Очень красивые и оригинальные работы талантливой американской художницы и оформителя Marcela Gutiérrez.

Марселла Гутиеррес современная художница и иллюстратор, родилась во Флориде в 1978 году, но до 18 лет росла в Гватемале. После окончания средней школы она поехала в Мексику, чтобы изучать архитектуру, а затем и графический дизайн, однако не доучилась два курса и уехала в Лондон, где поступила престижный колледж Central Saint Martins, после окончания которого, в качестве стажировки, выполняла работу для крупных международных компаний, таких как Marc Jacobs, Luisa Beccaria и Nylon Magazine, а также сотрудничала с дизайнерами и художниками, работающими на Александра Маккуина и Джона Гальяно. Работа Марселы выделяется своими элегантным линиям акварелью и гуашью. В настоящее время она живет и работает в Барселоне и в Нью-Йорке.

Со скалы раздался странный мяукающий звук, затем негромкий свит. Показалась ястребиная голова ярко-белого цвета. Оранжевые глаза с ярко-чёрным зрачком вселяли страх, нагрянувший будто из времён мезозоя.

У глаз и на уздечке красовались чёрные пятна. Заканчивалась голова острым убийственным клювом, под ним же рос пучок чёрных волосовидных перьев, образующих бородку. Именно за неё эту птицу прозвали бородачом.

Это крепко сбитое животное, в длину превышающее метр. Вес его достигает аж 7,5 кг. Длина крыла – 80 см. У девяти птиц с Тянь-Шаня, чучела которых хранятся в Зоологическом музее Московского университета, длина крыла составляет 81-93 см. Таким образом получается, что максимальный размах крыльев может достигать двух метров.

 

 

 

Вечером 21 декабря 1908 года Хелен как обычно спустилась за газетой. Спустя пару минут Артур Адамс, живший прямо под мисс Гилкрист, услышал грохот: в столовой наверху на пол явно свалилось что-то тяжелое. Затем последовали три глухих удара. Старушка говорила Артуру, что в случае чего будет стучать по полу, поэтому Адамс тут же побежал смотреть, что стряслось. Дверь была заперта, на стук никто не реагировал. Сосед собирался было вернуться домой, но в этот момент вернулась Хелен.

Когда горничная открыла дверь, Адамс увидел, как в дальней комнате промелькнул силуэт мужчины. Он едва не вскрикнул от неожиданности, а вот Хелен, казалось, совсем не испугалась. Все происходящее дальше Конан Дойл впоследствии описывал как «детали, которые могли иметь место, только если Хелен понимала, в чем дело». Горничная спокойно прошла в квартиру, даже не попытавшись остановить незнакомца – тот обежал опешившего соседа и рванул вниз по лестнице. Кроме того, Хелен ни разу не окликнула хозяйку, словно знала – та ей уже не ответит.

 

 

Тело мисс Гилкрист лежало у камина в столовой. Ее голова, прикрытая пледом, была полностью размозжена, по полу расползалось темное пятно крови. В спальне все было вверх дном, но впоследствии выяснилось, что преступник забрал только украшенную бриллиантами брошь в виде полумесяца – далеко не самую дорогую вещицу хозяйки. Орудия убийства в квартире не нашли. И хотя вся мебель в столовой была забрызгана кровью, на ящиках комода, документах и разбросанном белье никаких следов тоже не обнаружилось. И все равно из-за пропавшей броши полиция решила, что мотивом убийства было ограбление.

На следующий день полиция Глазго распространила описание убийцы, основанное на данных, полученных от соседа Адамса и горничной Лэмби. А вечером 25 декабря была найдена, казалось бы, железная улика. Детективы узнали, что 36-летний немец еврейского происхождения по имени Оскар Слейтер пытался заложить в ломбард брошь с бриллиантами в форме полумесяца. В квартиру, в которой он жил, тут же ворвались полицейские, но выяснилось, что Слейтер по поддельным документам накануне уехал из Глазго в Нью-Йорк со своей любовницей.

 

 

Детективы были уверены: Оскар и есть преступник. Попросили американских коллег его задержать, даже отправили в Нью-Йорк соседа убитой старушки и ее горничную для опознания. Те долго сомневались, меняли мнение и советовались друг с другом, но в итоге все-таки решили, что «вроде как это он и есть».

