Вот мой первый фанфик из серии Сиид Румия под названием "Что, друзья?" Он рассказывает о приключениях персонажей из Тохо проекта во вселенной Final Fantasy 8, с Румией в главной роли.
Много чего есть в Саду Эйентей. В том числе и лазарет: тихое место, где можно лежать и ни о чем не думать. В том числе о шраме, полученном на сегодняшней тренировке. Прямо посреди лба: смотрите, завидуйте – знак боевой доблести или глупости. Обычно студенты не наносят друг другу серьезных ранений, на это есть лишенные разума ёкаи в тренировочном центре. Вот и доктор Эйрин Ягокоро смотрит неодобрительно. Она в первую очередь – глава научно-исследовательской кафедры, а уж потом – доктор. Пациенты отвлекают ее от опытов, если только опыт не заключается в испытании нового лекарства.
Доктор Ягокоро наклоняется над пациенткой и, вздохнув, говорит:
– Не зачастила ли ты сюда, Румия? Тебя выписали не далее, как вчера.
– Что, правда? – равнодушно спрашивает Румия.
– Да, а за день до этого была Мистия. Позорите вы вашу учительницу. Может, позвать ее, чтобы тебя забрала?
– Я в порядке. – Румия поспешно подымается с койки. – До класса дойду.
Она действительно в порядке: головокружения нет, а что слабость в теле, так это потому, что она не успела перекусить сегодня. Не хватало еще училку вызывать по этому поводу. «Вот Мистию и надо было съесть,» - зло думает Румия. Она поспешно покидает лазарет, не слушая больше доктора, и направляется прямиком в класс, что находится на втором этаже.
Она успела вовремя. Тихо прошла на свое место. Мистия тоже была здесь, она сидела развалившись, прикрыв глаза, с наушниками от плеера в ушах. Минутой позже вошла учительница Кейнэ, чью длинную фамилию Румия и половина класса запомнить не могли. Румия за глаза звала ее просто училкой. Кейнэ обвела взглядом класс, задержавшись на секунду на Румии, и остановилась на парте по соседству. Под ее тяжелым взглядом Мистия скинула наушники и сменила позу на менее комфортную.
– Мистия, ранить партнеров во время спарринга – серьезное нарушение. Поскольку тебя ждет пересдача экзамена, я вернусь к вопросу о твоем наказании позже.
Мистия выключила плеер, положила локти на парту и уткнулась головой в ладони. Возражать она не посмела. Кейнэ носит с собой кнут, который не стесняется пускать в ход против особо нерадивых студентов.. Давать сдачи правилами не запрещается, а только никто из студентов не остаточно силен, чтобы выйти против учителей. Кейнэ может в одиночку справиться с любой парой студентов из ее группы, кроме может быть Румии с Мистией, да только эти две никогда не работают в паре.
– А ты, Румия, - продолжала Кейнэ, - встретишь меня у входа на тренировочную площадку сегодня после обеда.
«Воспитывать будет,» - думает Румия обреченно.
В буфет Румия шла неохотно, поэтому неудивительно, что она сильно задержалась. Большая часть студентов уже успела поесть и разбежаться. Мистия до сих пор была тут, вместе с сестрами Аки – Минорико и Шизухой. Кулинарный комитет в полном составе. Минорико все время кричит, отчаянно жестикулируя. Шизуха – молчунья, Румия не помнит, слышала ли она от нее хоть слово. Когда все три соберутся вместе, они – огромная заноза в заднице. Поймают кого-нибудь и начнут читать лекцию о вкусной и здоровой пище. Мистия отговаривает есть окорочка, убеждая перейти на миногу. Минорико же расхваливает печеную картошку. Шизуха же молча стоит рядом, обеспечивает моральную поддержку Кулинарному комитету и давление на бедную жертву. Вот и сейчас они поймали какого-то бедного студента (то ли мальчика, то ли девочку – отсюда не разглядишь), и Минорико в запале машет руками прямо у его носа
Румия тихо и спокойно взяла свое любимое блюдо – куриные окорочка. Ей хватило ума не называть их громогласно «жареной Мистией», как она делала обычно. Сейчас, когда Кейнэ обратила на них свое внимание, следовало воздержаться от стычек с Кулинарным комитетом. Но есть миногу Румия не стала – компромисс компромиссом, но до того, чтобы изменять свои вкусы, она опускаться не желала.
Румия выбрала самый темный угол – одной из ее привычек было избегать света, когда может, – и принялась за еду. Чуть позже недавняя жертва Кулинарного комитета подошла к ее столику и без спроса уселась рядом. Не смотря на мужскую студенческую форму, она оказалась девочкой.
