного целого, которые, прожив душа в душу долгую счастливую жизнь могли бы спокойно умереть в один день. Но судьба распоряжается иначе, и Она очень скоро остается вдовой. Но даже после смерти муж не оставляет свою любимую жену: заблаговременно он оставил ей 10 посланий, которые должны помочь ей пережить утрату. Каждое заканчивается постскриптумом «Я люблю тебя».

История разворачивается в древней Японии. Группа воинов под предвадительством старого алхимика прибыли в страну Восходящего Солнца из далекой Поднебесной для демонстрации новинок вооружения.

Однако это только для прикрытия: они добывают ингридиенты для напитка бессмертия, предназначенного китайскому императору. Последней составляющей является дитя, рождающееся раз в сто лет — храбрый мальчик-сирота, который спешит со своим верным псом через всю страну укрыться в одном из монастырей. На своем пути мальчик встречает храброго безымянного путника, владеющего искусством поединка, и предлагает ему быть сопровождающим в этом непростом пути…

Поздравляю, девочки!

Читать далее

Антон ПЛАТОВ
(Иггволод, “Дом Ясеня”, г.Москва)

Остерегайтесь выходить на болота ночью, когда силы зла властвуют безраздельно...
Артур Конан Дойль

Еще в начале прошлого - XX-го - столетия малограмотные фермеры британской глубинки в те страшные темные ночи, когда над островом бушуют осенние и зимние шторма, запирали на засов двери своих домов, втыкали в косяки иглу или вбивали гвоздь и остерегались тушить свечи. С тоской и страхом прислушивались они к шуму ветра: не заскулит ли, не заплачет ли в собачьем своем ужасе волкодав во дворе. И крестились старухи, призывая святого Георгия, потому что знали - если заскулит, чуя страшное, дворовой пес, то явятся вослед за тем совсем иные Псы - ступающие по воздуху, с пылающими глазами или безглазые вовсе. А за ними проскачет, сзывая мертвых, древний Владыка, чья голова увенчана оленьими рогами, - Повелитель Дикой Охоты...

...В том или ином виде Дикая Охота известна по всей германской и кельтской Европе - как сонм злых духов, появляющийся на небе в бурные ночи. Встреча с Охотой сулит людям несчастья и беды, болезни и смерти. Прибытие Охоты всегда ужасно и сопровождается яростным шумом ветра и сверканием молний, треском ломающихся деревьев и звоном обрывающихся с подвесок колоколов. Появляется в окружении мертвых воинов сам Охотник, которого легенды и предания описывают по-разному: с рогами на голове, с черепом вместо лица или без лица вообще. И повсюду Охоту сопровождает свора адских псов, чей лай наводит ужас на людей и животных.

Рассказы о явлениях Дикой Охоты сохранили для нас не только народные поверия и легенды. В Англо-Саксонской Хронике, например, под 1127 годом указывается:

Немало людей видели и слышали то: многих скачущих охотников. Черны были охотники, и огромны, и отвратительны; и гончие их были черны, широкоглазы и отвратительны; и скакали они на черных лошадях и черных козлах. Видели сие в самом оленьем парке в городе Петерборо, и по всем лесам от сего же города до Стамфорда, и монахи слышали гуд рога, звучавший тою ночью. Правдивые люди, что бодрствовали тою ночью, говорили, что двадцать или тридцать раз прозвучал тогда рог. Читать далее

Читать далее

...В те времена бунтовали не только холопы. Бунтовала и старинная белорусская шляхта, обиженная новыми порядками. В окрестностях Болотных Ялин было особенно неспокойно. Здесь, в Ходановской пуще, сидел хромой батька Ярош Штамет, который поддерживал очень родовитого белорусского пана Стаха Горского, что был в родстве через предков с князем виленским Александром. Этот Стах, молодой, честолюбивый, поставил перед собой цель добиться самостоятельности. Для этого были все предпосылки: королевская кровь, которая текла в его жилах (тогда это было очень важно), поддержка окружающего панства, большая военная мощь, поддержка православных и «лесных братьев», талант воина, а главное – ужасная нищета, безнадёжное положение крестьян. Молодого главаря во всей округе называли уже, не стесняясь, королём.
Но пока что он собирал силы и дипломатично туманил головы представителям государственной власти. Силы его, как говорила рукопись, достигали уже восьми тысяч всадников, которые частично скрывались в пуще, частично находились при его дворце.
Наконец глубокой осенью 1602 года всё было готово. В окрестных церквах крестьяне приняли присягу королю Стаху, и он внезапным ударом овладел самым сильным замком в уезде. Ожидали только Яроша Штамета с хлопцами, и поскольку войско было сильным, а король решительным, могло бы статься, что в историю Белоруссии была бы вписана новая яркая страница.