Подозреваемого доставили обратно в Глазго 21 февраля 1909 года, суд над ним начался 3 мая. Но дело в том формате, в котором представляла его полиция, рухнуло сразу. За Слейтером гонялись из-за брошки – по мнению детективов, она принадлежала убитой. Но в процессе выяснилось, что это украшение любовницы Оскара, и он закладывал его уже не раз. В Америку же Слейтер сбежал вовсе не от правосудия, а от законной жены, которая узнала о любовнице и была вне себя от гнева.

 

 

В чемодане подозреваемого не нашлось ни вещей со следами крови, ни предмета, которым можно было бы раздробить череп человека. Из «подозрительных» вещей полицейские обнаружили только небольшой молоток – слишком легкий, чтобы нанести увечья такой тяжести. В итоге все улики были притянуты за уши, но репутация шулера и еврейское происхождение подозреваемого все-таки привели его на скамью подсудимых.

Оскар Слейтер родился в Германии в еврейской семье и до 19 лет не покидал родину. Затем, уклоняясь от военной службы, он уехал в Лондон. Сам он утверждал, что в Глазго работал дантистом, но полицейские знали его как «шулера и прощелыгу, который со всеми грабителями города был на легкой ноге». Адвокат Слейтера так боялся, что подзащитный ляпнет что-нибудь не то и окончательно все испортит, что посоветовал ему помалкивать, хотя Оскар просил слова. В итоге судом присяжных Слейтер был признан виновным и приговорен к смертной казни.

 

 

На следующий день во всех газетах появились едкие статьи: «Приговор смертный, улик – ни одной», «Убийство повесили на еврея» и «В Шотландии появился свой Дрейфус». С французским офицером Альфредом Дрейфусом, которого огульно обвинили в шпионаже в пользу Германской империи, Оскара роднило лишь то, что оба они были евреями. Но англичане прекрасно понимали, что именно еврейство подозреваемых было главной «уликой» и в том, и в другом случае.

Дело Слейтера быстро стало таким резонансным, что петицию об изменении приговора подписали 20 тысяч человек. За два дня до того, как обвиняемый должен был взойти на эшафот, король Эдуард VII изменил приговор на пожизненное заключение. Следующие 18 лет Оскар провел в шотландской тюрьме Питерхед, но в 1927 году его неожиданно освободили. Первым шагом к этому долгожданному событию стало тайное послание, которое узнику чудом удалось передать на волю двумя годами ранее. Письмо, в котором заключенный молил о помощи, было адресовано единственному человеку, который, как он верил, мог спасти его, – Артуру Конану Дойлу.

 

 

Писатель верил в невиновность Слейтера с самого начала. Вскоре после вынесения приговора он стал изучать дело, анализируя поведение адвокатов, детективов и судей с проницательностью Холмса. Этот случай давал писателю возможность сыграть в Британии ту же роль, которую Золя сыграл в деле Дрейфуса во Франции, написав резонансную статью «Я обвиняю».

Сам Конан Дойл считал Слейтера «человеком с дурной репутацией». Но хотя писатель и сожалел, что Оскар вел «неджентльменскую жизнь», он понимал, что это дело – в первую очередь пятно на репутации британского суда. Дойл просматривал полицейские отчеты, показания свидетелей и стенограммы судебных заседаний – пытался отыскать мелкие детали, упущенные из виду следователями, разбирал логические несоответствия дела. Это помогло ослабить цепь косвенных улик, затянутую вокруг шеи Слейтера.

 

 

Еще в 1912 году Дойл выяснил: уже через неделю после задержания Слейтера полиция знала, что он – не преступник. Например, в деле значилось, что пропавшая брошь мисс Гилкрист была украшена одним рядом бриллиантов, тогда как на украшении, заложенном Слейтером за месяц до убийства, камней было больше. Свидетели говорили, что из подъезда в день убийства выбегал совершенно другой человек, судмедэксперт утверждал, что небольшой молоток, найденный у Оскара, никак не мог быть орудием убийства. На опознании темноволосый смуглый Слейтер предстал перед свидетелями рядом с чистокровными шотландцами – блондинами с голубыми глазами. Журналист газеты Glasgow Times тогда язвительно написал, что это выглядело «как попытка спрятать бульдога среди королевских пуделей». И таких деталей в деле обнаружились десятки.

