до конца рабочего дня десять долгих минут
и хочется пнуть так, чтобы побольнее,
стол этот дурацкий офисный
и еле тёплые батареи.

и новый приступ яростной социофобии
зимней ангиной в горло моё пролез.
горите в огне, проклятые, богом забытые офисы.
я уезжаю в лес.

кхм. это была лирика, впрочем, злободневная.
на самом деле я всё чаще ловлю себя на мысли, что делаю то, что мне не хочется делать. то ли уровень мотивации упал, то ли приоритеты изменились, то ли я подзабыл, зачем, собственно, всё это затеял.
так или иначе, надо разобраться.

(Издание: Л. Н. Толстой, Полное собрание сочинений в 90 томах, академическое юбилейное издание, том 90, Государственное Издательство Художественной Литературы, Москва - 1958; OCR: Габриел Мумжиев)


1
Мне уже несколько раз приходилось высказывать мысль о том, что патриотизм есть в наше время чувство неестественное, неразумное, вредное, причиняющее большую долю тех бедствий, от которых страдает человечество, и что поэтому чувство это не должно быть воспитываемо, как это делается теперь, -- а напротив, подавляемо и уничтожаемо всеми зависящими от разумных людей средствами. Но удивительное дело, несмотря на неоспоримую и очевидную зависимость только от этого чувства разоряющих народ всеобщих вооружений и губительных войн, все мои доводы об отсталости, несвоевременности и вреде патриотизма встречались и встречаются до сих пор или молчанием, или умышленным непониманием, или еще всегда одним и тем же странным возражением: говорится, что вреден только дурной патриотизм, джингоизм, шовинизм, но что настоящий, хороший патриотизм есть очень возвышенное нравственное чувство, осуждать которое не только неразумно, но преступно. О том же, в чем состоит этот настоящий, хороший патриотизм, или вовсе не говорится, или вместо объяснения произносятся напыщенные высокопарные фразы, или же подставляется под понятие патриотизма нечто, не имеющее ничего общего с тем патриотизмом, который мы все знаем и от которого все так жестоко страдаем.

читать дальше

Журнал "Толстовский Листок - Запрещенный Толстой", выпуск первый, издание второе, Издательство "Пресс-Соло", Москва, 1995.


Вера есть смысл, даваемый жизни, есть то, что дает силу, направление жизни. Каждый живущий человек находит этот смысл и живет на основании его. Если не нашел, - то он умирает. В искании этом человек пользуется всем тем, что выработало все человечество.
Все это, выработанное человечеством, называется откровением. Откровение есть то, что помогает человеку понять смысл жизни. Вот отношение человека к вере.
Что ж за удивительная вещь? Являются люди, которые из кожи лезут вон для того, чтобы другие люди пользовались непременно этой, а не той формой откровения. Не могут быть покойны, пока другие не примут их, именно их форму откровения, проклинают, казнят, убивают всех, кого могут, из несогласных. Другие делают то же самое - проклинают, казнят, убивают всех, кого могут, из несогласных. Третьи - то же самое. И так все друг друга проклинают, казнят, убивают, требуя, чтобы все верили, как они. И выходит, что их сотни вер, и все проклинают, казнят, убивают друг друга.
Я сначала был поражен тем, как такая очевидная бессмыслица, такое очевидное противоречие не уничтожит самую веру? Как могли оставаться люди верующие в этом обмане?

читать дальше

Вот это да. Вот это я прокачал скилл волеприложения. Сел, сделал работу в универ за каких-то пять часов и даже не упал в депрессию! Редкий случай, когда я воистину собой горжусь.
Ну а теперь, как я себе и обещал, наступает вторая половина дня, посвящённая творческих песням, пляскам и всему такому прекрасному. Пойду, для разгона почитаю Толстого.

И да. Помните:

дом, в котором

+2

Все последние четыре месяца я старательно терпел и вёл моб. Теперь лицезрею прекрасные результаты и радуюсь ^_^
Правила просты: выбираем первый пост месяца и первое осмысленное предложение из него.

