Автор: Альфред Кох

Существует теория, что Сталин сам подготовил почву для кончины совка. Он втянулся в гонку вооружений и, значит, не на словах, а на деле признал существование научно-технического прогресса.

И для того, чтобы в этой гонке как минимум оставаться на плаву хотя бы в среднесрочной перспективе (даже не говорю — выиграть), нужно иметь научные школы, систему высшего образования, систему подготовки квалифицированных рабочих кадров, эффективный научный обмен и т. д.

И вообще: общую атмосферу уважения к учености, к науке как таковой, к ее носителям. Известно, например, что Сталин состоял в переписке с Капицей, который не был (мягко выражаясь) его поклонником и даже отказался работать над атомной бомбой.

Однако наука как таковая не может развиваться изолированно. Для развития даже абсолютно прикладных ее отраслей необходима общая атмосфера раскрепощенности, свободы, ничем не скованного творческого полета. А значит, для интеллектуальной подпитки яйцеголовых ученых нужно свободное искусство, какие-то фрондирующие объединения, какие-то неформальные интеллектуальные лидеры...

Даже в годы застоя были братья Стругацкие, Театр на Таганке, Тарковский, Окуджава, Высоцкий, вообще — барды, романтика дальних странствий... Мы зачитывались Хэмингуэем, Рэем Брэдбэри, Станиславом Лемом. Причем это были самые невинные образчики т. н. "альтернативной" культуры.

Причем (обращаю внимание): их издавали государственные издательства, Министерство культуры финансировало фильмы Тарковского и Театр на Таганке, а Высоцкий в нем работал!

Я уже не говорю, как пропагандировался материалистический (зачастую — очень вульгарный) взгляд на мир. Как подавлялся (причем очень жестоко и агрессивно) клерикализм, любая попытка примитивной религиозной агитации.

Все эти усилия привели к созданию в обществе прослойки думающих людей, которые в конечном итоге и были той средой, которая и сформулировала задачи горбачевской перестройки, а затем — и гайдаровской реформы. При всех их недостатках и издержках.

Я отнюдь не являюсь поклонником совка. Но то, что мы видим сегодня, это вообще — не про прогресс. Концепт Путина потому обречен, что он вообще отрицает прогресс как таковой. И в общественной жизни, и в науке, и в технике.

Путин прекрасно понимает, что угроза его режиму именно там, в среде думающих и образованных. И именно поэтому — разрушение высшей школы и сокращение финансирования науки и культуры. Именно поэтому — Мединский и Рогозин. Именно поэтому — Гундяев и Ко.

Но здесь же и истоки путинского конца: кинувшись в другую (от совка) крайность, он просто уничтожает саму науку, а значит — и шансы выжить в мире, где прогресс (во всяком случае — научно-технический) — это объективная реальность.


А вы все про цены на нефть...