«Начинается наша новая поездка», - подумал я, когда сидел в кресле и смотрел на упакованный рюкзак и сумку. Мне казалось, что нас ожидает что-то новое, неизведанное и необычное в этой поездке. Так оно и случилось, но об этом чуть ниже. А сейчас, мы стоим на вокзале, общаемся с провожающими нас родственниками, друзьями и близкими людьми. Каждый, по-видимому, хочет насладиться последними мгновениями общения с близкими людьми, вдохнуть последнюю каплю свежего воздуха общения. Меня пришел провожать один знакомый – Паша. Мы проговорили с ним так долго, что я не услышал об отправлении поезда, а когда побежал к вагону, то выдвижную лестницу уже убрали, и мне бы пришлось бежать в другой вагон, но проводник была рядом и опустила лестницу. Я спешно залез, скорее, запрыгнул в вагон, и как только сел на свое место - вагон дернулся, заскрипел и поехал, медленно набирая скорость и унося нас в неизведанные просторы нашей страны.
Думали ли мы, что увидим столько необыкновенного и необычного? Думаю, что да. Было какое-то ожидание чудес где-то в глубине душе, но чудес не таких о которых кричат, как галки, люди «православные», а таких, которые возникают в сердце от встречи с природой, в общении с интересным человеком, от прогулки по историческим местам. Они и глубже, и сильнее всех этих псевдо-чудес от которых у людей появляется нездоровый блеск в глазах, да некоторая фанатичность. Не ходили ли фанатики за Христом?? Ходили. Они ходили за Ним не потому, что Он был «Путь и Истина, и Живот», а потому, что Он дал им «хлебы и насытились». А чудо встречи с человеком, с природой, с историческим местом открывает что-то новое в душе, расширяет мировоззрение и углубляет его, заостряет интуицию. Главное же, что происходит во время таких встреч – это встреча с Богом.
Поезд все дальше увозил нас от родного дома в страну далече. Паша дал мне в поездку большую просфору. Честно говоря, я был не в восторге от такого подарка т.к. мне не очень нравится кушать просфоры, да и культ, который воздвигли вокруг больших просфор мне тоже не по душе. Николай как-то тоже не особо хотел ее есть. Нужно было срочно избавляться от нее. Выкидывать не хорошо, а вот отдать или подарить кому-то это было бы в самый раз. Так получилось, что справа от нас, на боковом месте, ехала бабушка. По внешнему виду не трудно было догадаться о том, что она верующая. На ней была длинная черная юбка, светлая кофточка, платок в цветочек, а на столе лежал молитвослов, несколько иконок и стопочка акафистов(Думаю, что под такое описание может подойти добрая часть православных христиан.). Мы подумали, что просфору стоит отдать ей, и мы не ошиблись. Бабушка очень обрадовалась, поблагодарила нас и воздала хвалу Богу и св. Симеону Верхотурскому, который через нас одарил ее таким образом. Позже, она рассказала о себе. Оказалось, что она с Вологодской области, с Череповца. От радости встречи с нами, она оставила свой адрес и сказала, что, если не будет где ночевать в Череповце, то она может предоставить кров над головой и накормит нас(А что еще нужно бедному студенту Семинарии?!), да отдала нам свои последние четыреста рублей. Мы попытались отказаться, но она настояла на своем и еще раз вознесла хвалу Богу и св. Симеону за такую встречу.
Напротив нас сидели две женщины. Обе ехали до Санкт-Петербурга. Первая, которая лежала на верхней полке, совсем не разговаривала, хотя нет, разговаривала, но не с нами, а с вечным другом любителей поспать – Морфеем. А со второй женщиной, которая была родом из Санкт-Петербурга, нам удалось пообщаться. Она читала книгу о любовных похождениях Пушкина, а у меня в руках была небольшая книжечка Кафки, которую я купил незадолго до поездки. О литературе мы и заговорили сначала. К вере она была равнодушна, даже крестик не носила, но к храмам, монастырям относилась, как памятникам искусства и архитектуры. Рассказала про свои интересные поездки в храмы Греции, Кипра, Турции, Европы. Может быть, и у нас получиться съездить к этим храмам когда-нибудь.
