Играли под утро на трансе. сет - coil, psychec tv вперемешку со Штокгаузеном и Pseudo Stereo. Химическая свадьба розы и креста - моменты психоделического волшебного секса. Она танцует сегодня на мандале, я танцую на камнях. можно писать молитвы, можно писать звук, можно расшить халат узорами, можно хранить в молчании корону обоих Царств. На заре, по осколкам праллельного, переброшеным в именах Тайных идти сквозь пологие склоны к сердцу предвечного Света.

Настроение сейчас - Скучаю по Любимой


"Между тем физическое и умственное здоровье Кобейна продолжало неуклонно ухудшаться. В конце 1993 года он чуть было не бросил пить, однако в остальном дело обстояло еще хуже. Практически каждый вечер, если он был в Сиэтле, Курта можно было увидеть у заброшенного дома на Гарвард-авеню, где он покупал героин. Он по-прежнему непрерывно курил марихуану и обычные сигареты и редко ел. Хотя друзья предпочитали об этом не говорить, всем было ясно, что Курт стал психически неустойчивым. "Он бьш испуган, ему казалось, что люди преследуют его, что его разговоры прослушиваются", - вспоминал близко знавший Курта репортер Фрэнк Халм. Когда в дом на Лейксаидавеню пришли монтеры с телефонной станции, Курт закрылся на цокольном этаже, опасаясь, что это пришли за ним "агенты".
Кроме того, у него развился любовный бред, и он отправил одной юной студентке-художнице семь или восемь любовных посланий с предложением встретиться с ним в одном из сиэтлских отелей. Когда девушка отказала, он стал звонить ей по десять раз на дню, провожал ее до дома и в заключение послал ей кирпич, завернутый в бумагу с запиской: "Я не одержим тобой. Я просто хотел поговорить с тобой о концептуальном искусстве".
В колонках играет - Шум прошедшей вечеринки в голове...