/чистый разум/

я перестал читать.
ты перестала писать.
я перестал мириться.
ты перестала ложиться спать, чтобы не спать.
я перестал мечтать и молчать.
ты перестала смеяться.
я перестал доверять.


/твое первое НЕТ/

разорванное в клочья дыхание пытает твой механизм. все агрегаты целы, но работают асинхронно.
этот мыслительный грохот стал частью твоего нутра.
она создала крестраж в твоей голове и махнула палочкой на прощание
в тебе она обрела бессмертие на много веков и ночей, но предпочла прикинуться порванной веной к твоему сердцу
слишком громко глотает, слишком быстро засыпает, слишком много поет
тебя можно разобрать на изъяны, но ты ищешь их в ее достоинствах
тебя можно расстрелять за каждый шаг, но ты помогаешь ей спотыкаться о твои амбиции
ты гладишь свои пластиковые мысли, забывая, что атомы железа в ее крови синтезированы в недрах звезд
ты не моралист. ты моральный урод и ампутант. жертва операции по удалению центра фантазии.
ты хочешь всегда побеждать, а она лучше всех играет по правилам
ты не можешь позволить ей уйти, потому что все твои достижения обнулятся, а резервные копии шифровала она
она сотворила тебя из миллиарда слов, но разрушила не проронив ни единого


/пульсимпульс/

если ты смогла бы представить меня стаканом чистой воды, то моя любовь к тебе, это как излишек краски на кончике кисти, что, прикасаясь к моему нутру, распускается невероятным омутом цвета, рисуя все новые, необъяснимо прекрасные формы

эти моменты прикосновения во множестве своём, терзающие меня неуловимостью, невозможностью зафиксировать их и насладиться ими вдоволь, что, скорее всего, является значительной частью их обаяния, очень скоро оставят меня стаканом грязной, мутной воды

так бывает всякий раз, когда ты заканчиваешь рисовать.


/промежуточное время/

я хочу пить тебя по глотку, нет, хочу упиваться тобой нескончаемым залпом иллюзий в моей голове
ты голограмма, рефлексия в зеркале, мыслительный фантом, замыкающий нейронные цепи в моих ослепших зрачках
я думал о тебе всю жизнь, старательно придумывал, продумывал и прорисовывал, лишал изъянов и наделял бессмертием, сжигал и возводил вновь, словно мне было позволено все
любой каприз, любой сценарий, тебя не нужно уговаривать, не нужно намекать, не нужно даже смотреть в твои сапфировые глаза, чтобы ты вычленила в чем именно кроется моя боль.


/твомой мир/

я ненавидел тебя всем сердцем за все, что ты сделала, пока однажды утром не обнаружил, что холмик на твоем плече – важнее всего, что может и могло произойти со мной в этом подлунном мире. я пытался, я сопротивлялся, я всеми силами старался вывести твои остатки из организма, но у твоего генома просто нет срока давности
твой мир наполнен теплом под давлением самого неба, мокрой насквозь от слез дружбой, ущемляющей права геев неравнодушностью, концентрированной, азотной заботой, и черт возьми, такой искренней любовью, что сравнима лишь со смятыми, пережеванными временем листками с детскими обидами


/аркадия и эго/

очнись
дотянись до меня и распахни свою душу
раздвинь ноги
ляг на живот и жди
закрой глаза и ничего не загадывай
я прямо над тобой
за тобой
в тебе

в твоем мире так много всего
так тесно
прямо, как в твоем влагалище
мокром, пульсирующем влагалище

твой клитор, как меланжевый атом
я приказываю ему трепетать, заставляя тебя подчиняться
поднимаюсь выше, а значит и глубже
в твое лоно
твое существо
залитое самой жизнью
и еще выше
к самой границе мироздания
к краю пропасти
пронзительно-резонирующей бездне
в ней
мой язык
как дирижер
проникает в твое сознание
сквозь самый ужасающий стыд
самый откровенный
и самый неприступный

пока я проникаю
все глубже в твой мир
ты покоряешься моей воле
и говоришь только правду
сквозь пронзительный
оглушающий
истерический
стон

я жадно глотаю
твою правду
врезаясь и
вгрызаясь в твое кольцо
породившее остальные кольца

я отдаю тебе свою жидкую жизнь
возвращая тебя в постель

ты лежишь
и не дышишь
я на тебе и в тебе
и моя жизнь тоже в тебе

храни
и не смей спускать ее в унитаз
в этот раз.