Читать далее

Недавно в жж сообществе "Деревня кельтов" выложили вот такую тему) Может, кто заинтересуется

"В мире существует смешная книжка-раскраска "Кельтская мода" за авторством Тома Тирни от издательства 'Dover' ('Сеltiс Fаshiоns' by Тоm Тiernеу, Dоvеr Рiсtоriаl Рubliсаtiоns). Вот   кликабельные иллюстрации с её обложкек:
 

Наконец сподобилась я перевести ее в электронный вид, а то лежала она несколько лет без дела. Внутри 45 страниц черно-белых картинок с краткими подписями+4 цветных (обложки). Картинки, прямо скажем, не реконструкция, хотя на задней обложке пафосная надпись, что, дескать, эта книжка особенно полезна изучающим историю костюма, дизайнерам и т. п. Лично мне некоторые картинки очень нравятся, а некоторые очень забавляют, чего и вам желаю.

 

Отсюда http://community.livejournal.com/derevnya_keltov/144517.html#cutid1

Там есть ссылки на скачивание, если кто заинтересовался

Много лет назад на Гавайских островах жило множество карликов. Звались они менехуне. Конечно, нечего было и думать о том, чтобы увидеть их в большом городе вроде Гонолулу. Однако говорят, что иногда уголком глаза можно было углядеть маленького человечка. У него красные щеки и улыбка во все лицо. Если вы повернетесь, чтобы взглянуть на него, он исчезнет, но вы знаете, что мгновение назад он здесь был.
Когда-то давно на Гавайях менехуне было больше, чем обычных мужчин и женщин. Но даже в те далекие времена очень немногие люди видели карликов, потому что днем они спали. Ночью менехуне выходили из своих убежищ, но, как только вставало солнце, торопились домой. Одни только рыбаки, трудившиеся по ночам, и люди, которые вставали очень ранним утром, видели их иногда по-настоящему.
На острове Кауаи жил благородный вождь по имени Пи. Он мог считать себя счастливым, ведь у него были слуги, которые приносили ему все, что он хотел. Ему не приходилось ничего делать - только играть и проводить со своим народом ночные часы за танцами и песнями. К несчастью, пришли времена, когда никто не хотел ни петь, ни танцевать, ни играть. Все растения в долине увяли и высохли. Даже свиньи отощали, и на их костях почти не осталось мяса, а рыбные пруды в глубине долины стали грязными и заросли водорослями.
Пи созвал мудрых мужей своего племени, чтобы узнать, может ли кто-нибудь сказать ему, что надо делать.
- Единственное, что можно сделать, о великий вождь, -это построить плотину через реку Ваимеа. Потом надо будет прорыть канал, чтобы провести воду в нашу долину.
- Я сам об этом думал, - сказал Пи. - Но на это нам понадобятся годы. Мы все умрем от жажды и голода, прежде чем закончим работу.
- Надо попробовать найти другую долину, где воды вдоволь, - предложил еще кто-то.
- Но это значит оставить дома и землю, которая так давно принадлежит нашему племени, - грустно сказал Пи. - Однако это, пожалуй, единственное, что можно сделать.
Он покинул собрание мудрецов и уселся в своем доме. Его ярко окрашенный головной убор и плащ из птичьих перьев указывали на высокое происхождение и власть, - и все же ему было одиноко, грустно и немного страшно. Он знал, что народ ожидает от него спасения, но как помочь ему, - не знал. Читать далее