2012
Январь. Я не совсем в себе, но пусть будет =)
Февраль. Настрой хороший, рабочий такой.
Март. Что я делала все эти дни, кроме как думала и читала?
Апрель. Сучка ты, Морфей.
Май. Проникаясь людьми, я так или иначе всегда живу в ощущении единства с ними.
Июнь. Психологически я ужасно вымотан и на то есть много причин.
Июль. Называется, догадайтесь, о чём я читал.
Август. Я как-то внезапно для себя ожил и приободрился.
Сентябрь. Скачала сегодня все фильмы, которые мне посоветовали.
Октябрь. Пока у меня появилась здравая мысль, надо её записать и воплотить.
Ноябрь. С пятидесятого кадра, я всё-таки сделал правильную настройку фотоаппарата и сумел это запечатлеть!
Декабрь. Я стоял на остановке, смотрел вглубь дороги, ожидая автобус, и думал о том, что пора кардинально менять мировосприятие.

За окном серо той самой серостью, которую я так не люблю. И это не зимняя серость, а городская. Она одинакова во все времена года.
В целом из повседневности описывать нечего - из дома на работу, после работы домой. Куда интереснее то, что происходит внутри, но я не всегда имею возможность это записать, а потом время уходит.

Но сейчас просто по пунктам для истории:
- всё, чего я боялась, не сбылось;
- одновременно с этим я уловил, насколько легко будет потерять всё то, что нарабатывалось последние четыре года;
- писать совместные списки дел забавно и весело - когда потом каждый торжественно подходит и вычёркиваем своим цветом сделанное - это похоже на маленький праздник;
- удивительно, сколько всего мы смогли, о чём ещё три месяца назад даже не думали;
- вместе с тем я устал и не понимаю, от чего. Эта мысль маячит в голове уже достаточно долго, проявляясь только когда позволяешь себе конспектировать прямой мысленный поток;
- до конца рабочего дня час, а я уже страшно хочу домой, чтобы сесть за дела;
- сегодня утром проспал час рабочего времени :D
- в который раз мне помог РР. спасибо им всем и лучи добра;
- хочу рисовать;
- хочу дописать стихотворение. этим и займусь.

Как бы вы объяснили пятилетнему ребенку, в чем ­заключается наиважнейшая добродетель жизни и ­почему эту самую добродетель важно в себе воспитывать?
Нельзя трусить, лгать и нападать. Нужно читать, спрашивать и любить близких. Объяснить это ребенку, и вообще кому бы то ни было, разумеется, невозможно. Да объяснения ведь и не воспитывают. Воспитывают, как известно, обстоятельства. И тут уж как получится.
(с) Последнее интервью с Борисом Стругацким

В последнее время мне хочется читать. И не что-нибудь, а научное и биографии. В частности, биографию Иосифа Бродского и Стругацких. Главное теперь вспомнить об этом дома и обновить читалку.
И всё же как ужасно больно.

Я ехал домой с работы и внезапно подумал, что готов приступить ко второй части альбома "Романс Счастливца", в котором Елена Фролома исполняет песни на стихи Иосифа Бродского. О, как я заблуждался. К этому нельзя быть готовым.
Первая же песня меня прошила насквозь. Я с первых нот почувствовал, как всё пространство вокруг изменилось. Всё как будто замерло и стало разворачиваться по-другим канонам. Дальше я понял, что сейчас разрыдаюсь. Вывалился на первой же остановке - благо, это было за две остановки до меня. И дальше просто шёл и плакал, плакал и шёл. Потому что это настолько больше меня, больше всего... это буквально формула абсолюта в нескольких строках. Дослушав первый раз, начал слушать второй. Трясло так, что зуб на зуб не попадал, и -16 тут совсем не при чём. Больше решил не экспериментировать на улице, пошел дальше по альбому.
Но всё-таки. Это свило столько всего... и "мы не умеем взрослеть", и деревья, все эти образы леса, тумана, и "угасшие небеса", и "плакать и петь вдоль осенних оград"... Небо, где найти силы, чтобы это всё теперь вынести.