я открываю окно. в ноздри бьёт сладковатый запах ночи. холодно. одиннадцатый этаж. никаких кузнечиков. звуки размыты. нужно вернуться, постель остывает.
не спится. закрываю глаза. вижу людей. кажется, маршируют. поют. ёбаный хор турецкого, не иначе
нужно переключиться. маленькая девочка. поле. скучно. нарисованный член. ещё один. в следующий момент лицо девочки стало старым. не могу позволить себе член рядом с ребёнком. хороший знак.
свечи. у кого-то день рождения. пахнет разочарованием. пустое, коммерческо-потребительское подобие праздника.
представьте на секунду, что вы проглотили кусок льда. он с трудом проходит в горло, минует пищевод, и вот он уже в желудке. внутри. ровно посередине вас. лёд начинает таять, и холод мерзкими щупальцами обволакивает ваше существо. но трогая себя снаружи, вы ничего не чувствуете. после этого вам всегда будет казаться, что у вас что-то отняли.

улица. звуки. монохромные здания. солнце. ветер. лёгкие кеды. иду. ем чипсы. не люблю чипсы. каблуки. кто-то сзади. голубое платьице. дурочка. игнорирую. иду по запаху. кажется, выпечка. сладкая. каблуки. дурочка за мной. запах. становится резче. впереди шоссе. светофор. зелёный. можно идти. не перехожу. дурочка. тоже стоит. сверлит затылок. жду. зелёный моргнул. пошли. красный. до киоска совсем немного. каблуки. дурочка. шагает сзади. дурочка. мурлычет что-то под нос. я поворачиваю голову. манерно. одна из тех штук, которые ты делаешь, когда знаешь с кем будешь заниматься сексом следующие тысячу раз. у дурочки красивые глаза. спереди видно, что и зад тоже красивый. её взгляд говорит, что она не знает французский, но я ей не верю. отворачиваюсь. дурочку сбивает трейлер. я слышу, как ломается её череп. звук глухой. каждое из восемнадцати колёс забирает с собой кусочки дурочки. я дохожу до киоска. покупаю кекс. с изюмом. иду обратно к шоссе. у дурочки светлые волосы. лежат клочьями. приклеены к асфальту запекшейся кровью. то ли от солнца. то ли от ветра. кровь засохла так быстро. никогда не любил светлые волосы. они напоминают мне о всех мыслимых и немыслимых клеше. ненавижу клеше. не люблю светлые волосы. добрая часть дурочки закутана в мешок. похоже платьице. жаль, испачкалось. надкусываю кекс. то что нужно. смотрю на руку. капли крови дурочки обрызгали мне спину. закрываю глаза. потому что когда выключаешь свет - звуки становятся громче. капля на пальце ещё не высохла. возможно именно эта капля пару минут назад билась о края её вагины. или может быть она стала бы первой каплей крови в сердце её будущего ребёнка. наверно, стоило взять у неё номер.

открываю глаза. интересно, если бы каждый раз, когда я лгу, у меня вырастала какая-то часть тела. что бы это могло быть? знаю, о чём вы подумали, но нет. незачем. пусть будет сердце. может, если больше лгать, оно, наконец, появится.