 

 

Но даже зная, что Слейтера подставили, писатель долгое время не мог вновь дать ход этому делу, поскольку «адвокаты не могли выдать полицию, не выдав при этом самих себя». Тогда Дойл опубликовал 80-страничный буклет «Дело Оскара Слейтера», в котором были описаны все найденные им несовпадения.

Контрабандное послание Слейтера в 1925 году – бумажный шарик, засунутый под зубные протезы освобожденного товарища-заключенного – побудило Дойла взяться за это дело в последний раз. Когда в 1927 году выяснилось, что убийцей был племянник мисс Гилкрист, с которым она поссорилась из-за документов, Дойл стал всячески распространять эту информацию и добиваться пересмотра дела.

 

 

Когда Слейтера выпустили «за хорошее поведение», даже не думая его реабилитировать, Конан Дойл был вне себя от гнева. Он написал с десяток статей, после чего Оскара все-таки оправдали и выплатили ему шесть тысяч фунтов в качестве компенсации. «Перешагни я 20-летний рубеж за решеткой – я бы покончил с собой», – впоследствии говорил Слейтер.

За 18 лет, проведенных в тюрьме, он написал в Германию сотни писем: с признаниями в любви родственникам, опасениями навсегда остаться за решеткой и жалобами, что «раввина привели всего один раз за 15 лет, хотя пасторы приходят каждую неделю». Освободившись, Слейтер не смог повидаться с семьей: в Германию его уже не пустили. Впрочем, в конечном счете этот запрет спас Оскара от ужасной судьбы, постигшей его семью в военное время.

Сколько же талантливых гениальных ребят породил этот славный город на Неве!!!

Ох, и здоровые же они были ребята! Сто девяносто два росточку и плечи под шестидесятый размер.
Молва утверждала, что норма Аркадия была полтора литра коньяку. После этого он мог изящно и здраво рассуждать о литературе.

Аркадий Натанович Стругацкий родился в Ленинграде в 1925 году. Борис — в 1933-м.

Аркадий был филологом-японистом, референтом-переводчиком и послужил в погонах не один год — на самых восточных рубежах. (Заметим, что элементы японского колорита, детали и термины, обряды и оружие вошли в русскую литературу последних десятилетий именно с его легкой — тяжелой? — руки.)
Борис же по специальности, напротив, звездный астроном и большую часть жизни проработал в Пулковской обсерватории.
Одевались они как заштатные советские инженеры.  Эти фланелевые рубашки, эти нейлоновые куртки, эти кроличьи ушанки и поношенные штаны... Ничего от небожителей, от блеска звезд. И квартирки по хрущевским малогабаритным стандартам в спальных районах. Автомобиль «запорожец» достойно завершит портрет гения в интерьере.

Высокий стиль. Быть, а не казаться.  Гений не нуждается в атрибутике и аффектации.

В таком уже далеком 1966 году молодежь, которую сейчас назвали бы «продвинутой», читала трех авторов и тем гордилась:  Брэдбери, Лем, Стругацкие.
«Трудно быть богом», непревзойденная по чистоте и изяществу иронично-романтического стиля книга, сделала их знаменитыми.

«Понедельник начинается в субботу» превратил Стругацких в кумиров бесчисленных НИИ и КБ, студентов и лаборантов.

«Улитка на склоне» привлекла эстетствующих снобов и утонченных интеллектуалов.
«Разночинная интеллигенция» — вот как на сто лет раньше был бы определен главный читатель Стругацких. Сливки среднего класса, мозги и совесть страны.  Те, кто в оппозиции власти, при этом веря в добро и в свои силы.

Что поразительно: поколения меняются, время течет, а Стругацкие находят читателей в каждой взрослеющей генерации, и остаются с ней, и не исчезают с прилавков.