Ситуация была такая – в уставе Сада присутствовала лазейка, не указывающая на то, форму для какого пола обязаны носить студенты. В результате большое количество двоечниц и хулиганок проявили свою бунтарскую природу, став носить форму для мальчиков. Самих мальчиков среди студентов было немного, но со стороны могло показаться, что их почти половина Сада – настолько было популярно ношение мужской формы.
А эта в добавок еще и красила волосы в зеленый.
– Я – Риггл Найтбаг, – студентка протянула руку для рукопожатия. Румия схватила курицу руками, пачкая ладони в жире. Протянутая рука опустилась. – А ты, мне сказали, – Румия. И еще сказали, что у тебя нет друзей.
Румия всем своим видом изображала поговорку «когда я ем, я глух и нем.»
– Румия, ты ведь не стремишься быть прилежной ученицей. А быть хулиганкой в одиночку довольно сложно. Вступай в нашу банду! Мы зовемся Боссы первого уровня. Ты нам прекрасно подойдешь.
«Что за дурацкое название,» – подумала Румия, но вслух лишь сказала:
– Что, правда?
– С друзьями гораздо лучше. Подумай над моим предложением! – с этим Риггл, наконец, ушла.
Румия вернулась к еде, надеясь, что больше ее никто отвлекать не станет. Краем глаза она следила за Кулинарным комитетом: Минорико только что разозлила Шизуху и получила чувствительный пинок по коленке. Она разразилась громкой бранью на всю столовую. Румия улыбнулась бесплатному цирку, и решила поторопиться: училка ее наверно уже заждалась.
Тренировочный центр – это крыло Сада, отведенное под тренировки в боевых условиях. Специальные команды ловят диких неразумных ёкаев и выпускают сюда, где студенты сражаются против них. Чем глубже заходишь, тем сильнее ёкаи. Доходит до таких, которых можно сразить лишь хорошо организованными группами, предварительно спланировав свои действия. Румия приходила сюда часто, но почти всегда – одна. Такая тренировка в компании училки была редкостью.
Кейнэ ожидала её, наблюдая за компанией студентов-кроликов, тренирующихся совсем недалеко от входа. Она стояла, прислонившись к перилам, и нервно выбивала о них дробь пальцами. Румия, по её часам и собственным ощущениям, не опоздала, это Кейнэ пришла раньше.
– Ты была на площадке в самом конце тренировочного центра? – огорошила училка Румию неожиданным вопросом.
– Заходить так далеко запрещено всем, кроме высших рангов СииД…
– Я не прошу тебя цитировать устав, – перебила Кейнэ. – Я спрашиваю: была ты там или нет?
– Была, – призналась Румия. Многие студенты стремились доказать свою доблесть (и быстроту ног – от самых сильных ёкаев приходилось убегать), пройдя весь тренировочный центр насквозь и пробравшись в запретное место.
– Прекрасно. Туда и отправимся.
Ответ Румию удивил. Она-то ожидала трёпки. Возможно, Кейнэ тоже не всегда соблюдала правила. Пожав плечами, она последовала за училкой.
Уютная беседка, окруженная прекрасными цветами. Это место считалось среди студентов беседкой влюбленных. Любовные пары считали его удобным для свиданий, поскольку большую часть времени оно пустовало. Ведь пробраться в самый конец тренировочного центра мог не каждый. В сознание Румии забралась нехорошая мысль: неужели училка притащила ее сюда для того, чтобы…
Кейнэ прислонилась к перилам, как тогда, у входа. Все так же барабанила пальцами и избегала смотреть Румии в глаза. Румия ждала.
– Я… – начала Кейнэ. – Меня думают отстранить от учительства. Считают, я не могу справиться с проблемными учениками.
– Я или Мистия? Или обе сразу? Мы теперь виноваты…
– Нет-нет, – быстро отозвалась Кейнэ, почувствовав закипающую злость в словах Румии. – Я вовсе не хочу кого-либо обвинять. В конце-концов, учить – моя прямая обязанность. Я лишь хочу высказаться, мне просто не с кем этим поделиться.
Румия ответила своей обычной фразой:
– Что, правда?
Кейнэ замолчала, и у Румии родилась остроумная, по ее мнению, реплика:
– Поговорите с грифельной доской. Если писать на ней мелом, можно притвориться, что доска вам отвечает. А я побегу: не хочу, чтобы нас здесь застали и неправильно обо мне подумали.