"вы только посмотрите, какая ночь, какие звёзды" подумал я открыв эту чистую, можно сказать девственную страницу, но тут же обломался, повернув голову назад
белые ночи всё так же сверлят мою комнату, находя всё новые причины не ложиться
я встал и закрыл окно. на часах что-то около пяти ночи. спать не хотелось совершенно. не спать, в общем, тоже.
по этому я выбрал информационный транс, и мысли о том, каким безобразным может быть время, потраченное на рефлексию, ещё и ко всему без должных при этом "просветлений"
да в последнее время вообще всё ни к чёрту
экзамены сдаются как-то медленно, изжевано, без должной суеты, и даже пресловутое "отл" не может заставить выдавить из себя хоть какое-то подобие радости
от прочтённой книги хочется блевать, от обеих частей "сумерек" просмотренных мной хочется блевать. причём хочется потому, что они мне понравились!
а ещё спинка кресла разлетелась, видать не выдержав того, что я так некультурно кладу ноги на стол. кресло-моралист. убил бы, да поздно. утром-на помойку
горячую воду отключили. заебок, что говориться "my dick is ready"
и в кафе вчера хостесс, сука, как из паспортного стола: смотрит недоверчиво - вас ожидают? насупилась- вы заказывали?
тебя заказывал идиотка. достает дробовик и убивает так и не встретившую свою большую любовь приезжую из мариуполя. занавес

*****
у кого-то голос бархатный, в который хочется укутаться, а на кого-то даже в ад настучать мало. но сегодня во мне живет грустный человек. и он желает всем вам сменить гражданство или застрелиться. крепко жму ручки, веселитесь, сучки.

sometimes insomnia fucks my head, sometimes it makes me feel insignificant, sometimes it's just funny.

tonight it's all at once

stupid music, stupid thoughts, stupid post, stupid shit

moreover this stupid white nights. totally uesless but so creepy annoying

i decide
if this world fucks me before i will, i'll fuck extramundane

untill that i'm just reclining on the couch. drunk and terribly sleepy.

my head is broken off.

my desires are extremely unstable.

but my love to one person and indifference to the rest on the contrary.

like wine.

gets stronger

*****

do you want the magical love?
how is it?
we'll fuck and i'll disappear.

если еще совсем недавно мне нравилось больше показывать язык и скалить зубы, то теперь я улыбаюсь до онемелости щек и потрескавшихся губ.

и если раньше я размышлял все больше о низменном, то сейчас скорее о возвышенном.

нет, конечно, я все тот же прагматичный сукин сын (вертит в руке новенький телефон и меланхолично чистит светлые джинсы от следов неопределенного происхождения), просто моя любовь обрела доставку на дом и заставляет наслаждаться каждым днем сессичных.

я ведь прекрасно понимаю, что порой ты чувствуешь себя снежным шаром с нью-йорком, которым трясет каждая уважающая себя героиня американской мелодрамы, обязательно проживающая где-то на окраине штата.

потом она ложится щекой на тыльную сторону ладони и смотрит на то, как в твоём глицерине оседают хлопья.


любить без умно

сегодня такой день, как будто до него ты был в варенье, а потом тебя оттуда вынули.

не берите пример с меня, девочки.
раздвигайте почаще ресницы и научитесь видеть то самое, что находится прямо перед носом, наконец.

бывает так, что миры не переворачиваются, терпение кончается, вода в кранах начинает сильно отдавать ржавчиной, а сны

сны могут сбыться, но ты просто не можешь себе этого позволить.

сначала я решил, что лучше пойду нахуй, чем стану притягивать за уши компромиссы. но потом понял, что

"никогда не надо никого посылать на хер прежде времени" И. Уэлш

но это было так, минутное
никаких компромиссов.

нахер.

сегодня мне 19, и это тот возраст, в котором я собираюсь остаться ближайшие 30-40 лет.

сквозь сон ты чувствуешь, как кто-то стянул с тебя трусы.

папа, зачем ты это делаешь? кто тебе сказал... это же не нормально...