Как-то заигрались семь девушек-сестер, которые жили в небе, и спустились с синего неба на высокие горы внизу, на земле.
На такие горы они спустились, где ледяные реки с шумом падают в бездну. Давно это было.
Долго жили те девушки в горах и очень тосковали и плакали, потому что не знали, как попасть обратно в свой небесный дом. И были те сестры прекрасны и холодны, как была прекрасна и холодна вода, струившаяся из ущелья.
Один человек, по имени Вурунна, поймал двух из семи этих девушек. И заставил их жить в своей хижине и сидеть с ним у костра. Стали эти сестры блекнуть и чахнуть, Но как-то посмотрели они в небо и увидели там опять своих сестер, которые указывали им на высокое дерево.
Подбежали те две девушки к дереву и стали умолять его помочь им попасть домой. Сжалилось дерево и начало быстро расти. Росло, росло и уперлось верхушкой в небо.
Вернулись обе девушки в свой небесный дом, и опять все семеро сестер были вместе. Правда, несчастные пленницы теперь были не такими яркими, как их сестры, а тусклыми и бледными. Так появилось созвездие Плеяды.
Печально смотрели на семь небесных звезд семь земных юношей племени Берай-Берай, любившие их на земле. Стало этим юношам горько и одиноко.
Но доброе дерево помогло и им. Поднялись юноши на небо и превратились в созвездие Ориона.
Каждую ночь смотрят они на своих возлюбленных и слушают их тихое пение.

March 2. Photo: Lucas Jackson/REUTERS

В летние каникулы 1906 года французский профессор химии Пьер Буре путешествовал по Англии, навещая своих друзей и коллег. Но даже в Англии поезда иногда опаздывают, и к месту назначения он прибыл уже в сумерках. Его встретил высокий пожилой молчаливый мужчина, и когда профессор по интеллигентской привычке стал извиняться за вынужденное опоздание, тот лишь молча кивнул и коротко предложил: «Сэр, садитесь в кэб, дорога дальняя». Читать далее

Томас Мур (англ. Thomas Moore, 28 мая 1779 — 25 февраля 1852) — ирландский поэт и экономист. В России известен прежде всего благодаря стихотворению «Вечерний звон» (Those evening bells, из сборника National Airs, опубликованного в 1818 г.), переведенному Иваном Козловым и ставшему известной песней.

Родился в семье ирландского мелкого торговца, католика. В 19 лет окончил Дублинский университет. С 14 лет сотрудничал в разных дублинских журналах. В 1800 Мур издал свои «Оды Анакреона», а через год выпустил сборник «Poems by the late Thomas Little» (Поэмы покойного Томаса Маленького). М. приобрёл широкую известность и получил приглашение на должность придворного поэта, но по настоянию друзей — либеральных буржуа — отказался. Затем уехал регистратором адмиралтейства на Бермудские о-ва. На обратном пути посетил Америку — Мекку тогдашних либералов. В 1806 издал сборник стихов, в которых отозвался крайне неодобрительно об Американской республике и её учреждениях. Из Соединённых штатов М. вернулся реакционером. В 1807 вышел из печати первый сборник «Ирландских мелодий». «Мелодии» для романтиков явились вторым «Оссианом». За ними последовали «Национальные мотивы» и «Священные песни», пользовавшиеся меньшим успехом. В 1815 М. начал самое крупное своё произведение «Лалла Рук» — «восточный» роман с четырьмя вставленными в него поэмами. «Местный колорит» здесь чрезвычайно условен, но очень ярок. По богатству экзотики и архиромантической трактовке сюжета она стоит в одном ряду с «Ватеком» Бекфорда и восточными поэмами Байрона, у к-рого Мур заимствовал композиционные приёмы. «Лалла Рук» переведена на персидский язык и пользуется в Персии популярностью как «великая национальная эпопея». Из прозаических произведений М. наиболее известна его биография Байрона (русский перевод, СПБ, 1865). Читать далее

St. Thomas' Island, Corbally, Limerick

 March 1st. Photo:Don Moloney /Press 22

Когда-то она украшала собой флаг Республики, и до сих пор появляется на официальных правительственных документах, президентском флаге, и на ирландских монетах. Веками арфа была излюбленным символом Ирландии. Говорят, что ирландцы так сильно сосредоточены на своей склонности к игре на арфе, что много лет музыка в Ирландии не развивается.

Так как же арфа стала эмблемой «Изумрудного острова»? Согласно традиции, ранний король Ирландии Давид взял арфу у псалмиста  в качестве своего символа. Этим можно объяснить, почему раньше её называли «крут» (прим. музыкальный инструмент, на котором играли барды Ирландии), что возможно синонимично с «лирой».