День прошел за разговорами, да за трапезой. А что еще можно делать в поезде?! Мы и не заметили, как приблизились к Вологде. Вологда… Мысль об этом городе вызывала у меня ассоциации с деревенской Россией, с русскими мужиками, с гармошкой, народным костюмом и танцами и, конечно, с обилием храмов. И я не обманулся в своих ожиданиях, но об этом ниже. Приехали мы в Вологду достаточно поздно, в десятом часу и особых надежд, что мы доедем на каком-то транспорте до монастыря, не было. На вокзале было безлюдно. Кое-где проходили сотрудники вокзала, около остановки стояло несколько такси(Когда мы вышли с вокзала, то таксисты устремили свои зоркие взгляды прямо на нас и стали предлагать свои услуги. Честно говоря, когда приезжаешь на вокзал, то всегда видишь людей одного и того же пошиба: хитрый взгляд, желание заработать на приезжем, да скверный характер. Такие же были и таксисты, которые подобно грифам уставились на свою добычу), на перекрестке стояло несколько машин. Спустя 15 минут на остановку подъехал какой-то автобус. Оказалось, что автобус едет до Прилук, и мы сможем на нем добраться до монастыря. Автобус шел в парк и это был его последний круг. Мы залезли в автобус, в котором никого не было, и уселись на места с радостными лицами. «Мы в Вологде!», - в унисон проговорили мы.
«Вот она – Россия!», - подумал я, - « Вот, ты какая, родина моя!». На душе стало очень тепло и легко оттого, что мы приехали в те места, которые преизобилуют культурой, древностями, историей. Каждое дерево, каждый камушек, каждый клочочек земли – все, все здесь пропитано живой историей. И это не просто камнем лежащие музейные экспонаты, а изобильные фонтаны многовековой культуры нашей страны, нашей родины. В таком радостном, правда слегка уставшем от сумок и поездки в поезде, состоянии мы добрались до Прилук, до монастыря Спасо-Прилуцкого, где жил и подвизался преподобный Димитрий Прилуцкий, друг и собеседник преподобного Сергия Радонежского, светильника земли Русской. Мы сделали поворот на Прилуки и нам стали видны купола и стены Прилуцкого монастыря. Большие, восьмиугольные башни, окрашенные в темно-розовые цвета и белокаменные стены монастыря – вот первое, что привлекло мое внимание. Когда мы подъехали к железнодорожному переезду, то ансамбль монастыря предстал перед нашим взглядом. Центральным храм монастыря – Рождества Богородицы – белокаменный храм, с шлемовидными куполами серого цвета, которые особо привлекли меня своей простотой и аскетичностью, да с интересным позакамарным перекрытием. Рядом стоит звонница, слегка покосившаяся(Она напомнила мне Пизанскую башню, да звонницу в Пафнтуьево-Боровском монастыре), но не от времени, а так она была задумана архитекторами. Если собор построен в XVI веке, то звонницу построили полутора веками позже. Особенно обращала на себя внимание деревянная церковь XVI века с шатровым куполом, которую, как оказалось, перевезли из какого-то села в середине двадцатого века для того, чтобы сохранить как архитектурный памятник. Она выполнена очень красиво – деревянный шатер устремляется ввысь и увенчивается одной главкой с крестом, а сам шатер покрыт чем-то вроде черепицы, но сделанной из осины и, поэтому, когда смотришь издалека или когда на крышу падает солнце, то осина дает серебристый оттенок. Все это в сочетании с темным деревом, из которого построен храм, создает удивительное впечатление. Поражаешься мастерству людей, которые создавали из дерева такие памятники искусства, поражаешься той любви, тому желанию и творческой активности с которой народ принимался за строительство храма.