текст

Я стоял на остановке, смотрел вглубь дороги, ожидая автобус, и думал о том, что пора кардинально менять мировосприятие. И самое важное, что нужно сделать - это отринуть все пережитки настоящего и негативно-человеческого, столь распространённого и повсеместно встречающегося, что невольно начинаешь воспринимать их как норму. Но это не норма и заблуждаться не стоит.
Во-первых, я предлагаю себе отринуть все страхи, комплексы и неуверенности. И не так, как я делал это раньше - по косточкам разбирая каждую, копаясь в детстве и глубине, разбирая все причины, почему оно имело место быть и после долгое время вынашивать в себе эту решимость, наконец, перешагнуть и гордо поднять голову. Нет, это всё долго и, на самом-то деле, отдаёт себяжалением. Я предлагаю себе просто отринуть их, как если бы это была не часть чего-то, уходящего вглубь корнями, а всего лишь луковая шелуха. У меня есть большие основания думать, что так оно и есть на самом деле. Нужно только решиться. Конечно, корни придётся искать всё равно, но суть здесь уже совсем другая.
Во-вторых, я предложил бы себе меньше думать о том, что _не_ так. Все эти перемывания того, что ооо, столько дел, столько дел, как я всё успею, куда бежать, я не хочу универ, я и это не хочу и то, а хочу я вот то, но так как я вынуждена делать то - а я не хочу и потому туплю в стену - то всё это затягивается и я не могу толком сделать даже те дела, которые мне по душе. Зачем вот это всё? Не проще ли методично делать? Дела - они, знаете ли, конечны. Рано или поздно квартира будет прибрана, рабочее место собрано, универ сдан. И всё! Свобода же! И да, я знаю, что всегда добавляются новые дела. Но они, опять же, не такие уж большие и не так часто сваливаются. Ну, если делать методично. В режиме аврала всего всегда неподъёмно много, угу.
В-третьих, я предлагаю себе окончательно вычеркнуть из категорий, которыми я оперирую в жизни, такие вещи как "одобрение", "социальный успех", "ориентированность на рынок", "ориентированность на современный язык и приоритеты окружающих" и тому подобные вещи. Не то чтобы я часто этим пользовался, нет. Стоит признать, что тут я всё-таки прошёл немалый путь. Однако предлагаю себе шагнуть ещё дальше и отринуть все эти категории как таковые. Причина такого предложение - это всё равно фонит на творчество. И это мешает мне, очень мешает. И так как подстроиться в современную среду - вариант, но не вариант, то выход я вижу только один - занырнуть в себя, полностью отдаваясь творчеству в том виде, в каком я найду его внутри себя. И выражая его именно так, как я найду внутри себя, а не пытаясь что-то там под кого-то заравнять. Это будет сложно, но интересно.
Хм. Ну, это пока все конструктивные предложения, которые я могу внести.)

Выходные прошли в целом плодотворно. Субботу в большинстве своём гамал в Tropico 4 *О* (Мигель, огромное спасибо). В воскресение отвис и сделал много дел. А вечером - уже около 22 - мы отправились в небольшое путешествие. Заехали в Академгородок, чтобы посмотреть на красивый дом (!), потом катнули до Бердска, затем проехали по дамбе и вернулись домой около 1.30. При том, что у троих из нас четверых сегодня работа, а значит подъём в шесть утра - это, конечно, лол. Фото очень любительские, но как получу может быть что-нибудь и выложу.

Закончить же стоит стихотворением Иосифа Бродского:
...и при слове "грядущее" из русского языка
выбегают мыши и всей аравой
отгрызают от лакомого куска
памяти, что твой сыр дырявой.
После стольких зим уже безразлично, что
или кто стоит в углу у окна за шторой,
и в мозгу раздается не неземное "до",
но ее шуршание. Жизнь, которой,
как даренной вещи, не смотрят в пасть,
обнажает зубы при каждой встрече.
От всего человека вам остается часть
речи. Часть речи вообще. Часть речи.

Проснись, пряди, пой, напевы свои плети,
и не думай, не сжимай в горсти
лето, не жги мостов, не болей. Расти,
собирай травы и жгуче верь -
длинноволосый Фей
стоит на страже в проёме твоих дверей.

Радуга разноцветных прядей его как рассвет,
колокольчиками звенящий в холодный час.
Лес извечный, живой
Небо с синевой
Земля с травой
Огонь ведьмовской
на постой
принимают навечно нас.

Фей смеётся заливисто, улыбается мне в ответ,
Фей садится вместе со мной за стол.
Фею много, сказочно много лет,
хотя вечно молод
хорош и в жару и в холод
выточенно одет

Мы хватаем хвосты иззеркальностей наших снов,
пробуждаем совсем иные - мои - миры.
И вскрываются шептуны,
вруны
и говоруны
А кто прочие - все для нас равны.
Безвредны.

А ещё мы смотрим в окна, сплетая снег в белые косы,
И танцуем со снежинками в свете огней...

Эта ночь -
как и все остальные -
волшебственней и острей,
если только тот, кто с тобой - Фей,
решивший вступить на стражу в проёме твоих дверей.