потом ты просыпаешься и вспоминаешь, что папы нет. но ты не одна. какой-то мужик лижет тебе между ног.

ничего приятного в этом нет. ты сводишь ноги, зажимая голову.

“я не хочу”, - говорят твои губы.

он зажимает твои ноздри, ты открываешь рот. он засовывает в рот член и пытается им двигать.

через час он подвозит тебя до остановки. ты целуешь его в щеку и выходишь из машины.
машина грязная.

покупаешь сигареты и воду без газа. тебя тошнит. ты делаешь несколько глотков.

ты садишься в маршрутку. ты точно знаешь, что эта маршрутка едет совсем не туда, куда тебе нужно.

узнав знакомые дома, ты выходишь. где-то здесь живет саша. ему всегда можно позвонить, когда тебе грустно. или просто тошнит.

ты набираешь сашу, и он поднимает. ты рассказываешь, в чем дело, и саша обещает через десять минут быть. у тебя есть время выкурить сигарету и написать красивую смс-ку, чтобы никому ее не отправить.
саша приходит через семь минут, у него бледное лицо. по коротким фразам ты понимаешь, что, возможно, позвонила не вовремя.

тебе становится стыдно, но причину стыда вычленить очень трудно.

ты предлагаешь саше сигарету. он говорит, что не курит. через час саша ебет тебя на скрипучем старом диване.

на диване собачья шерсть, в комнате душно. саша чересчур сильно сжимает грудь руками, ему кажется, что тебе от этого только приятно. ты переворачиваешься на живот, лишь бы саша больше не вцеплялся так в грудь.

блять. на-ху-я? саша удивлен.
потому что раньше ты ему не давала. а теперь дала, у него очевидно хорошее настроение, он идет в ванную мыть член.

там слышно, как он там что-то напевает. ёбаный урод.

вечером приходит смс-ка от мужчины, с которым ты проснулась. "киса, я за тобой заеду через полчаса, будь готова".

через пару минут телефон снова сигналит о доставленном сообщении: "ты охуенная, других слов у меня просто нет. что ты делаешь завтра?". это саша.

в комнату заходит мать, спрашивает, почему ты такая грустная. ответить тебе совершенно нечего.

ты отключаешь телефон и выходишь на балкон.

долго вглядываешься в автомобили и фонари.

в пачке еще осталось две сигареты.

а вам слабо?

мне интересно, многие ли из вас запоминают свои сны?

я не о тех воспалённых фантазиях, где вы целуетесь с "тааааким пааааарнеем" или пялите "таааакую девааааааачку"

я о настоящих снах, о том, что может быть наяву. местами, ну или полностью нелепо, но всё же реально

такие сны обычно подкрадываются перед пробуждением, когда ты уже просыпаешься от будильника, или от голоса какой-то шлюхи за окном, затем снова окунаешься куда-то в глубь, в пленящую тесноту. именно тесноту, потому что она обволакивает всё твоё существо и уносит к себе в чёрно-белый мир.

знакомо?

вот и мне тоже.

это был как раз один из тех снов, что я попросту не помнил. потому что я не видел его. просто чувствовал

я лишь сидел себе на подоконнике в ванной, лишь смотрел на уходящие в парк последние трамваи, отхлебнул из бутылки и тут

*****

мне снилось, что я хочу ничтожности. декаданса. блеклая кожа, круги под глазами. грязные унитазы, облупившаяся краска. упадничество. ржавые железяки. давний любимец - мокрый бетон.

мерзкие напитки, чёрствый хлеб, грязные стаканы.
и окурки. обязательно – вонючие такие, мятые окурки.

валяться в полночь на замызганной постели, курить, блевать, пить, блевать, трепать друг другу волосы, истерить, ругаться матом, сплёвывать в переполненную пепельницу, или просто на вонючий ковёр, давно потерявший изначальный цвет и узор.

