К Колчаку в России отношение неоднозначное. Мы в школе учили, что он был врагом, сейчас в Иркутстке, на месте его гибели стоит памятник. А тело его так и не предано земле. Каким был Верховный Правитель России, Верховный Главнокомандующий России?

По семейному преданию, род Колчаков появился в России в XVIII веке. По одной из версий, Колчаки возводили свой род к хану Кончаку, вероятно по созвучности фамилии. Совершенно достоверно то, что предки Колчаков имели сербские или хорватские корни. 

Первый представитель этого рода, о котором есть документальные сведения, был сербом, исповедовавшим христианскую религию. Попав под турецкое владычество, он перешел на службу к султану и принял мусульманство. Зваться он стал Илиас-паша Колчак. У турок он стал болюбашем, что равно чину полковника. 

В годы русско-турецкой войны 1735—1739 годов Илиас-паша Колчак руководил обороной Хотина и был взят в плен вместе со всем гарнизоном крепости. После подписания мира с Турцией Илиас-паша решил вернуться на родину, и получил на это милостивое разрешение. Уже по дороге домой он узнал, что на родине его ожидает смертная казнь, и решил не искушать судьбу. Он поехал в Польшу к своему старому другу гетману Потоцкому, где и провел последние годы жизни.

Сын его остался в России и перешел на русскую службу. От императрицы Елизаветы Петровны он получил русское подданство, был возведен в дворянское достоинство с дарованием ему герба. Колчаки стали служить новой родине верой и правдой. 

В войнах с турками за доблесть и мужество был награжден землями сотник Бугского казачьего войска Лукьян Колчак, а его сын, Федор, закончил военную службу уже в чине полковника. Дети Федора Колчака – Василий, Александр и Петр – выбрали для себя флот. Василий Иванович Колчак был женат на Ольге Ильиничне Посоховой, происходящей из дворян Херсонской губернии. У них было трое детей – две дочери, Екатерина и Любовь (умерла в детстве), и сын Александр, будущий русский адмирал флота.


Александр Васильевич Колчак родился 16 ноября 1874 года в Петербурге. Будущий «верховный правитель России» рос, как он впоследствии писал сам, «в чисто военной семье». Родственники по линии как отца, так и матери были военными, посему даже среда, окружавшая Александра Колчака в детстве, была исключительно военной.

В 1888 году он уже числился в списках кадетов Морского корпуса. Его фамилия всегда была в списке первых воспитанников корпуса по успеваемости, и в 1893 году он был назначен фельдфебелем младшей роты. Морской корпус Александр окончил весной 1894 года вторым в списке и осенью того же года был произведен в мичманы. 

Первую офицерскую практику он прошел на должности вахтенного начальника броненосца «Рюрик». На следующий год Колчак перевелся на Тихий океан вахтенным начальником «Крейсера». Плавание на «Крейсере» стало первым серьезным походом Колчака. В свободное время он занимался научными работами по океанографии и гидрологии. 

По возвращении в 1899 году в Петербург лейтенант Колчак узнал о готовящейся Русской полярной экспедиции под руководством барона Э.В. Толля и добился своего включения в состав ее участников. В ходе экспедиции он проводил гидрологические и ряд других исследований, результаты которых систематически сообщал в Академию наук. В 1901 году он вместе с Толлем совершил экспедицию на полуостров Челюскин. За 41 день в сильную пургу экспедиция прошла 500 верст. 

В следующем году Колчаку пришлось принять участие уже в другой экспедиции. Стало известно, что санная экспедиция под руководством Толля отправилась к острову Беннетта и пропала. Александр Васильевич получил официальное приглашение возглавить спасательную экспедицию, и он дал согласие. 


В течение 42 дней продолжались поиски. На спасательной шлюпке люди пробивались через прибрежные арктические льды. Колчаку удалось найти то, что осталось от экспедиции – документы и гидрологические коллекции. Сам Толль и другие участники экспедиции погибли. За свое полярное путешествие Колчак был награжден орденом Св. Владимира 4-й степени. Русское гидрографическое общество наградило его большой Константиновской золотой медалью. В 1906 году Русское географическое общество избрало Колчака своим действительным членом.

С началом русско-японской войны Александр Васильевич отправляется на тихоокеанскую эскадру в штабе адмирала С.О. Макарова в Порт-Артуре. Здесь он получил назначение на должность вахтенного начальника на крейсер «Аскольд», в апреле был переведен на минный транспорт «Амур», а затем стал командиром эсминца «Сердитый». Под командованием лейтенанта Колчака эсминец осуществлял нападения на корабли японской эскадры, а поставленная им минная банка стала причиной гибели японского крейсера «Такасого». 


