время падает на пол, становится ближе, чем выстрел,
проникает осколком под тонкую, бледную кожу.
мы сжигаем страницы чужих недописанных истин,
мы немыслимо вечны, пусты и почти невозможны.

тлеет жёлтая лампа, цветы умирают беззвучно,
за спиною ноябрь рыжим шарфом укутает шею,
зябнут руки, и небо дыханьем седым и колючим
обжигает порезы, уколы, ушибы, гноенья.
всё проходит так медленно, даже немного лениво,
и на плитах могильных стираются фото и даты.
раз в году зажигаются свечи и в наших квартирах –
это память о душах, поспешно ушедших куда-то.
раз в году…. а потом забывается, вянет,
растворяется в хлопотах и повседневных заботах,
изменяется мода на жизнь, притупляется память,
и привычный эффект от людей – боль меж рёбер и рвота.

время падает на пол, становится ближе, чем выстрел
и тасует колоды, сминает, меняет ролями
мы немые молитвы чужих, обесцвеченных писем,
мы святые убийцы… сбежавшие от наказаний.

(с)