Мы дошли до ворот монастыря, долго стучались в ворота, но никто не открывал их. С огромным трудом дозвонились до гостиничного. Он отправил нас в странноприимный дом недалеко от монастыря. Мы пришли, записались, получили белье и бухнулись в кровать. Когда мы поближе познакомились с условиями проживания и теми, кто проживает в страннике, то немного удивились и расстроились. Условия были спартанские – мыться раз в неделю в бане, воды горячей нет, в комнате, под полом, проходит труба из кухни, но труба эта протекает, отчего в комнате стоит сильный запах тухлой воды. Население странника оставляло желать лучшего. Большая часть живущих в странноприимном доме – трудники и, конечно, большая часть трудников либо бывшие алкоголики, либо бывшие тюремщики. Лица у всех испорченные долгой неправильной жизнью. Это и понятно. А кто еще пойдет в монастырь трудиться и работать в наше время? Только те, которые не имеют крыши над головой и те, кого жизнь выбросила на окраину. Вот и прибиваются такие люди в монастыри, чтобы хоть как-то выжить.
Спали мы достаточно долго. Позавтракали в местной блинной, и пошли в монастырь. В стороне Вологды была большая грозовая туча, которая сильно поливала вологжан. Монастырь Спасо-Прилуцкий, в котором мы остановились, имеет многовековую историю. Основателем монастыря был преподобный Дмитрий Прилуцкий, который приплыл к тому месту, где река Вологда изгибается, делает луку(отсюда Прилуки), и основал здесь монастырь, который стал духовным центром находящимся близ Вологды. Дмитрий Прилуцкий был другом и собеседником преподобного Сергия Радонежского. Они часто встречались и беседовали на духовные темы. Св. Дмитрий почитался многими князьями и боярами. Сам Иоанн IV Грозный приезжал в монастырь и сделал в него обильный вклад. Монастырское кладбище стало усыпальницей многих известных боярских, дворянских родов, но, к сожалению, в советское оно было разграблено. Не тронули только могилу известного русского поэта К.Н. Батюшкова. На отпевании Батюшкова присутствовал сонм духовенства и несколько тысяч человек.
Монастырь мне очень понравился своей простотой и гармоничностью. Какая-то легкость присутствовала во всех постройках. Например, надвратный храм Вознесения Господня с надвратной(!) колокольней. Храм имеет одну главу, закомары расположены ступенькой, что придает ему особую красоту. Рядом же, вместо башенки, красуется шатровая колокольня. Вместе они похожи на лебедя, который парит или, лучше сказать, плывет над вратами храма. Трапезная церковь соединена с гульбищем центрального храма небольшим переходом, который выглядит покосившимся то ли от времени, то ли от выдумки архитектора. Сама монастырская территория навевает какую-то тишину, умиротворение в душу.
Отчетлив запомнился вкус воды из монастырского колодца-источника потому, что мы пили из деревянного ковша, который придавал воде особые оттенки вкуса. Удалось попариться в монастырской баньке. Температура в которой доходила до 100 градусов. Конечно, для меня это было суровым испытанием, но получилось его преодолеть как-то.
Состояние жителей поселка, или точнее, пригорода Прилуки оставляет желать лучшего. Можно сказать, что мы посмотрели на Россию изнутри. Не такую, какую нам показывают по телевизору, где ВВП и ДММ разъезжают на каретах и одаривают всех золотом, да обещаниями благополучия и роста страны. А мы увидели Россию такой, какая она есть на самом деле. Это Россия нищая, голодная, Россия, которая все пропила, забывшая своих детей и не желающая работать, трудиться. Десятки, а если не сотни алкоголиков бродят по улицам не только Прилук, но и Кириллова, Вологоды, Костромы, Ярославля(хотя в нем меньше видно так, как он приближается к мегаполису. В мелких городах все как на ладони), Иваново и пр. Поколение никому не нужных людей, которых во время перестройки государство выбросило на обочину жизни и оставило гнить в канаве. Они выращивают подобное поколение – попрошаек, воров, да бездельников или чуждых всему людей. Люди живут в исторических городах, живут, можно сказать, на бесценных сокровищах своей страны и совсем, совсем не интересуются этим, большая часть даже не знает, не понимает ценности этих вещей. Поразительно! В советский период народ был лишен многого, а в перестройку уничтожили все, что оставалось не уничтоженным. И сейчас сидит Россия у разбитого корыта, и все мечтает стать столбовою дворянкою. Грустно и печально смотреть на все это.
