Письма президенту

Г-н президент, вы этого хотели? Конечно, нет. Виноваты ли вы? Безусловно, да. Упадет ли ваш рейтинг? Вероятно, даже поднимется. Вы появитесь на телеэкранах — строгое лицо, суровый голос. Скажете: “Чудовищное преступление!.. Ни ума, ни совести!..” И людям захочется сплотиться вокруг вас, прижаться (хотя бы к телевизору) — а куда денешься? всё равно другой защиты нету.

В вагоне метро человек — один (он стиснут толпой, но это не защитники, а такие же жертвы, если что случится). А дома у телевизора человек — с вами (видит, как вы всё делаете для его безопасности, как отдаёте приказы спецслужбам)…  

Пока взрывают и стреляют на Кавказе, можно, конечно, считать, будто это их внутренние разборки. Но когда недавно рванули “Невский экспресс” — между двух русских столиц! — это был очень громкий сигнал: террор не побеждён и даже не заперт на Кавказе. Однако даже на случайный пожар в пермском клубе вы отреагировали резче, чем на спланированный подрыв главной железной дороги.  

…Несправедливо было бы утверждать, будто вы один виноваты. Без слова “тандем” тут не обойдешься. Так что это письмо — к вам обоим.  

Виноваты ли вы оба? Безусловно, да. Такие у вас спецслужбы, такая милиция. (Понятно, что это наши спецслужбы, наша милиция, но руководителей назначаете вы, и подчиняются они вам.)  

Число милиционеров в московском метро постоянно росло. Когда-то и одного трудно было найти, а теперь ходят вчетвером, а то и впятером. Но вы (тандем) никогда не ездите в метро и, значит, никогда не видели их лиц. Они вызывают жалость, опасение, недоумение (маленькие, тощие, из одного гаишника можно трех таких сделать); они так странно держатся, будто впервые попали в большой город; где они росли? кто их учил и чему? Они останавливают плохо одетых людей с нерусскими лицами, но похоже, что они ищут не шахида, а сто рублей. А если снять с этих милиционеров форму и кобуру, надеть на них что-нибудь невзрачное, то ведь их самих немедленно остановят по тем же приметам.  

Ваш тандем уже 10 лет известен тем, что всё решает силой. А что такое сила? Число бессильных это не сила, согласны? (Хотя смотря для чего. Для разгона хилых митингов — ещё годятся, для ловли террористов — нет.)

* * *

Ваша политика силы очень опасна для нас, граждан. Хотя бы просто потому, что каждого из вас двоих защищает минимум тысяча лучших бойцов, а на каждого из нас приходится одна сотая часть замухрышки. Вы в миллион раз лучше защищены, чем простой человек. Это слишком большая разница; она не даёт вам возможности понять, как живут там, внизу.  

Вы назначаете президентов на Кавказ, они вам рапортуют и клянутся в верности, всё это показывают по телевизору, и возникает иллюзия, будто всё в порядке. Хотя иногда в Москву приезжают вооруженные группы с Кавказа и прямо на улице расстреливают своих знаменитых врагов. И тогда у жителей Кавказа, вероятно, возникает уверенность, что в Москве можно воевать. Если можно убивать депутатов и генералов, то…  

Внизу жизнь иная. Внизу, на Кавказе, бедняки пошли в лес собирать черемшу, попали под бомбёжку и погибли. Нам сказали: по ошибке. Нам сказали, что с воздуха их приняли за боевиков и долбанули.  

А потом нашли тела. А на телах раны от ножей. Таких ран осколки ракет, снарядов и мин не оставляют. А ножом с вертолёта не зарежешь.  

Попробуйте объяснить кому-нибудь на Кавказе, почему “бомбить” нищих сборщиков черемши — можно, а в московском метро взрывать бедных работяг — нельзя.
Вы применяете силу тем бездумнее, что ответные действия вас с гарантией не коснутся.