Can you touch
The root that feed us
Can you hear
The words that i say
Can you feel
The music move you
Can you feel alive today

Can you feel alive
Can you feel alive
Can you feel alive

Strong like the grass
Tall like a tree
Free like the wind
Eternally
Nothing to lose
Nothing to gain
Just running wyld
Again and again and again



собственно, оно того стоит, да)

Кстати о бабушках.
Сегодня снил, что всё ещё живу с бабой Верой. И приезжает бабушка по папиной линии, которая совсем-совсем моя, которая живёт с родителями. И вот, мы все собираемся на моей предыдущей квартире (только планировка совсем другая), и все такие радостные встрече, смеёмся, обнимаемся. И никто меня не понукает, что я не успеваю звонить, а наоборот, понимают, что устала и успокаивают, что всё хорошо будет.

Да, надо сегодня до родителей съездить.

Не узнаешь, насколько свободен, пока не рискнёшь сойти с этой крохотной точки баланса между я-мы и вы-все.
Я пробовал, маялся, пытался смотреть под разными углами, но когда пошла психосоматика, плюнул и отказался. Всё, никаких продаж. Я согласен получать в два раза меньше, но при этом ощущать и прикладывать свои силы в правильных направлениях. Мы с миром о средствах как-нибудь договоримся, были бы силы договариваться.

В остальном, веселье. Ну, во-первых, сорвался и трансформировал то, что попало под руку, то есть комнату. Да будет долина и сопутствующее ей. Во-вторых, начал учиться плести. И вот не спрашивайте, почему я вдруг решил, что мне необходимо срочно начать изучать узлы. Я не знаю. Но почему-то оно не только подумалось, но и сложилось, и делается даже. В-третьих, днём вторника у нас отключили отопление. Да, в -25. И до самого вечера среды всё это чинилось. Хорошо хоть горячую воду пораньше вернули. Холодно было ммм. Я ходил только что не в пуховике. Вроде бы, даже до сих пор здоров, что радует неимоверно)
Думаю сегодня докатиться до дома, попить чаёк, забрать письмо Карен, которое таки нашло меня спустя столько времени (я уже подумывал отчаиваться, но вот оно всё как. даже с почтой России отчаиваться не стоит). А ещё у меня были всякие ниточки-иголочки-канва, театральный холст опять же... когда я успел всё это добро накопить? я же по текстам, вроде. Хотя это было до текстов.

Странное дело, но чем самостоятельнее я живу, тем больше антивзрослею. Дома на меня всё время влияли родные и это было "учиться, работать, впахивать, какие-то социальные институты трансформировать, реализовывать проекты, продвигаться..." Я пожил с бабушкой. Теперь живу совсем самостоятельном, в совершенно "своём". И я снова смотрю и не понимаю: мне это всё надо? все эти институты, признания, социальные статусы? оно же всё о другом, всё по-другому. да, тексты. но не потому, что редактор - власть, сила, деньги, признание. а потому что текст - это воздух, полотно, на котором выткано всё и вся. и жить без этого тошно и серо. чтение и исследования с возможной аспирантурой - не потому что степень и работа выгодная, а потому что думается, потому что вопросы есть и они живут, терзают, интересуют. и работа временная тоже не за тем, чтобы средства. а для самоорганизации и порядка.
странно всё, зыбко.
как раз недавно наглядно увидел точку зрения, что "стрессоустойчивость надо воспитывать". и так это, знаете, тоскливо, потому что не этим я занимаюсь совсем. а с позиции таких людей, наверное, только увиливаю от стрессов, да вихляю, как бы попроще, проблемы отталкивая. этакий ленивый бесперспективный скот.
но зачем мне эти проблемы и сложности, если всё о другом?
надо думать о семье, о материальном, вон, оказывается, люди в ущерб отдыха - крайне необходимого, к слову! - работают, чтобы машину взять. а я смотрю и не понимаю. если я ценой своего творчества куплю что-то материальное, да я же... преступление совершу, не иначе.
и может быть не стоит оно того. может быть таланта нет такого, чтобы радеть и отказываться от всего, кроме. может быть и не стать мне Бродским, или Юнгом, или Гессе. только какая в сущности разница, когда оно растёт изнутри.
а с другой стороны мысли всё равно крутятся. "а если это просто лень и социофобия? сказочка для того, чтобы успокоить себя и лениться дальше?"

а вообще я с этими продажами-сессией выпал в режим малоэмоционального серого восприятия. книги и те не трогают, как обычно. только в косвенных признаках вижу, что всё-таки проникает читаемое вглубь, даже если и не ощущаю этого. тоска.
надо продолжать упорядочиваться. и долги текстовые раздать. ох.

p.s. уверен, что когда в будущем буду перечитывать посты последних дней, разгляжу в них явный отпечаток кое-кого, дочитанного сегодня. и это не к лучшему и не к худшему. просто иначе я осмыслять не умею.

