Диета Палео наиболее любима   среди профессиональных спортсменов, известных  моделей, а также  чуть ли не у всех звезд современного  Голливуда. 

Секрет ее популярности достаточно  прост – рацион Палео позволяет наедаться  досыта, и ненавязчиво «вынуждает»  контролировать употребляемые продукты,  не требуя подсчета калорий. 

Правила диеты Палео

Существует одно главное  правило данной  диеты – употребляем лишь те продукты, которые мог съесть человек каменной эпохи.  Собственно, название самой диеты, так и переводится, -  «рацион каменной эпохи». 

Сторонники диеты Палео уверены, что обмен веществ мало чем изменился с древних времен, и зачастую,  наш организм просто  не усваивает блюда из круп, пшеницы и  молочной продукции.  Ну а касательно консервов и полуфабрикатов, то мы буквально «отравляем» собственный  организм, обязывая печень заниматься расщеплением жиров и выводом многочисленных  «Е-добавок». 

Питание натуральными продуктами поможет Вам понизить  аппетит, и Вы естественным путем прекратите  переедать и непрерывно  перекусывать, в итоге - употребление калорий значительно уменьшится, а с ним и  вес. Уже с первых дней соблюдения рациона Палео Вы почувствуете бодрость, которую следует  «потратить» на физические  занятия. 

Далеко не секрет, что наши предки не пекли булочки, не варили  каши, не пили по утрам кофе и уж наверняка  не знали никаких десертов, кроме ягод и фруктов. 
Так что с большей частью пищевых привычек Вам придется надолго распрощаться.

Рацион диеты Палео >>

В год 25-летия своего самого успешного романа «Алхимик» главный маг литературы вернулся, чтобы вдохновить читателей новой книгой – «Манускрипт, найденный в Акко». Новый роман мэтра это синтез всего жизненного опыта писателя, путешественника и любящего мужа, представленный в классической для литературы форме диалога. Диалога самой Мудрости с тем, кто хочет познать истину. Каждый читатель «Манускрипта» становится участником этой беседы… Книга выходит в издательстве «АСТ».

— Иные говорят: «Я не способен внушить людям любовь к себе». Но ведь в любви безответной всегда таится надежда на то, что когда-нибудь она будет принята.

А иные пишут в своих дневниках: «Мой гений не признан, мой талант не оценен, мои мечты не встречают уважения». Но и для таких остается надежда, что после длительной и тяжкой борьбы все переменится.

А еще иные обивают пороги, стучатся во все двери, объясняя: «Я остался без работы». И ведь знают, что если вооружатся терпением, двери перед ними откроются.

Но есть и те, кто каждое утро просыпается со стесненным сердцем. И они не ищут любви, признания, работы.

Они твердят себе: «Я — никчемен. И живу, потому что должен выживать, но никому, никому в целом свете нет до меня никакого дела».

В окошко светит солнце, они окружены семьей, и им приходится натягивать личину радости, потому что в глазах других они получили все, чего хотели. Но сами убеждены, что все могут обойтись без них. Либо потому, что еще слишком молоды и видят, что у старших — свои заботы, либо потому, что уже состарились и полагают, что молодые пропустят их слова мимо ушей.

Поэт выводит несколько строк и тотчас рвет написанное, восклицая: «Это никому не нужно! Работник день за днем делает одно и то же.

Он уверен, что если его уволят, никто даже не заметит его исчезновения.

Девушка шьет себе платье, вкладывая огромный труд в самомалейшую мелочь, а когда приходит на праздник, будто читает в глазах других людей: ты не лучше и не хуже любой другой девушки на свете, а твое платье — одно из миллионов платьев, и во всем мире в эту минуту происходят подобные празднества, — и в роскошных дворцах, и в бедных деревушках, где все друг друга знают и не стесняются вслух оценивать наряды всех гостей.

Все и всех, — а вот мой наряд остался незамеченным, думает девушка. Мое платье не красиво и не уродливо, просто еще одно платье, и все.

И напрасно она старалась.