рыдать, бить стёкла, продаваться на органы, размазывать сопли по щекам, лениво переговариваться, целоваться, пьяно спать, впадать в эйфорию, водить пальцем по обоям, с обидой отвернувшись к стенке.

с тоской смотреть в небо
нервно мять разодранные салфетки
орать во сне от ужаса
просыпаться в мокрых от холодного пота простынях

переламываться

перемалываться

рвать старые письма
зачитываться найденным в мусоре книгами
с недоверием вглядываться в отражение в зеркале.

простонать, подёрнуться, сдохн...

В колонках играет - IAMX - The Negative Sex
Настроение сейчас - rape the world

любовь.

она повсюду

в парках, автобусных остановках, маленьких улочках и аллеях с одуванчиками, глупых, но милых фотографиях, лицах, книгах, фильмах, улыбках вокруг, в цветочных киосках и надписях на асфальте, в постелях, на кухне, на столе и под столом, и даже в ванной, в воздушных шариках и мыльных пузырях, в фисташковом мороженом и в письмах по сети, в унылых песенках и розовых соплях, в каждом вдохе и каждом выдохе, в весне, в тебе, во мне, во всех нас.

и ни в одном из нас.

вот видишь кого-то перед собой, кого-то улыбчивого, порою нелепого, скачущего невпопад, говорящего глупости.
и вдруг сникерс, который ешь, становится как будто бы не вкусным

наверно, каждый когда-то испытывал это чувство, оно как наркотик, как миллионы, миллиарды чувств, микродозы воздуха, элементы того, кого любишь. слепнешь. сияешь. глупеешь. играешь.

"Указательными пальцами обеих рук два раза под ключицы.
Потом этими же пальцами дважды в направлении собеседника.
Это так просто.
«Я люблю тебя».
Два раза под ключицы. " © Януш Вишневский

я не помню этого чувства.

возможно, когда-то и я любил

любил просыпаться по утрам первым и подолгу лежать и дожидаться той улыбки, благодаря которой весь день приобретал смысл.

любил каждую мелочь, что была сделана вместе, будь то приготовление ужина, или поделенная не поровну конфета.

любил прижиматься к её спине и обвивать её руками, проводить по всему телу, доходить до животика и ложить открытую ладонь на её тёплую кожу, гадая, что же сейчас происходит внутри её лона.

хорошо, что всё это в прошлом. можно спокойно вздохнуть, и быть холодным.

мне нравится быть холодным. как окна. быть окном.

я знаю, что утро не бывает добрым

бывает только: блять, утро.

либо: пошло всё к чёрту, спим до обеда

и весна уже вовсе не та

она лишь напоминает о том, что вот уже три месяца прошло с нового года, а вы нихуя не сделали.
что-то не вижу я в ней большой любви, а ты?

в выдохе не хватает воздуха, в весне - весны, в тебе - меня

забудь про любовь.

она херит всё, чего ты добился.
чаще всего мы любим пустоту.

в неё очень удобно пихать всё, что кажется нам таким красивым, таким любимым и нужным.

это то же самое, что любить использованный гандон.

в нём тоже целая жизнь.

да ещё и не одна.

"два раза под ключицы. это так просто"

религия.

опиум для народа? звучит как мороженое для геев.

а ты ещё веришь в сказки? в счастливые концы, ну те, что не по Фрейду?

ты не веришь в бога. и порой ненавидишь его. ээээ, а разве можно ненавидеть то, во что не веришь?

бог ведь всех вас любит. у него есть десять заповедей, эдакое меню из правил, нарушив одно из которых ты попадёшь в жопу мира и будешь гореть до конца жизни. но чёрт подери, как же он всех вас любит.

как будто любящий всех нас бог мог придумать такую жестокую штуку как рак. или концерт токио хотель.

а сын его что?

