Когда речь заходит о теннисных увлечениях династии Романовых, то, в первую очередь, вспоминаются Великие князья Романовы – дети императора Александра II, Великий князь Кирилл Владимирович и, наконец, сам император Николай II. Великие князья известны как пионеры лаун-тенниса в России, Кирилл Владимирович был почетным председателем элитного «Санкт-Петербургского кружка спортсменов», а император прославился, прежде всего, своей печально известной дуэлью на кортах Ливадии с неоднократным чемпионом России графом Михаилом Сумароковым-Эльстоном. Во время этой злополучной дуэли императора сильно ушибли, и он был вынужден провести в постели целых три дня.

И все же в династии теннисных Романовых есть еще одно имя, которое на десятилетия предано забвению. Это - Великий князь Михаил Михайлович – внук царя Николая I, того самого Николая, который подавил восстание декабристов на Сенатской площади в Петербурге (1825) и был личным цензором Александра Пушкина до самой его смерти. Правда, лет 6-7 назад это имя всплыло в нашей печати, но в связи не с теннисом, а с возвращением из Англии на родину чудо-тиары, украшенной бриллиантами и рубинами стоимостью 4 млн. фунтов стерлингов, которую Великий князь подарил в честь помолвки своей невесте в 1891г. 

Михаил Михайлович родился в октябре 1861 года, в Петербурге, в семье Великого князя Михаила Николаевича – младшего сына Николая I. Маленький Миша и его сестра Анастасия – впоследствии Великая герцогиня Мекленбургская, выросли в Тифлисе, куда их отец был направлен в ранге наместника. Анастасия была старше своего брата на год и держала над ним шефство. Жизнь в Тифлисе протекала тихо, мирно пока не приключилась беда: Миша безнадежно влюбился в дочь одного из местных генералов. Увы, его любовь оказалась неразделенной, и тогда Миша отправился на известный немецкий курорт Висбаден в поисках средств излечения от любовного недуга и для того, чтобы хоть немного прийти в себя. Однако судьба-злодейка распорядилась иначе и поставила для него там новый капкан. Не успел Миша отойти от своих любовных переживаний в Тифлисе, как вновь схватил «катар или насморк» – именно так называли тогда в Висбадене балагуры любовный роман. На этот раз этим катаром стала молодая графиня Софья Меренберг – дочь принца Николауса фон Нассау и внучка Пушкина. Среди мужчин Софья пользовалась бешеным успехом – за ней волочились почти все представители европейской знати, отдыхавшей тогда в Висбадене. Но здесь фортуна, наконец-то, улыбнулась Мише. «Блистательная красотка», как называли тогда Софью, выбрала из всех претендентов на ее руку именно его, Великого русского князя. Ну что ж, парню, как говорится, наконец-то, повезло – живи теперь и радуйся. Ан, нет! Судьба вновь преподнесла сюрприз: отец Миши, Великий князь Михаил Николаевич, и сам русский царь Александр III были категорически против этой избранницы и ее брака с Мишей. Почему против? По-видимому, считали Софью недостойной партией для представителя царствующей династии. Сам же Миша повел себя в этой ситуации как настоящий рыцарь. В 1891 году любовная парочка обвенчалась в Сан-Ремо, вопреки воле отца и царя. Обвенчалась тайно в надежде на лучшее. Узнав о такой неслыханной дерзости, отец предал Мишу анафеме, и тот был вынужден, начиная с 1893 года, постоянно жить в Лондоне, оказавшись фактически в положении эмигранта. Там, за границей, имея уйму свободного времени, Миша и пристрастился к лаун-теннису и стал поигрывать на самых известных площадках Европы. Правда, Миша играл в лаун-теннис еще и раньше. Молва утверждает, что молодой русский, наряду с громкими княжескими фамилиями Европы, неоднократно участвовал в 1880-х и 1890-х годах в теннисных турнирах, проводимых в небольшом старинном городке-курорте Бад-Хомбурге близ Франкфурта. В том самом Бад-Хомбурге, где за год до первого Уимблдона (1877), состоялся самый первый турнир в Германии, где, ровно сто лет спустя после этого турнира (1976), сборная СССР одолела команду Германии в драматическом поединке Кубка Дэвиса. Помните: как Теймураз Какулия, проигрывая по сетам – 0:2 лидеру немцев Карлу Майлеру, все же оказался победителем.