Как они работали вдвоем? Утверждалось единичными посвященными:  один сидит за машинкой и стучит по клавишам, иногда сопровождая появление текста чтением вслух.  Второй лежит на диване, или пьет кофе в кресле, или расхаживает с сигаретой. Иногда вставляет свою фразу или абзац, продолжая мысль и сцену соавтора.  Через несколько страниц или через час-полтора они меняются местами.  Стиль, интонация, ход действия — един для обоих.

От прямых ответов о технологии соавторства Стругацкие всегда уклонялись.  Говорили лишь, что предварительно долго обсуждают и согласовывают все по телефону:  Аркадий жил в Москве, Борис — в родном Ленинграде.

Еще при советской власти в разных городах возникали их клубы фэнов и играли в их книги. Больше никто из советских писателей этим похвастаться не мог.

Второе место в рейтинге живого цитирования всей русской литературы занимает роман братьев Стругацких «Трудно быть богом».  На первом — «Двенадцать стульев» и «Золотой теленок».  На третьем — «Мастер и Маргарита». Четвертое — «Горе от ума».  Если кто не знал. И это не мода.  Тому уже многие десятилетия.

Ни один более из советских писателей этой эпохи нового слова в русский язык не ввел.  Слово «сталкер» слышали? «Пикник на обочине» стал устойчивым оборотом.

Ни один современный им советский писатель столько не переводился. Сотни изданий на всех цивилизованных и менее цивилизованных языках мира: точное число трудно поддавалось учету (были на то причины).  Они могли быть богаты — но ВААП (Всесоюзное агентство по авторским правам) СССР забирало в пользу государства 97 процентов (!) гонораров.

Между ними и их читателями никогда не стояло чужих мнений и государственных приманок.  А в читателях была половина всей молодой интеллигенции страны. Та половина, у которой лоб был повыше, а шоры на глазах поменьше.
Студенты, инженеры и врачи, юристы и журналисты — слой, из которого в нормальных странах формируется элита, — перекидывались фразами Стругацких, как паролем...

А дело было так.  В середине 50-х годов прошлого века Стругацкие со своими вторыми половинками прогуливались по Невскому, и рассуждали о современной литературе. Речь зашла о современной фантастике:
- Ну разве можно так скучно и бездарно писать? – возмущались братья.
- Что вы брюзжите, возьмите и сами напишите что-нибудь стоящее! – парировала на это супруга Аркадия, Елена.
Оба брата призадумались, и решили попробовать.  Они поспорили с женами, что напишут действительно интересный фантастический рассказ. Так на свет появилась «Страна багровых туч».  После были написаны повести «Понедельник начинается в субботу», «Полдень ХХIIвек» и знаменитый «Пикник на обочине».

Писали братья всегда вместе.  Один сидел за машинкой, другой бродил по комнате, или лежал на диване.  Текст придумывали постепенно, выстраивая фразу за фразой. По одиночке братья тоже пробовали работать, но, в конце концов, поняли, что только творческий тандем может стать по-настоящему эффективным в их творчестве.  Кстати, работать вместе братья умудрялись, живя в разных городах.  Аркадий – в Москве, Борис – В Ленинграде.

Чтобы написать очередное произведение, братья собирались в доме матери или приезжали в какой-нибудь дом творчества на несколько месяц. В день писали от 5 до 7 страниц. Причем, работали без выходных.

Творчество Стругацких становилось все более популярным и востребованным, однако, все закончилось слишком рано.  В 1981 году у Бориса Натановича случился инфаркт. Он слег.  Работать братья уже не могли. Все ждали выздоровления Бориса, и не думали о плохом, а то самое плохое подкралось неожиданно – в конце 80-х у старшего брата Аркадия диагностировали рак печени. В октябре 1991 года он скончался.  Так не стало прекрасного писателя и замечательного творческого союза.

Борис и после его смерти продолжал писать, но это были уже совершенно другие произведения.  Борис Натанович говорил, что часто видит Аркадия во сне, что ему постоянно кажется, что они не успели вместе написать что-то важное, главное…
В начале 2000 онкология настигла и младшего брата. У него обнаружили рак крови. Борис Стругацкий до последнего продолжал работать, он писал книги, статьи, общался с читателями на своем сайте в сети. В ноябре 2012 Бориса Натановича не стало. Его, как и брата,убил рак.  У них были похожие судьбы и практически одинаковый итог жизни.