никаких светлых волос и голубых глаз не могло быть у человека, который жил в пустыне. хотя всё равно это очень странно – видеть иисуса христа, который похож на жида или араба. oops

не создай себе кумира, чувачёк. а нет, постой, чего это у тебя там на крестике?

я не понял, весь мир принял один и тот же наркотик?

ну что же, будем сеять вокруг себя мир, любовь и технику мастурбации для двоих? я вовсе не против

эй, мой член задыхается, сделайте ему искусственное дыхание!

то есть, каким бы мысленным экстримом я тут ни занимался, будь у меня спады и подъемы, всегда есть вероятность, что появится человек в белом халате и сделает так, чтобы всё пришло в норму?

ну что же, тогда я посижу здесь и подожду, пока в мой почтовый ящик не положат заказанную футболку с надписью "will fuck for cocaine"

всё в порядке, мозг играет в свои игры, часы тикают, детонатор отключён.

дорогой дневник, иди сюда - http://www.formspring.me/fuckinkarter

если человек грустит, то его собеседник тоже должен грустить.
правила хорошего тона, том 31 (Л. Великорецкий)

а давай, в четыре руки, чудо



слабо тебе или не слабо?

давай сегодня встретимся.

я после провожу тебя до двери, и будем долго-долго молчать, так, что будет казаться, что нас нет.

не знаю, о чём ты думаешь, я только надеюсь на то, что ты думаешь.

мне не может быть всё равно.

в кармане лежат прямые и лучи, а у тебя отрезки.

ты любишь разнообразие, а у меня каждый раз первый.

давай сегодня помолчим, а я уж точно провожу тебя.

можно к тебе под пальто?

тебе грустно, но я проберусь внутрь и постараюсь согреть.

потому что сам уже пустил тебя к себе, и твоя грусть - со мной.

иди, погуляй - куда ты придёшь?

стоп-кран уже оборван, не подкинешь до развилки?

твой запах обещает свободу, звеня её цепями.



меня убивает скупость эмоций.

когда свет в комнате всегда погашен, чашки на полу со всё ещё влажными чайными листьями разбиваются о твои ноги, а настроение стремится к нулю. когда не отвечаешь на улыбки в транспорте, голова извергает какое-то фальшивое скрипичное сопрано, когда вчера была текила, сегодня виски, а завтра хуй знает. когда во рту пол банки аскорбинки, лишь бы так не разило алкоголем, когда хорошие мысли теряются в куче дерьма, в огромной ёбаной куче дерьма, когда из зеркала на тебя смотрит хуй знает кто. когда в голове почему-то сигареты, хотя ты не куришь, да и ненавидишь этот бред, когда старательно пишешь в тетради, а затем закатываешь глаза и начинаешь исчёркивать всё, что написал, потом очнувшись через мгновение охуеваешь, когда цвета действительно меркнут, монитор на минимальной яркости, засыпаешь только изрядно перебрав, и констатируешь первые в жизни круги под глазами. когда небритость - норма, а желания одни и те же - их отсутствие, когда не хочется никого спасать, да и спастись не удаётся. когда голова на части, но лекарства от этого нет и не будет, когда плюёшь на всё, чего добивался, когда похуй, сколько кубиков на животе, и сколько кубиков в стакане, когда музыка - сплошная нескончаемая шняга, а крышка пианино наглухо захлопнута, ты понимаешь. что нихуя ты не понимаешь. нихуя.

нихуя.

лови. письма по сети.

тебе снятся тонкие линии света, светлые лилии. остановки, между планетами. кажется, эта моя.

из одежды - лишь резинка для волос. приятные запахи. грязно.

я вряд ли когда-нибудь сяду за твой столик.

это не твоя страна грёз. мой столик здесь. лучший.

можешь, сойти с ума, чтобы у меня появилось чувство вины.

тебе не стоит, как мне. наедине со случайностью.

я попал, как в фильме Бертолуччи, вот что.

бесконечная незавершённость

план бездействия

таблетку от всего

и счёт.