Хомбургские турниры всегда отличались особым колоритом. Вот как, к примеру, описывает болбойсов победитель турнира 1889 года англичанин Кларенс Хобарт: «В Бад-Хомбурге мячи игрокам подают хорошо тренированные мальчики. Одетые в ярко-красные куртки, они являют собой красочное зрелище. У каждого из них на рукаве крупная цифра, соответствующая номеру площадки, к которой он приставлен. На игру выдаются 6 мячей, и на каждом мяче проставлен номер площадки. Мальчики несут ответственность за мячи, и если, не дай Бог, какой-либо мяч затеряется, это грозит вычетами из их скромного вознаграждения. Для возвращения мячей в целости и сохранности мальчики проявляют усердие, граничащее с комичным. Их старания нередко сопровождаются излишней спешкой. В них просыпается инстинкт футболиста – догнать мяч во что бы то ни стало. При смене мячей у них появляется непреодолимое желание – выскочить вперед и схватить мяч, лежащий рядом с сеткой, как раз в тот момент, когда подающий игрок начинает замах. Поскольку мальчики говорят только по-немецки – продолжает Хобарт, - то все, говорящие на других языках, испытывали в общении с ними немалые трудности… Чтобы не попасть в неловкое положение, я перед каждой игрой заручался поддержкой кого-нибудь знающего немецкий язык и собирал мальчиков для инструктажа на немецком. При этом я особенно подчеркивал недопустимость их вторжения на мою половину площадки, пока не завершится розыгрыш мяча». На французской Ривьере, в Каннах, у Михаила была роскошная вилла «Казбек» (чувствовалась ностальгия по Кавказу, по юности) с собственным кортом, где он часами шлифовал свое теннисное мастерство. Успешно выступал он и в проводимых тогда лаун-теннисных состязаниях, за что и получил прозвище «Каннский король». Нередко заглядывал Михаил и на виллу своей сестры Анастасии, которая находилась там же, на Ривьере. Кстати, Анастасия тоже была большой поклонницей лаун-тенниса и преданной болельщицей своего брата. За эти визиты брата на Анастасию сыпался град упреков со стороны царствующих родственников из России, которые подозревали ее участие в связях брата, непозволительных с точки зрения его положения. И все же, несмотря на все «грехи», Михаила на Родине не забывали. В 1910 году он был произведен Высочайшим Указом в полковники, коим и числился до большевистского переворота в России. Парадоксально, но именно отлучение Михаила от царствующей династии, от России и спасло ему жизнь. Живи он в России, он, несомненно, разделил бы трагическую судьбу семьи Романовых. Умер Михаил Михайлович 26 апреля 1929 года, в Лондоне, в возрасте 68-ми лет. Сейчас можно без малейшего преувеличения сказать, что он был первым полпредом российского лаун-тенниса за рубежом. Это случилось задолго до появления там таких посланцев нашего тенниса, как петербуржцы Алексей и Сергей Рафаловичи, Борис Струве и Владимир Шмитц, талантливого самородка из Екатеринославской губернии Василия Гладкого. Сколько лет прошло, сколько сменилось поколений теннисистов, а зарубежные старожилы тенниса при упоминании имени Михаила Михайловича до сих пор говорят с нескрываемым пиететом: «О, князь Мишель! Настоящий «Каннский теннисный король»!

Серия сообщений "Наследники по прямой":
Часть 1 - Наследницы по-прямой...
Часть 2 - Наследницы по прямой... Диадема Софьи Меренберг, графини де Торби.
...
Часть 4 - Счастье - это так просто.
Часть 5 - Колесо судьбы.
Часть 6 - Увлечениях династии Романовых. Теннис.