Настроение сейчас - грустное

Здравствуйте, наконец-то я добралась до клавиатуры, чтобы написать Вам! То болезни, то праздники, - а поговорить с Вами, хотя бы и безответно, очень нужно. А исповедаться-то как нужно! И не надо мне говорить, что у нас есть священник, - совместными усилиями начальств нашего и Вашего остался всего один, и тот запретил мне у него исповедоваться. И более того, - даже разговаривать с ним, вообще что-нибудь, кроме безоговорочного «Хайль!» или не менее безоговорочного смеха, уже не получается. И не только у меня.
Вот тут позавчера было воскресенье, так что наслушались и насмотрелись мы вдоволь. Я, если знаете, сижу на Вашей маленькой скамеечке для коленопреклонения смиренно этак, в уголку у падре Пио; а тут рядом примостилась К., и всю мессу (ну, кроме Евхаристической литургии, понятно) мы проболтали, - не всё же настоятелю! Когда это противостояние только начиналось, я там плакала, искала грехов в себе, как полагается... а теперь просто фиксирую, как та же самая неуверенность, непонимание, чувство, что ты здесь чужой и не нужен, разъедает нашего настоятеля. Знать бы, что сказал ему вице-провинциал по итогам визитации; впрочем, это нетрудно вывести из косвенных улик. А в воскресенье не было Ю. и Н. – они уехали в Красилов на Школу творчества (очень надеюсь, что хоть взнос 50 гривен за них заплатили), так что не было их преданных лиц, и настоятелю было совсем одиноко. Так что когда он объявил граду и миру о грядущем пришествии Анонимных Алкоголиков, народ воспринял это с несколько преувеличенным энтузиазмом, все заулыбались, кое-кто прыснул в голос, и настоятель сделал то, что уже давно собирался – обиделся на весь свет. «Вот мне уже и говорить не хочется (да мы, вообще-то, и не просили)... надо же быть культурными (нет, ну кто бы говорил!)... это все сохранится в тайне (ага, в приходе из 50 человек, где все друг друга знают как облупленных)... это все делают миряне для мирян (прямо как «Альфа», руководители которой до того накачаны его инструкциями, что даже русский язык стали забывать) ...» В общем, посмотреть, что ли? На этот «абсолютно анонимный» курс пригласили всех, кто хочет избавиться в том числе и от секса, что вызвало еще один взрыв смеха у прихожан. Совок рулит! И хоть бы не догадываться, какие слова и с какими ошибками будут произнесены, а то ведь скоро 5 лет, как мы с настоятелем знакомы, и одна и та же мелодия уж так надоела... А после мессы состоялся «Супружеский курс», который Ваш маленький министрант уже окрестил «Супружеский долг». Будь это «долг», я бы, естественно, не преминула... а это был какой-то старый протестантский фильмик о том, что надо делать хорошо, и не надо – плохо. Есть предложение – если уж мы подсели на это дело, посмотреть всем приходом фильм «Лютер», там, кстати, и семейный вопрос затронут. Но мама мне все равно не даст остаться – она так и не выздоровела, и от проповедей настоятеля у нее повышается давление. Хилый нынче пошел католик!
Ах да, вот еще прикол из жизни министрантов. Нашему архиепархиальному церемониарию не дают держать патену во время Причащения верных, ибо он тоже подозревается в ереси непослушания настоятелю. А выполняет сию важнейшую функцию сестра Д. Наверно, это отголоски духа Второго Ватикана? Такой вот ортодоксальный феминизм? В любом случае, отчаянные призывы настоятеля: «Сестра! сестра!» соблазняют меня смеяться как раз в начале Причащения, а это уже грех. Только кто за него ответствен? Помните, «кто соблазнит единого из малых сих...»