Разумеется, взрослые россияне, которые уже в достаточной степени изучили глубины родного языка, смогут мысленно вставить в нужные места подходящие по смыслу выражения.

Однако многие из них, вероятнее всего, почувствуют определенное раздражение. С момента окончания советского эксперимента с его масштабными культурными притязаниями это стало первым случаем, когда российское правительство насаждает правила, которые заставляют взрослых людей чувствовать себя восприимчивыми и легко внушаемыми детьми.

И новые нормы в отношении чистоты языка, которые вступили в силу 1 января, могут оказаться всего лишь тонким острием мощного клина. В четверг, 22 января, министерство культуры объявило о том, что новые правила позволяют ему изменить дату выхода в российский прокат любого фильма: на практике это значит, что оно сможет отложить дату выхода на экраны любого голливудского блокбастера, если он способен затмить собой российский фильм, который министерство сочтет более значимым и важным.

«Такие манипуляции рынком негативно скажутся на независимых дистрибьюторах и лишь подстегнут коррупцию и взяточничество, — говорит Сэм Клебанов, независимый кинодистрибьютор и продюсер. — Они ведут эту войну с Голливудом, но на самом деле Голливуд от этого не пострадает. Новые нормы нанесут удар по российской киноиндустрии, переживающей трудные времена, и сократит выбор российских зрителей».

В последние несколько недель в министерстве культуры, которое предоставляет львиную долю финансирования большинству независимых российских кинопроектов, разгорелись ожесточенные споры о том, каким образом можно использовать его влияние для придания формы конечному продукту киноиндустрии. Министр культуры Владимир Мединский публично выступил в поддержку «политических и идеологических» приоритетов в кинопроизводстве, добавив при этом, что «пусть расцветают все цветы, но не каждый цветок государство будет поливать».

На этой неделе после горячих дискуссий министерство приняло решение на время отложить новые правила, согласно которым оно может отказать в выдаче лицензии любому фильму, содержащему «материалы, информацию, сведения, порочащие национальную культуру, создающие угрозу национальному единству».

Но, по словам источников, хорошо знакомых с ситуацией, эта маленькая победа практически ничего не значит на фоне набирающей обороты консервативной кампании, лидеры которой стремятся превратить молодую российскую киноиндустрию в еще один инструмент государственной пропаганды. Хотя Кремль назвал процветание российского кинематографа важной задачей, споры вокруг его содержания угрожают задушить киноиндустрию как раз в тот момент, когда она начинает получать международное признание.

«Мы снимаем много фильмов в России, но лишь немногие из них окупаются. Нужна поддержка государства, и до недавнего времени ее предоставляли без каких-либо серьезных условий и ограничений, — говорит г-н Клебанов. — Теперь кино стало субъектом политической и идеологической борьбы, а это ни к чему хорошему не приводит».

Многие фильмы, финансируемые министерством культуры, следуют консервативным требованиям, предлагая идеализированную картину прошлого России. К их числу можно, к примеру, отнести фильм «Василиса Кожина» 2012 года, роскошную историю о любви и трагедии, разворачивающуюся на фоне вторжения Наполеона в Россию. Он обошелся создателям в 7 миллионов долларов, однако фильм провалился в прокате, собрав всего 300 тысяч долларов. Некоторым фильмам, таким как блокбастер «Сталинград» 2013 года, удается обойтись средствами исключительно из частных источников, но они нередко вызывают гнев консервативных критиков.

По иронии, «Левиафану», мрачной истории о коррупции и социальной несправедливости, разворачивающейся на российском севере, удалось увидеть свет благодаря средствам, выделенным министерством культуры. Несмотря на международный успех фильма, у себя на родине он вызвал бурю консервативного негодования, что может обернуться отсутствием поддержки подобных фильмов в будущем.

На прошлой неделе в своем интервью проправительственному изданию «Известия» г-н Мединский сказал, что он жалеет о том, что государство профинансировало «Левиафана».

«Фильмы, которые наполнены духом безысходности и бессмысленности нашего существования, не должны за счет налогоплательщиков финансироваться», — сказал он. Больше всего его возмутило то, что в «Левиафане» российские чиновники изображены в крайне негативном свете, как коррумпированные бюрократы, пекущиеся исключительно о собственных интересах. «Я искренне признаю талант и являюсь поклонником многих деятелей оппозиционной культуры, но это не означает, что мы будем финансировать их произведения, которые сильно неэтично критикуют выбор избирателей».

По мнению российских консерваторов, вполне разумно, что правительство стремится финансировать только те фильмы, которые продвигают национальные ценности и положительный образ России. В мире, где практически все перестали уважать Россию, разве должно правительство еще и оплачивать это?

Некоторые консерваторы даже настаивают на принятии законов, позволяющих блокировать «антироссийский» контент. «Роль государства — защищать граждан от любых произведений сомнительного искусства, — считает Виталий Милонов, депутат из Санкт-Петербурга и автор закона о запрете ЛГБТ-пропаганды. — Свобода художественного выражения не так важна, как нравственное здоровье общества».

Между тем, Даниил Дондурей, ведущий кинокритик и редактор журнала «Искусство кино», считает, что такой подход угрожает уничтожить независимый кинематограф в России.

«Возможно, сейчас не самый подходящий момент для введения правила “национального единства”, но эта идея еще живет, — говорит он. — Существует множество способов повлиять на кинематографиста. Прямое финансирование — это один из способов, но продюсеру также приходится заботиться о своем политическом статусе, если он хочет иметь доступ к государственным ресурсам и площадкам. Мало-помалу ситуация меняется. Сейчас мы наблюдаем за тем, как внедряется масштабная система рычагов и противовесов».

Источник