Его усы будоражили наше девичье сознание.
Они имели приятную густоту, богатый цвет, а ещё он частенько прятал в них свои улыбки.
Зайдёт бывалочи в класс, журнал на учительский стол бросит, даст тему, а сам сядет на стул и непринуждённо ножкой начинает покачивать. И пока мы трудимся в поте лица, он в такт своему покачиванию перекличку устраивает:
- Акимов, Алтынников, Антонова…
На девичьей остановится, зыркнет в класс, улыбку в усы, а сам снова в журнал. …
Нам по тринадцать, ему вдвое больше: художник, поэт, музыкант, дамский угодник, самый молодой в преподавательском составе – наш учитель черчения и ИЗО. Он мог уходить из класса на весь урок, а мог стоять у тебя за спиной и поправлять работу. Ему было с нами интересно? – это вряд ли…
Он всегда был независимым, самодостаточным, свободным…Художником.

Вот и на прошлой неделе, на своём 50-летии, среди картин, друзей и прочих приглашённых балагурил, пел, пил, целовал женщин, а женщины его.
И всё те же усы, и всё те же в них улыбочки…
Почти не изменился, только вот разница в возрасте, та что вдвое – значительно поубавилась…