Фольклорная традиция рассказывает нам, что первой арфой владел Дагда, один из вождей Туата де Данаан. Племя Богини Дану было в состоянии войны с Фоморами, и арфа была похищена богами холода и тьмы. Два других бога, Луг, олицетворявший свет, и Огма, олицетворявший искусство, проникли в крепость к Фоморам, нашли арфу и вернули её Дагде. Боги, возвращая арфу, произнесли два тайных имени инструмента и вызвали одновременно лето и зиму. С тех самых пор Дагда мог играть такую трогательную мелодию, что слушатели начинали плакать, или такую веселую, что все улыбались, или же столь безмятежную, что слушатели погружались в сон. Таким образом, инструмент с его секретами и магическими именами стал управлять Печалью, Радостью и Покоем.

Каким бы путем арфа ни стала уникальным инструментом Ирландии, а в дальнейшим -  её символом, история свидетельствует, что люди, игравшие  на ней, были настоящими профессионалами своего дела и играли они для знати. Их высоко почитали, и часто просили аккомпанировать бардам, что читали стихи. Тем не менее, в связи с эмиграцией выдающихся семей Ирландии в 17 и начале 18 веков, начался постепенной упадок традиции игры на арфе, и последний арфист старой школы, умеющий играть в традиционной манере, умер в середине 19 века. Интересно то, что эти великолепные мастера играли на арфе ногтями, а не самими пальцами, как принято играть сейчас. Также интересно заметить, что новые семьи английского происхождения были благосклонны к известным арфистам, таким как О”Кэролан, на севере такими людьми были Майкл МакДоннел  и англичанин Эдвард Бантинг, они собирали у себя в Белфасте последних арфистов в 1792 году.  И хотя было предложено щедрое вознаграждение, им удалось собрать только 11 человек со всей страны. Бантинг попытался записать как можно больше традиционных мелодий, и его коллекция чрезвычайно важна, потому что содержит в себе последние следы того, какова же была древняя традиция игры на арфе.

До сих пор арфа, этот древнейший символ Ирландии, широко используется – даже на лейбле Гиннесс , но большинство её старинных мелодий ушло навсегда.

   Арфа мощной Тары, чьи звуки далеко

   Раздавались когда-то над стихшей толпой,

   На обломке стены ныне спит одиноко,

   Как былого свидетель немой.

   Так проходит веков горделивая слава,

   Так минувшего молкнет и память, и гром,

   И в застывших сердцах, как потухшая лава,

   Все мертво и безмолвно кругом...

(Томас Мур. Перевод Е. А. Боратынский 1835 г.)

by Bridget Haggerty

Перевод Linnen 2009

Взято отсюда http://svart-ulfr.livejournal.com/102047.html?view=795295#t795295

Дикая Охота



Древняя вера в Дикую Охоту , Fairy Raed , или Неистовое Воинство , призрачную процессию наездников и собак, которые неистовали в полях, лесистых местностях, и небесах, охотясь, убивая или пожирая каждого, кто встретится им на пути, раньше была широко распространена в Северной и Центральной Европе. Везде, где эта вера пустила корни, она стала локальным поверием , его детали разнятся, чтобы соответствовать местному фольклору и месту действия, так что в итоге детали Дикой Охоты широко изменяются в зависимости от места действия.
Один общий мотив характерен для почти всех областей: увидеть Охоту - к беде , она выступает предвестницей бедствий, время от времени даже таких большие событий, как война, и нужно стремиться избежать этой встречи любой ценой . Путешественники в безлюдных местах при звуках приближения призрачного воинства старались упасть на землю, пряча в страхе глаза до тех пор, пока пугающая процессия не исчезала
Другие общие особенности включают наличие в рядах Охоты ее бесспорного лидера , свиты преследователей-охотников , лошадей , и собак , в сопровождении громкого шума , такого, как лай собак, вой ветра или призрачные голоса, и грохота копыт.
В землях Скандинавии и Германии Дикую Охоту (или Wilde Jagd по-немецки) обычно возглавлял Бог Один , или Вотан (в континентальной германской мифологии), предпочитающий охотиться в холодных ветрах осени или зимы. Читать далее