Мне нравится писать стихотворения в этой новой для меня, перекошенной, свободной манере. Как будто я всегда хотел, но никогда не мог себе позволить сделать именно так. Не знаю, конечно, как это всё по восприятию идёт... мне надо приноровиться, ухватить, понять... Ну и плюс это поток образов, так что я не удивлюсь, если некоторые строки будут повторяться из одного стихотворения в другое снова, и снова, и снова. Это ж навязчивое моё, какое оно внутри. Местами пахнущее лесом и мхами, где-то звенящее текущей водой, где-то жгущее огнём, где-то поющее ветром, где-то с застоявшимся вкусом безнадежности, иногда со жгучей горечью, иногда в ярких красках, иногда в серо-коричневой гамме only. Всё, как и должно быть в долине. А долина - то, откуда мы начали и то, куда мы возможно когда-то вернёмся. Я всё ещё не потерял надежды, кстати.

И я бы должен написать о выходных, но снова проваливаюсь не в описания внешнего, а внутреннего. В целом, мы просто делали дела по быту, съездили за продуктами, а вечером воскресения совершенно чудесно справили День Рождения Павлика. Эта атмосфера, когда вы все, сидящие за столом, больны. Каждый чем-то своим и каждый - глубоко. И каждому есть, что сказать, за что радеть, за что жить и от чего болеть.
Наверное, я никогда не привыкну к этим посиделкам. И слава Небу за это. Потому что каждый раз это откровение, чудо, рождающееся на моих глазах. И весь мир замирает, останавливается на несколько часов, давая нам просто побыть вместе. Посмеяться, поговорить, поделиться нажитым и узнанным, поддержать друг друга, положить незримую руку на плечо и как будто шепнуть: "всё правильно".
И это правильно, так по-настоящему правильно, что здесь можно усмотреть и всю гамму цветов, и раскручивающиеся спирали, и огоньки на руке.
А ещё я наконец-то не должен после этих встреч раздираться надвое и возвращаться к кому-то домой. Я - мы - просто приходим домой, открываем ключом дверь и долго разговариваем на кухне, намечая планы, расставляя приоритеты, ясно видя и осмысляя всю свою жизнь в устремлениях и сумме интересов. И это по-настоящему прекрасно. Ещё одно чудо - одно из многих, что я наблюдаю в последние недели.

И хотя работы выбила меня из колеи, хотя я на какое-то время забыл, что я иду, а не меня идут - стоит вспомнить об этом, как время теряет свой безудержный бег и смотрит тебе в глаза, предлагая шагнуть самому. Как если бы сутках было совсем не 24 часа, как если бы ты мог успеть всё. Впрочем, ты и успеваешь всё - всё, что считаешь важным.

I
Чёрный бесконечный поток, временная петля.
Я
стою и думаю, что зазря
были тревоги мои и страхи.
А мысли ползут будто пьяные черепахи
И ничего не попишешь тут, не споёшь.
Время часами тикает,
снег метёт.

II
Смоет воспоминания мои с прибрежных камней.
Чья-то лежит забытая у дверей
пастель.
И поют скрипки,
и цепляются за деревья нитки
и упрямый репей застрял на моём загривке.

Ночь.
Звезды, да переправы.
Сколько надо знать, чтобы увериться - все неправы?

III
И бывают дни, будто не мы стоим во главе бесчисленного всего.
Кажется - всё одно,
и лень, и мягких полутонов безликие переходы.
Торжество
осени.
Жалкое баловство.

IV
Если бы я мог знать, когда молчать, а когда говорить,
когда время не пить, а благоволить.
И петь.

Решено легкие платья надеть,
отсечь лишние перья, шагнуть, посметь
взлететь.

V
И пускай такими далекими кажутся облака.
Всё, что кажется можно разрушить одним лишь словом.
В сердце самого малого уголька -
Пламя.
И шумят ветки в лесу еловом.

Пока звенят эти колеса, пока поёт вода и текут ручьи
научи
жить, петь, верить, брать на поруку крылатые, но ничьи
слова
бедные, забытые, перекошенные,
кем-то за что-то брошенные
ввысь и повисшие там вниз головой

Или не учи меня ничему, но будь
со мной.

кто тоже видит птицу, тому печеньку :)