Это утка? Это аист-недоросток? Неужели сорока ударилась головой о скалы норвежского фьорда и решила поселиться здесь, на голом морском берегу? Нет, дорогой подписчик, сегодня у нас в гостях Штирлиц от мира животных, который как никогда близок к провалу — свой среди чужих и чужой среди своих. У него полёт утки, оперение сороки, а нос типичного снеговика. У нас в гостях кулик-сорока.

Пернатое чудо-юдо размером с ворону выглядит так, как если бы от аиста оторвали клюв с лапками и приделали эти запчасти сороке — нелепое зрелище. Да, изяществом форм кулик уступает лебедю, а по скорости ему не тягаться с сапсаном, зато благодаря таким пропорциям пичуге открыты все стихии. Наша героиня быстро бегает, отлично плавает и могёт совершать дальние перелёты — настоящий универсальный солдат.

Это семейное предприятие было основано в 1992 году. Инженер по образованию Александр Любкин, который в свободное от работы время создавал цветные витражи и изделия из камня, решил однажды собрать дома печь для обжига фарфора. В 2022 году предприятие по производству фарфора ручной работы «Дельта-Х» отпраздновало свое 30-летие.

С 1992 года  семейное предприятие занимается производством авторского фарфора, где весь цикл создания изделия происходит вручную.

В основу стилистики изделий положен декор, являвшийся оригинальным для Кисловодска.
 Фарфоровые изделия с лепными цветами были предложены художницей Кисловодской фабрики сувенирных изделий Л.Н.Маркуль ещё в 1975 году.
 «Дельта-Х» за время своей работы усовершенствовала этот декор: довела его исполнение до изящной моделировки, расширила ассортимент изделий с ним и, на данный момент, является держателем этого бренда в Кисловодске.

Гигантские сферические камни в Северном Ледовитом океане, вулканический остров и затопленные холмы — и это лишь некоторые из удивительных, о существовании которых вы, возможно, даже не знаете. Одни острова — дело рук природы, другие приобрели свой вид по причине вмешательства человека. Как бы там ни было, путешествие хоть на один из них подарит незабываемые впечатления.

1. Вулканический остров

Две трети острова Онекотан на Курилах составляют вулканы. Два из них — Креницын и Немо — действуют до сих пор, хотя последний раз извергались в середине 20 века. Другой - Тао-Русыр - считается вымершим. Озера лежат у подножия вулканов, покрытых лесом.

Озеро Кольцевое вокруг пика Креницына — одно из самых глубоких в России, его максимальная глубина составляет 369 метров, хотя по окружности оно всего 15 км. Из-за сложного рельефа добраться до вулканов острова Онекотан пешком очень сложно.

Сам остров долгое время был необитаем, но на нем сохранились остатки древних поселений айнов, живших здесь до конца 19 века.

2. Остров белых скал

Еще один очаровательный остров Курильской гряды – Итуруп, самый большой в архипелаге. В своей северной части остров может похвастаться поистине невероятным природным феноменом – Белыми скалами.

Строго говоря, это не скалы, а образования состоят из пемзы и вулканического стекла, которые буквально рассыпаются в руках.

В древности эта часть Итурупа была затоплена и скалы высотой от 40 до 120 метров появились из воды после землетрясения и извержения вулкана на острове.

У маленькой птички множество интересных особенностей. Перья птицы настолько пышные и густые, что напоминают шерсть. Но назвать эту птицу зверем язык не повернётся. Видели какой у неё клюв? Причём ноздри расположены на кончике клюва, а не в начале, как полагается добропорядочным птицам. Живёт птица киви только в Новой Зеландии.

Более того, наша героиня успела стать символом вышеназванной страны. Потенциал у киви такой громадный, что молчать о её уникальности уже нет сил. Обратимся к фактам?

Что за «зверь» такой?

Орнитологи никак не могут взять в толк, почему у этой птицы так много физиологических особенностей, которые присущи только млекопитающим. Например, те же вибриссы: если для котов и собак «усы» — это норма, то для птиц — культурное потрясение.