(продолжение)

26
Медея почти бежала. Сегодня ее ждал отец, он мог понять ее и успокоить, но только она ничего ему не расскажет. Дея - уже взрослая девушка, она сможет разобраться со своей жизнью сама. Это она выбрала такую судьбу – она и Сатана, который ей покровительствует. Медея отслужит мессу и ей станет легче. Она не позволит какому-то молокососу так с собой обращаться! Он очень сильно пожалеет о том, что натворил!
Вячеслав все-таки заметил, что дочь немного не в себе, поинтересовался, что случилось, и, получив ответ, что все нормально и он заблуждается насчет ее встревоженности, оставил дочь в покое. Если Медея захочет, она поделится проблемами и попросит помощи в их решении. Отец приказал Медее переодеваться и служить черную мессу. Она молча кивнула и пошла исполнять приказание отца. Даже она не могла ослушаться, когда он приказывал.
Потом было точное, ритуально выверенное до мгновения времени действо шабаша, и на алтаре истекал кровью человеческий младенец. Он громко вопил от боли и ужаса, захлебывался криком, ведь даже маленькие дети чувствуют, когда приходит опасность. Медея наблюдала агонию ребенка и сладострастно улыбалась. Отец Медеи, как это бывало обычно, стоял поодаль, не принимая участия во всеобщем экстазе. Он наблюдал, как работает его дочь, и остался доволен ее работой. А Медея допела гимн до конца и взглянула на младенца. В руке ее был обсидиановый кинжал. Мгновение она смотрела на умолкнувшего уже, обессилевшего ребенка, а потом удар кинжала закончил его мучения. В последний миг Медея подумала о Евгении, и улыбка медленно исчезла с ее лица.

27
В эту ночь Женя долго не мог заснуть. Ему не давали покоя слова Макса, и то, что Медея, похоже, ничего и не собиралась отрицать. Возмутилась только, когда он сказал… Сама виновата! В этих размышлениях Евгений успокоения не находил. Ему все равно было тревожно. Последняя мысль перед тем, как он забылся сном, была: «Неужели я все-таки ревную ее?» В это поверить было трудно.
Дальше – сон, приносящий спокойствие и забвение. Евгению снился лес: тенистая листва, солнечные прогалины, тропинки, мягкая, шелковистая трава. Он шел по этим тропинкам, один, стремясь к какой-то цели, которую он знал лишь подсознательно. Он оглядывал лес и почти без удивления находил только ему одному известные признаки. Вот береза, разбитая молнией. Вот там – две сросшиеся сосны. Шагов через сто будет два обгоревших пня. Они стоят, как бы образуя ворота, через которые ему необходимо пройти. А от пней по тропинке – на поляну. Это была небольшая, совершенно круглая поляна, в центре которой росло одно-единственное дерево – береза. Женя знал, почему береза. Потому что она дает энергию. А еще он понял, что, как только ступит на эту поляну, сразу потеряет свободу и волю. Хоть и не знал, как это возможно.
Он все еще медлил, не зная, идти ли ему на поляну, как вдруг увидел там, рядом с березой, какого-то человека. Он стоял к Жене спиной, одетый в черный балахон, похожий на монашеское одеяние, в капюшоне. Евгений с любопытством смотрел на незнакомца, и этот любопытный взгляд, кажется, потревожил его. Он обернулся. На первый взгляд это был обычный человек. Только вот его глаза… они не были глазами человека. Это были глаза зверя, желто-зеленые, с вертикальными зрачками. Такие глаза могут быть у тигра. И у Сатаны. Последняя мысль так напугала Евгения, что он отшатнулся, отступил от поляны. Мужчина заговорил. У него был приятный, с хрипотцой, грудной баритон:
- Приходи. Я давно тебя жду. Приходи! – Последнее слово прозвучало, как приказ. Женя настолько был напуган словами и нечеловеческими глазами незнакомца, что задрожал, и тут же проснулся. Ночь была ясной, лунной. Женя думал о том, что его сон был уж чересчур реален. Запомнился во всех подробностях.
Такие сны зря не снятся. Но Евгений никак не мог понять, куда он должен прийти. И почему незнакомец его ждет. Женя не помнил, чтобы они где-то встречались. Сон оказался загадкой, которой, скорее всего, предстояло остаться неразгаданной.
Шло время. Дни летели, как быстрокрылые птицы. И каждую ночь во сне Евгений видел того странного человека с тигриными глазами. Он повторял, повторял одно и то же: «Приходи, я жду! Приходи в полнолунье! Один. Приходи!»
Женя так часто во сне проходил через лес до поляны, где ждал его странный мужчина, что если бы ему пришлось пройти этот путь наяву, он не испытывал бы затруднений.
Эти сны не давали Евгению покоя, звали. Толкали на действие. Однажды он стоял на остановке, ждал автобуса. Кто-то рядом с ним прошептал:
- Скоро полнолуние. Приходи на поляну, пора. Тебя будут ждать. Иди и ничего не бойся.
Евгений резко обернулся. Рядом с ним стоял красивый мужчина, он был довольно высок, лицо его, наряду с печатью угрюмости, несло на себе также и отпечаток силы воли. Он улыбался, улыбка его казалась светлой и безмятежной. Он не был уже молод, но в его черных, как смоль, волосах не было ни одного седого волоса. Он спокойно встретился взглядом с Евгением, словно давая понять, что знает его и хочет помочь. Добившись своего, он повернулся, чтобы уйти. Женя загородил ему дорогу:
- Послушайте, скажите мне…
- Все потом. А теперь тебя зовут, иди на зов. Прощай, то есть – до встречи.
Спокойно обошел Евгения и удалился. Это был отец Медеи, великий колдун Вячеслав. Евгений не знал об этом, он никогда не встречался с отцом Медеи, кроме раннего детства. Евгений был немного озадачен и шокирован тем, что этот человек каким-то образом знал, какой вопрос его мучает, и помог найти ответ. Что же, скоро действительно полнолуние, и нужно пойти в лес. Встретиться с тем, кто зовет его. Узнать, что ему нужно.
А Вячеслав, довольный произведенным впечатлением, поспешил вернуться домой. Там его ждал один из основателей секты сатанистов. В полнолуние красивый мужчина восточного типа обращался в золотого тигра. Ценой его сделки с дьяволом и подписанного кровью договора были его глаза. Желто-зеленые, с вертикальными глазами, как у тигра. Именно поэтому он всегда носил темные очки и снимал их только в присутствии посвященных. Он встретил Вячеслава вопросом, сопровождавшимся зевком:
- Ну, что?
- Он придет, я уверен в этом.
- Я благодарю тебя, жрец. Честно говоря, я уже устал звать этого мальчишку. Но… Приказ Сатаны есть приказ Сатаны. – Его желтые глаза блеснули. Именно он должен объяснить Евгению, что его крест, судьба и призвание – быть оборотнем. Солнечным барсом.
- Я рад был помочь тебе, Виктор.
Евгений был уверен, что ему придется идти на зов. Значит, он придет.