Молодые сознают, что мир полон проблем, и рвутся решать их, но никого не интересует их мнение. «Вы еще не знаете, как оно на самом деле, — слышат они. — Слушайте старших и тогда поймете, как поступать».

А старшие обрели опыт и зрелость, прошли суровую школу житейских невзгод, но когда приходит время учить, обнаруживается, что их опыт никому не нужен. «Мир стал иным, — слышат они. — Надо идти в ногу со временем и прислушиваться к мнению молодых».

Без снисхождения к преклонным летам, без зова и спроса приходит и начинает разъедать душу чувство своей бесполезности. «Ты никому не интересен, — твердит оно. — ты — никто, мир не нуждается в твоем пребывании здесь».

В отчаянной попытке придать жизни смысл, многие обращаются к вере, потому что борьба во имя ее все оправдывает и способна преобразовать мир. «Мы трудимся для Бога», — говорят они себе.

И превращаются в святош. А потом — в миссионеров. И наконец — в фанатиков.

И не понимают, что религия существует не для того, чтобы подавлять и обращать, а чтобы сообща молиться и дивиться чуду. А величайшее проявление сотворенного Богом чуда — это жизнь.

Нынче ночью я восплачу по тебе, Иерусалим, ибо такое понимание Божественного Единства вот-вот покинет тебя на целую тысячу лет.

Спросите цветок полевой: «Скажи, ты чувствуешь себя ненужным? Ведь ты не делаешь ничего, лишь из года в год распускаешь одни и те же бутоны».

И он ответит: «Я — красив, а красота сама по себе дает право на существование».

Спросите реку: «Скажи, ты ощущаешь свою никчемность? Ведь ты лишь течешь, и всегда в одном направлении».

И она ответит: «Я и не стараюсь быть полезной, я просто река».

В глазах Господа нет на этом свете ничего бесполезного. Ни листок, сорвавшийся с ветки, ни волосок, упавший с головы, ни комар, что досаждал человеку и был им прихлопнут. У всего на свете есть право на жизнь.

И у тебя, задавшего мне этот вопрос, — тоже.

«Я бесполезен» — вот ответ, который ты дал себе самому.

И скоро эти слова отравят тебя и сведут в могилу еще при жизни — хоть ты будешь ходить, есть, спать и делать все, чтобы развлечься.

Не старайся быть полезным. Попытайся быть самим собой — этого достаточно, и одно отличается от другого как небо от земли.

Не обгоняй движения собственной души и не отставай от них. Ибо некому, кроме нее, на каждом шагу объяснять тебе, какую пользу ты можешь принести. Порой — участием в крупной битве, меняющей ход истории. А порой — лишь приветливой улыбкой, посланной случайному прохожему.

Бывает так, что ты, сам того не зная, спас жизнь человеку, который тоже решил, что бесполезен и никчемен, но в миг, когда он был уже готов оборвать цепь своего бытия, твоя улыбка вернула ему надежду и веру в себя.

Даже если взглянешь на свою жизнь очень пристально и припомнишь каждую из тех минут, когда страдал, изнемогал или улыбался под солнцем, все равно не сумеешь со всей определенностью сказать, когда ты был полезен другим.

Жизнь никогда не бывает бесполезна. У каждой души, спустившейся на Землю, есть основание здесь пребывать.

Люди, которые по-настоящему творят добро, не пытаются быть полезными, а просто хотят, чтобы их жизнь была полна и насыщенна. Они редко дают советы — и при этом сами служат живым примером для других.

И стремиться надо именно к этому: проживать свою жизнь так, как всегда хотел. Не порицать других. Сосредоточиться на том, о чем мечтаешь. Тебе, быть может, это покажется маловажным, но всевидящий Господь знает, что пример, который ты подаешь, помогает Ему улучшить мир. И каждый день Он будет ниспосылать тебе на это Свое благословение.

А когда придет Незваная Гостья, ты услышишь от нее: — Справедливо ли спрашивать: «Отче, отче, почто Ты оставил меня?Но теперь, в последнюю секунду твоего земного бытия скажу тебе, что я здесь увидела: а увидела я прибранный дом, накрытый стол, вспаханное поле, радостные цветы. Все на своем месте, все так, как должно быть. Ты понял, что без малых дел не бывает великих свершений.