* * *

Эта беда, вероятно, вернёт нас всех к реальности. А то провал на Олимпиаде стал казаться самым большим горем, национальным горем (только траур не объявляли). Заодно стало казаться, будто (после 20 лет кремлёвских усилий) наконец найдена наша национальная идея: СОЧИ.  

Теперь провал спецслужб должен всех отрезвить. И хорошо бы эта трезвость наступила поскорее. Ибо вполне возможно, что это не конец и что всё могло быть гораздо хуже.  

Взрывов два, синхронно: утро, столица, метро. Никак не спишешь на случайных безумцев, да никто и не пытался списать. По словам одного из руководителей спецслужб, это “хорошо спланированная террористическая атака”.

Объяснение важное. Мол, если бы террористы плохо спланировали, — ну, тогда мы бы предотвратили. А если хорошо — ну, тогда ничего не поделаешь.
Если атака спланирована “хорошо”, тогда неизбежен вопрос: зачем они решили минимизировать жертвы?  

Это не может быть случайностью, что оба взрыва произошли на станциях, а не в тоннеле. Ведь смертницам всё равно, где умирать; их жизнь им не дорога и уже не нужна. Тогда почему не в тоннеле? На полном ходу скорее всего вагоны бы сошли с рельсов (два-три килограмма в тротиловом эквиваленте). Вагоны покорёжены, двери закрыты, жертв могло быть в сотни раз больше. А сколько погибло бы раненых и не раненых — ведь эвакуация превратилась бы в почти невыполнимую задачу. Все задохнулись бы в дыму и огне. И чинили бы месяц, выковыривая вагоны по кускам.  

Но оба взрыва произошли в момент остановки, в момент открывания дверей. Чем это объяснить — не знаю. Но что это не случайность — совершенно ясно. И те, кто “хорошо планировал”, безусловно, всё это понимали. (То, что один из взрывов они устроили на “Лубянке”, — дополнительный привет ФСБ.)

* * *

Телевизор обязательно много раз покажет, как вы и премьер стискиваете зубы, катаете желваки на скулах — ваши чувства, ваш благородный гнев понятны, но…
Извините за субъективный и, возможно, несправедливый взгляд, но, похоже, что вы (оба) кажетесь себе молодцами — умными, опытными, лучшими. (А как иначе? Ведь если вы не лучшие, то должны были бы, движимые благородством, ради Родины уступить руководство тем, кто более достоин.) Вы — молодцы, а все неудачи — оттого, что ваши указания кто-то не выполнил. Вы же приказали замочить коррупцию, а она цветёт. Значит, какие-то черти не выполнили; ни ума ни совести. Вы приказали замочить террористов, а они вот — в московском метро. Просто потому, что кто-то не выполнил ваш приказ.  

…Вам сейчас, может быть, не до телевидения, но не беспокойтесь: оно в порядке, работает. Всё утро шли обычные кулинарные программы. А вот когда террористы в Нью-Йорке атаковали небоскрёбы ВТЦ, наши телеканалы, отменив все передачи, несколько часов в прямом эфире гнали репортаж с места трагедии и включали студии, где, опять-таки в прямом эфире, лучшие политические аналитики комментировали и старались объяснить происходящее.  

Да, по масштабу наша вчерашняя террористическая атака меньше, чем тогдашняя американская. Но она — наша. И, возможно, надо было показывать её сразу (хотя бы для того, чтобы все, кто может, остались бы дома, а кто не может — не совались бы в метро, усугубляя давку).  

Теперь надо бы, может быть, сделать две вещи. Надолго перестать показывать по нашим телеканалам “документальные фильмы” о том, что это “власти США сами организовали террористическую атаку самолетов на башни-близнецы”. Так, во избежание ненужных ассоциаций.  

А ещё, пожалуйста, прикажите вашим пропагандистам, чтобы прекратили говорить “лихие девяностые”. Помнится, кризис быстро отучил ваш тандем называть Россию “островком стабильности”. Теперь, когда у нас есть “Норд-Ост”, Беслан, взорванные самолеты и невские экспрессы, метро и бесчисленные майоры евсюковы, — выражение “лихие девяностые” звучит слишком глупо.