И Румия поспешила прочь. На выходе, однако, она была вынуждена остановиться, да так резко, что побежавшая за ней Кейнэ врезалась ей в спину.
Над ними возвышался огромный кедама. Весь покрытый белой шерстью шар, превышающий Румию по крайней мере вдвое. Она и не знала, что кедамы могут дорасти до таких размеров. К счастью, он не смотрел на Румию; к несчастью, он выбрал своей жертвой одну из студенток-кроликов, которых они сегодня видели у входа в тренировочный центр. Кейнэ сразу же оценила ситуацию и отчаянно закричала:
– Теи, беги! Это FOE, на него старшие СииДы втроем ходят!
Но та либо не понимала опасности, либо от страха не могла пошевелиться. Встретив рукой лицо, Румия потянулась за своим ганблейдом, хоть и понимала всю авантюрность подобного поступка.
– Не вздумай! – тяжелая рука Кейнэ опустилась ей на плечо. – Я, как учительница, за вас отвечаю. Я задержу его, а ты бери Теи и беги!
– Что, правда? – в глазах Румии застыл лед. – Вас скоро отстранят. А я сдала экзамен. Я – СииД. Никуда я не побегу.
Румия подумала, что, в крайнем случае, она может напустить в зал тьмы. Хоть она и сама не могла видеть в кромешной тьме, шансы улизнуть были. Она начала запоминать возможные пути отступления, как вдруг раздался дикий крик, и молния вонзилась в кедаму. Такое было впечатление в первый момент, но молния оказалась вполне живой – это Риггл нанесла гиганту удар ногой в прыжке.
– Риггл Найтбаг, явилась на помощь! И я – тоже СииД. Теперь нас – трое, и мы победим!
Кейнэ хотела снова воззвать к осторожности, но не успела. Кедама ответил шквальным огнем данмаку. Румия успешно заблокировала самые опасные пули ганблейдом, рядом Кейнэ с легкостью нашла безопасные места между пулями. А вот Риггл попала под всю очередь. Ситуация резко изменилась к худшему: хотя кедама отвлекся от кролика и мерзавка спокойно удрала, теперь училке приходилось защищать раненую Риггл. На шум сбежались несколько студентов, но, увидев гиганта, благоразумно ретировались. И в этот момент раздалось пение, заставившее Румию скривиться, и вовсе не по потому, что исполнитель отчаянно фальшивил.
Мистия появилась из-за угла, на ходу доставая свой ганблейд, больше похожий на кухонный нож для резки мяса, и прокричала-пропела:
– Если Румия считает, что я ей позволю добыть такой трофей, она ошибается. Ты мой, урод! Иди сюда, я ослеплю тебя своей песней.
– Дура! – закричала Румия. – Твоя способность работает только ночью… Ночью… – она замерла от внезапной мысли. – Мистия, давай работать вместе, на десять секунд.
– Если на десять секунд, то согласна. Давай споем дуэтом ночную песню.
Зажав уши (разумная предосторожность, когда имеешь дело с Мистией), Румия начала напускать в зал сумерки. По ее расчетам, Мистия должна была затянуть свою особую песню, вызывающую окружающих ночную слепоту, поэтому Румия оставила достаточно света, чтобы можно было различить окружение. Но для кедамы теперь и такая темнота была непроглядна. Синхронно взмахнув ганблейдами, Румия и Мистия пронзили гиганта с двух сторон.
Не смотря на огромный рост и силы, не видя противника кедама не смог продержаться и десяти секунд. Румия убрала затемнение в зале и была встречена одобряющей улыбкой училки:
– Видишь, у вас двоих гораздо лучше получается сражаться в команде, чем друг против друга. Вы работали вместе и победили противника, с которым бы не справились по отдельности. Я считаю, это делает вас друзьями.
– Что, правда? Друзья? – вначале Румия собиралась ответить решительным отказом, но озорная мысль заставила её передумать. Она протянула руку Мистие для пожатия. – И верно, надо этот случай отметить. Пойдем, угощу тебя курятиной.
Мистия вспыхнула и зло прокричала:
– Ты хуже всех! А я-то, дура, думала угостить тебя миногой с печёной картошкой. Ну, попадешься ты мне в следующий раз!
Она развернулась и, надев наушники, с видом оскорбленной невинности направилась к выходу. Румия улыбнулась и пошла следом. Сегодня был еще один день в Саду Эйентей.
Вложение: 3967169_seed_rumia.doc
Вложение: 3967169_seed_rumia.doc