И потому я перенесу тебя прямо в Рай.

И выступив из толпы, швея по име%
ни Альмира, сказала:
— Я могла бы уехать отсюда еще
до прихода крестоносцев и сейчас
жила бы себе в Египте. Но меня 
всегда страшили перемены.

И пусть даже он несовершенен, пусть мы недовольны им, по крайней мере, он не сулит загадок и неожиданностей. И мы не совершим неверный шаг.

Если же будет необходимо, мы согласимся на небольшие перемены ради того, чтобы все и дальше так продолжалось.

Мы видим горы — они всегда остаются на своих местах. Мы видим, что если пересадить взрослые деревья, они не приживаются на новом месте.

И говорим тогда: «Хочу быть подобен горе и дереву. Хочу прочности и уважения».

Но порой просыпаемся посреди ночи с мыслью: «Я хочу быть как птица, хочу полететь в Дамаск и Багдад и возвратиться, когда пожелаю».

Или: «Как хорошо быть ветром, который неизвестно откуда берется, неведомо куда девается и меняет направление, никому ничего не объясняя».

Но наутро вспоминаем, что птицам приходится остерегаться охотников и своих же хищных собратьев. И что ветер порой оказывается заключен в смерче и тогда лишь разрушает все на своем пути.

Отрадно представлять себе, что где-то есть простор, куда однажды можно вырваться, что мы и сделаем когда-нибудь непременно. Подобные мечты греют душу: мы знаем, что в силах сделать больше, чем сделали.

Мечты сами по себе не опасны. Опасность возникает при попытке воплотить их в жизнь.

Но настанет день, и Судьба остановится у нашей двери. Раздастся осторожный стук Ангела Удачи или по-крысиному станет скрестись в нее Незваная Гостья. И оба скажут: «Меняйся». Не через неделю, не через месяц, не через год. Оба скажут: «Пора! Мы покорно внимаем Незваной Гостье. И меняемся из страха перед ней: меняем родину, привычки, еду, обувь, поведение. Мы не можем уговорить Незваную Гостью, упросить ее оставить все как было. Она не поддерживает беседу.

А вот Ангела Удачи мы, хоть и слушаем, непременно вопрошаем: «Куда ты ведешь меня? И слышим в ответ: «К новой жизни».

Тут мы вспоминаем: но ведь у нас множество забот, но мы сумеем справиться с ними, сколько бы времени на это не ушло. Мы должны служить примером нашим родителям, нашим наставникам и нашим детям и не сворачивать с верного пути.

Наши ближние ожидают, что, глядя на нас, смогут усвоить себе добродетель постоянства, постичь, как противостоять бедам и напастям, как преодолевать препоны.

И мы испытываем гордость за себя. И с достоинством принимаем похвалы за то, что переменам предпочли неуклонное движение стезей, которую даровала судьба.

Это ошибка.

Ибо верный путь — это путь природы, и он изменчив, как барханы в пустыне.

Обманываются те, кто думает, будто горы — всегда неизменны: горы рождаются из землетрясений, их шлифуют ветра и ливни, и каждый день они— иные, просто наш глаз не в силах это заметить.

Горы меняются и радуются этому, говорят друг другу: «Как хорошо, что мы не те, какими были».

Обманываются и те, кто думает, что не меняются деревья. Меняются — они принимают наготу зимы и наряд лета. И постоянно распространяются за пределы того места, где растут, ибо птицы и ветер разносят их семена.

И деревья радуются, и говорят детям своим, молодой поросли: «Я думало, что одно на свете, а сейчас вижу, как нас много».

Природа говорит нам: «Меняйтесь!».

И те, кто не боится Ангела Удачи, понимают, что надо идти вперед, невзирая на страх. Вопреки сомнениям. Наперекор угрозам.

