Мысль уже замерзала, когда из-за снежной завесы появился человек в куртке. Он отдал эту куртку Мысли, сказав: «Я все равно иду туда» - и неопределенно махнув рукой вверх, в сторону смутно светящихся окон. Куртка оказалась Мысли велика, почти как плащ. Но зато она была теплая, а снег не причинял маленькой Мысли никакого вреда. И Мысль решила прогуляться чуть-чуть. Чтобы не забыть, где ее дом, она взяла палочку и написала на снегу около парадного: «Мой дом» и поставила большой восклицательный знак.
Она бродила по улицам, рассматривала дома и прохожих, она ловила снег ладошками, она беззаботно кувыркалась в больших пушистых сугробах и каталась на льду замерзших луж.
Она устала. Было темно, но фонари не давали страху незаметно подобраться к Мысли, и он, сам напуганный их светом таился в углах, за деревьями. А Мысль шла туда, где – помнится – был ее дом. Но надписи она не нашла и большого восклицательного знака тоже. И она догадалась, что ее знак замело снегом.