Скрытое и явленное в живописи Гейюра Юнуса

Интервью с ним - - Мне показалось, что вы несколько скованы, неуверенны. Вроде, мы у вас в гостях, а вы сами ведете себя на своей же персональной выставке, как гость. Что вас так сковывает?

- Это моя первая персональная выставка в Москве. Здесь совершенно особая публика. У меня были выставки в Париже, Лондоне, Нью-Йорке, но здесь все по-другому. В Москве очень избирательная, искушенная, разборчивая и, самое главное, понимающая публика. Здесь на выставках собираются истинные знатоки и ценители высокого искусства. Если на западе, в Европе на выставке оказывается много случайных людей, либо коммерческих лиц, связанных с арт-бизнесом, то здесь на выставку приходят только те, кто хотят прикоснуться к настоящему искусству.

- Вы переживаете за то, что можете быть непонятым и непринятым здесь?

- Нет, я не боюсь этого. Но думаю, что им будет где-то сложно понять всю глубину моих замыслов. Они ведь не мусульмане, не знают ислам.

- А политически-нестабильная обстановка, сложившаяся вокруг ислама и лиц кавказской национальности, вам ничем не помешает. Как вы думаете?

- Это я исключаю. Здесь, в Москве, искусство стоит выше политики и межнациональной розни, неприятия. Напротив, в Европе отношение к искусству формируется на основании вероисповедания не в последнюю очередь. Почему, на ваш взгляд, ни один восточный художник не может выйти на аукцион «Сотбис»?! Или вы думаете, что на Востоке нет великих художников?! Или, почему в Лувре не висит картина мусульманского художника?! 50 лет грузины пытаются представить своего Нико Пиросмани в Лувре, но не могут. И знаете почему?! Потому, что европейцы говорят: «Живопись – это высший пилотаж. И это принадлежит нам»…

На первый взгляд - портрет жены с дочерьми, но за этим - беседа на сложную тему. Ведь на полотне - образ Возлюбленной, а в исламе это - одно из имён Бога. Художник воспел здесь красоту своей любимой, а Красота - это опятьтаки и есть Бог. Выходит, полотно посвящено любви к Тому, Кто создаёт этот мир - мир реальной красоты, мир истинной любви. Это необычный для нашей публики поворот сюжета.
- Мусульманские мистики утверждали, что цель жизни человека - любовь. Точнее, любовь к Богу, - сказал в беседе с корреспондентом "Эхо" известный специалист по культуре ислама, ведущий научный сотрудник Института восточных культур и античности РГГУ Маис Назарли. - Во всей метафорической системе поэзии ислама Бог выступает в образе Возлюбленной. Человек должен обладать способностью любить, а наивысшее проявление любви - любовь к женщине. Мусульмане считают: если ты не способен полюбить земную женщину, то не сможешь полюбить и Бога...