28
Приближалось полнолуние. И с каждым днем Евгений все сильнее чувствовал, что ему обязательно нужно туда, где его ждет тот мужчина… «человек-тигр», как его окрестил Евгений по-своему. Время приближалось. В один из солнечных, ясных дней Евгений предложил Данилу:
- Поехали в лес!
Шла уже вторая половина дня, и Данил вполне законно удивился:
- Ты что, серьезно? Поздно уже для такой прогулки.
- Ну, если ты не хочешь, – можешь не ехать. Я поеду обязательно. Меня, кажется, ждут.
- Кажется, или ждут?
- Ждут. Ну, решай быстрее, ты со мной или нет?
День был солнечный, делать было нечего, оставлять друга одного не хотелось. Поэтому Данил сказал:
- Я еду с тобой. – И вопрос был решен. Они долго ехали на электричке. Женя знал, на какой станции нужно выйти, хоть и не знал названия станции. Не знал, даже примерно, на каком расстоянии она от города. Он узнал станцию по приметам, и мог бы поклясться чем угодно, что не ошибся. Они вошли в лес и долго шли тропинками, а Данил мог только удивляться, наблюдая за другом. Откуда тот знает дорогу? на этот вопрос Женя ответил, пожав плечами:
- А черт его знает. Есть особые приметы. Это инстинкт, наверное.
На самом деле ему просто не хотелось говорить, что так уверенно он идет потому, что видел эту дорогу во сне каждую ночь. Трудно было бы не запомнить. Вот уже и поляна скоро. Стемнело. В просвет между деревьями видно, что уже зажглись звезды. Данил спросил:
- А мы правильно идем? Не лучше ли вернуться?
- Нет. Мне нужно идти туда. Если хочешь, – возвращайся.
Данил не собирался возвращаться домой один, поэтому замолчал и шел следом за Евгением. Вот и поляна. Та же береза. И здесь – человек с глазами тигра.
- А, ты пришел. Молодец. Я долго тебя ждал.
Он умолк, увидев за спиной Евгения Данила. Тот взглянул на «человека-тигра» и спросил изумленно:
- Женька, кто это такой?
Евгений не успел ответить. Голос встретившего их человека был подобен грому и дрожал от гнева:
- Я приказывал тебе приходить одному! Ты ослушался моего приказа! За это ты будешь наказан. Ты, и тот, кто пришел с тобой!
Он воздел руки вверх, выкрикнул что-то, и началась гроза. Голубое, ясное небо почернело от туч. Громыхнул гром, словно отдаленный смех Сатаны. И туда, где стояли Женя с Данилом, ударила молния. Данил рванул Женю на себя, тот отлетел и ударился обо что-то. А потом потерял сознание.
Очнулся Евгений в больнице. Ему сказали, что у него легкое сотрясение мозга, и он счастливо избежал худшей участи. Ему не сказали, что молния выполнила свое предназначение, и его друга уже ничто не могло спасти. Наши их благодаря оборотню Виктору, который не мог оставить молодого оборотня без помощи, но не хотел помогать ему лично. Евгений принял все спокойно. Он помнил удар и боль, но последнюю – как-то смутно. Он даже не был уверен, была боль, или ему показалось.
Медея узнала о случившейся трагедии от оборотня Виктора. Он успокоил ее, заверив, что ничего особо страшного с Евгением не случилось, все в порядке. Потом, уже к вечеру, Медее позвонил Шура и сообщил, что у Евгения – легкое сотрясение мозга. А вот Данил погиб. Евгению еще не говорили об этом, хотят, чтобы сначала Евгений пришел в себя. Его жалеют.
Медея выслушала новости, и они ее не порадовали. Как можно жалеть оборотня, находящегося под величайшим покровительством самого Сатаны? Это глупо и совершенно не нужно. Пора уже Евгению узнать свою судьбу. Тем более что из-за него погиб Данил. О гибели Данила Медея жалела не особенно. Она с ним еще обязательно встретится. В аду. А теперь нужно навестить в больнице Евгения и открыть ему глаза на все происходящее.

(продолжение следует)