Они бросают вызов своим ценностям и предубеждениям. Слышат советы любящих, которые говорят: «Не делай этого, у тебя есть уже все что нужно — любовь родителей, нежность жены и детей, работа, которую так непросто получить.

Не рискуй — ты можешь оказаться чужаком в неведомом краю».

Но все же они решаются, они рискуют — и делают первый шаг: иногда из любопытства, иногда — движимые тщеславием, а чаще всего — неутолимой жаждой новизны.

С каждым поворотом дороги страх гнетет все сильнее. И вместе с тем, к собственному изумлению, они понимают, что сил прибыло, и оттого безудержней делается их радость.

Радость. Это благословение Всемогущего Господа. Если есть радость — значит, мы на верном пути.

И страх мало-помалу отступает, не заполучив нас безраздельно.

Но один вопрос томит на первых порах неотступно: «Не пострадают ли ближние от моего желания перемен?Но ведь любящий хочет, чтобы любимый был счастлив. И если поначалу он тревожился за него, то уже очень скоро тревога уступает место гордости, ведь близкий человек делает что хочет, идет туда, куда влечет его мечта.

Двигаясь все дальше, идущий ощущает оставленность и беспомощность.

Но видит, что рядом, на том же пути, от этого страдают и другие странники. И поговорив с ними, убеждается, что он не одинок, а случайные попутчики становятся спутниками, и сообща они принимают решения, которых требуют новые препоны. И все с удивлением обнаруживают, что они мудрее и живее, нежели казались себе прежде.

Но в те минуты, когда раскаянье или страдание прокрадываются под полог их шатров, отгоняя сон, путники говорят себе: «Завтра — только завтра — я сделаю еще один шаг вперед. И я ведь всегда могу вернуться: дорогу-то я знаю. Так что один-единственный шаг ничего не изменит».

И так — день за днем, до тех пор пока однажды путь перестает испытывать путника и делается к нему благосклонен. И еще недавно смятенный дух его ныне радуется красотам и вызовам новых мест.

И каждый шаг его теперь осмыслен и осознан.

И он радуется теперь не былой уютной надежности, а своей новообретенной готовности отвечать на все новые вызовы.

Путник продолжает странствие. И жалуется теперь не на уныние и скуку, а на усталость. Но когда приходит такая минута, он отдыхает, тешит взор красотой того, что вокруг, и следует своим путем.

И вместо того чтобы всю жизнь разрушать пути, по которым побоялся пройти, он приучается любить путь, которым теперь следует.

Пусть даже конечная цель кроется во мраке.

Пусть даже в какую-то минуту он принял неверное решение. Господь при виде его отваги дарует силы исправить ошибку.

И теперь душу его томит не то, что с ним теперь происходит, но страх, что он не будет знать, как поступить. Однажды решившись следовать своим путем, он лишается выбора, он обнаруживает непреклонную волю, и события подлаживаются к его решениям.

«Трудность»— так называется старинное орудие, созданное для того лишь, чтобы помочь нам определиться, кто же мы такие.

Религия учит, что только верой и преображением можно приблизиться к Богу.

Вера говорит, что мы ни на миг не останемся в одиноком забвении.

Преображение заставляет нас полюбить тайну.

А когда все словно тонет во мраке, когда мы чувствуем, что беззащитны и бесприютны, мы не станем оглядываться назад, боясь увидеть, как сильно преобразились наши души. Мы будем смотреть вперед.

Мы без страха смотрим в завтрашний день, ибо знаем: есть Тот, Кто позаботится о нас.

И Он пребудет с нами всегда.

Он защитит нас от бед.

И даст силы достойно их пережить.

И мы пройдем дальше, чем думали. Отыщем место, где рождается утренняя звезда. И удивимся, что добраться туда оказалось проще, чем мы себе представляли.

Незваная Гостья приходит и за теми, кто меняется, и за теми, кто — нет. Но первые, по крайней мере, могут сказать: «Жизнь моя была полна, и благодать я не расточил впустую».

Ну, а тем, кто считает, что приключения опасны, я говорю: вам остается рутина, она убивает гораздо быстрее, до срока.