Босоногая Дива с самого края света
Про певицу Сезарию Эвору, уроженку Островов Зеленого Мыса, можно сказать то же самое, что произнес некий ливерпулец, когда в конце прошлого года умер Джордж Харрисон: «Он поместил наш город на карту». Поверенный в делах Республики Кабо-Верде (так теперь официально называется государство, расположившееся на архипелаге Острова Зеленого Мыса в часе лета над Атлантикой от крайней западной
оконечности африканского континента) Эркулешду-Нашсименту Круш любит рассказывать, что, когда на каком-нибудь приеме он упоминает, откуда родом, собеседник, задумавшись на секунду-другую, обычно радостно восклицает: «А, Сезария?!»
Впервые я увидел ее в феврале 1994 года на концерте в Лиссабоне. На сцену вышла, не побоюсь этого слова, тетка-толстая, в простецком платье-балахоне. У нее была короткая стрижка, на руках болтались какие-то дешевые браслеты. Вдобавок ко всему она была босая. Тогда меня поразило очевидное несоответствие между ее почти ленивой, немного сонливой и, как мне показалось, не требующей почти никаких усилий манерой пения и бурной, просто сумасшедшей реакцией зала на каждый исполненный номер. Восторг публики «тетка» воспринимала как нечто должное, совершенно естественное.
Не для всех
Сезария Эвора родилась 27 августа 1941 года на самом краю цивилизованного мира - в портовом городке Минделу на острове Сан-Висенти, одном из небольших островов зеленомысского архипелага. До того как отправиться в середине 80-х годов в Европу, где она стала по-настоящему знаменитой, в сорок с лишним лет Сезария была никому не известной ресторанной певицей.
На Кабо-Верде существуют два основных песенно-исполнительских стиля: коладейра - довольно ритмичные песни, заслышав которые, трудно удержаться от того, чтобы не пуститься танцевать, и морна - протяжные, тягучие, исполненные ностальгии баллады. Именно они и принесли Сезарии славу. Морна по-португальски значит «мягкий», «теплый». Это определение в равной степени может относиться к воздуху, воде, прикосновнию, сердцу или душе. А на смеси африканских национальных языков и португальского, чуть приправленного еще и французским, так называемом креольском языке - криуло (на нем, кстати, на Кабо-Верде в основном и говорят) морна означает «слово». Первоначально это были стихи, главным образом посвященные расставанию с родным домом, прощанию с рыбаками, уходящими в море, тоске по родине. Все это вмещает в себя португальское слово saudade, видоизмененное в креольское sodade. Самое близкое к нему по смыслу русское слово - тоска.
Сезария впервые попала в Европу в 1985 году, когда приехала в Лиссабон по направлению Национальной женской ассоциации Кабо-Верде. Этому предшествовало почти десять лет творческого кризиса, когда она ни разу не вышла на сцену. В Европе продюсеры долго не обращали на нее никакого внимания, пока исполнительницу не приметил ее соотечественник, живущий во Франции, - Жузеда-Силва. Сезарии было уже 47 лет, и, когда ее импресарио предложил отправиться в Париж для записи пластинки, она сомневалась недолго. Первые записи певицы помогли ей завоевать популярность только среди земляков, которых во Франции довольно много. Лишь с выходом четвертого диска Miss Perfumado творчество Сезарии полюбили и признали не только во Франции, но и по всей Европе. Последовала череда гастролей по миру.
Гастролируя по нескольку месяцев в году, она тем не менее всегда возвращается в родной Минделу, по которому ездит все на том же старом голубом «Форде» - не менее знаменитом, чем ее неизменная сигара. В машину иногда набиваются до десяти человек, представляющих все четыре живущих на этой земле поколения ее родственников. У нее трое взрослых детей от трех разных мужчин. «Я никогда не хотела иметь мужа, - сказала она в одном интервью, - я всегда жила со своей матерью, потому что она меня любит».
Будучи артисткой, Эвора совершенно не стремится нравиться - публике, случайным собеседникам, своим землякам и близким... Ты становишься ее, когда слышишь это пение, этот тихий, непоставленный голос. В нем есть немножко от мудрого совета, который ты не получил в детстве, от колыбельной, которую тебе не спели тогда, когда ты в ней особенно нуждался.
В поисках родины
Кабо-Верде, в прошлом Острова Зеленого Мыса, а еще раньше - «заморская провинция» Португалии. На девяти обитаемых островах (которые стали отдельным независимым государством лишь в 1975 году), расположенных в океане в шестистах километрах от западно-африканского государства Сенегал, сегодня живут чуть больше 400 тысяч человек (для сравнения: это примерно в два раза меньше, чем в московском Северном округе).
Из всех бывших колоний Португалии Кабо-Верде пострадал в меньшей степени, чем остальные: здесь никогда не было богатых месторождений, народ не знал многолетних освободительных войн. Главной проблемой Кабо-Верде всегда был засушливый климат, который вынуждал жителей покидать родные места. Не зная до конца своих истинных корней, выходцы из Кабо-Верде путешествуют по миру в надежде найти свою родину. В любой точке земного шара они приживаются очень быстро, но все равно грустят по островам. Не это ли объясняет ту неповторимую тоску-ностальгию морна, которую невозможно ни определить, ни объяснить, ни описать - разве что спеть? Р.В.
Еженедельный журнал (16 апреля 2002)
"БОСОНОГАЯ ДИВА С САМОГО КРАЯ СВЕТА"