В ноябре 1904 года Колчак был назначен командиром двух артиллерийских батарей на северо-восточном крыле крепости. Незадолго до падения Порт-Артура он получил ранение и попал в плен к японцам. В апреле 1905 года он через США вернулся в Петербург. За участие в русско-японской войне Колчак был награжден орденом Св. Анны 4-й степени, орденом Св. Станислава 2-й степени с мечами и золотой саблей с надписью «За храбрость».

После войны Колчак последовательно занимал должности начальника статистического отдела и отдела по разработке стратегических идей защиты Балтики во вновь созданном Управлении Морского Генерального штаба, а также читал лекции в Морской академии.

В том же году Колчак вновь вернулся на военно-морскую службу и был назначен командиром эсминца «Уссуриец». Через год он был переведен на миноносец «Пограничник» на должность флаг-капитана оперативной части штаба командующего.


Первая мировая война выявила выдающиеся способности Колчака как военно-морского деятеля. Сразу же после начала боевых действий на Балтике он стал заниматься составлением диспозиций для боевых кораблей в целях защиты Балтийского побережья. Осенью Колчак был назначен командиром минной дивизии и в боях за побережье Рижского залива применил на практике высадку морского десанта. За умелые и решительные действия против германского флота наградой Колчаку был орден Св. Георгия 4-й степени.

В июне 1916 года Колчак был произведен в контр-адмиралы и получил приказ отправиться в Севастополь и принять под свое командование Черноморский флот. Незадолго до своего отъезда с Балтики Колчак был произведен в вице-адмиралы. Корабли под личным командованием вице-адмирала начали выходить в открытое море и завязывать бои с кораблями противника. Новым для Черноморского флота стала постановка минных заграждений в Босфоре. 

В Севастополе его застала телеграмма Морского министерства о Февральской революции и о переходе всей власти к Временному правительству. Колчак не был по своим взглядам монархистом, более того, он считал, что революция поможет довести войну до победного конца и завоевать черноморские проливы. 

 
В первые дни в Севастополе сохранялось спокойствие. Личный состав флота и население города полностью доверяли вице-адмиралу, который пользовался большой популярностью, и это помогало ему сохранять уверенность в проводимой им политике. Даже после получения приказа № 1 Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов Колчак, выступая в морском Собрании, призвал офицеров «сплотиться с командой» и сделать все возможное для успешного завершения войны. Он резко критиковал идеи о дисциплине, основанной на «классовом сознании», подчеркивая, что это может привести к гибели армии и флота.

В июне по Севастополю распространились слухи о тайных собраниях морских офицеров. В городе начались матросские митинги, на которых собравшиеся требовали арестовать некоторых офицеров, а у остальных изъять личное оружие. Александр Васильевич также сдал свой кортик, который смущенные матросы поспешили ему вернуть. Однако Колчак бросил кортик в море, объявив, что в нынешних условиях им может владеть лишь море. 

В нем все более крепло желание отказаться от командования Черноморским флотом, и в середине июня он передал свои полномочия контр-адмиралу В.К. Лукину, известив обо всем Временное правительство. В ответной телеграмме ему предписывалось срочно прибыть в Петроград и объяснить, с чем связана его несанкционированная отставка.


В августе Колчак принял приглашение американской военной миссии на участие в боевых действиях американского флота. Это приглашение носило скорее почетный характер, нежели желание делового сотрудничества. Пребывание в Америке показало Колчаку и тщетность надежд на активную роль армии и флота США в войне. Находясь в Сан-Франциско, Колчак узнал о происшедшем перевороте 25 октября 1917 года в Петрограде. Известие о намерениях новой власти выйти из войны и подписать мир с Германией настолько потрясло его, что Александр Васильевич принял решение не возвращаться в Россию и перейти на британскую военную службу.

В декабре Колчак был послан на Месопотамский фронт, но уже весной 1918 года получил распоряжение британского правительства выехать в Китай. В Пекине вице-адмирал был избран членом правления КВЖД, которая стала его своеобразной операционной базой для создания армии, предназначенной для освобождения России от большевизма.

С апреля по сентябрь 1918 года Колчак занимается формированием вооруженных отрядов для борьбы с большевиками. Восстание чехословацкого корпуса привело к свержению власти Советов в Сибири. Колчак выехал в Омск. В новом Всероссийском правительстве Уфимской директории он занял пост военного и морского министра. Он сумел заручиться поддержкой большинства офицеров армии и казачества, которые требовали от членов Директории принятия более жестких и целенаправленных мер по созданию армии для освобождения России от большевизма.

При поддержке англичан и единомышленников Колчак 18 ноября отстранил Директорию от власти и сформировал новый совет министров, который объявил его Верховным правителем России. В своем первом официальном выступлении он заявил: «Главной своей целью ставлю создание боеспособной армии, победу над большевиками и установление законного правопорядка, дабы народ мог беспрепятственно избрать себе образ правления, который он пожелает, и осуществить великие идеи свободы, ныне провозглашенные по всему миру».


Возложив на себя чрезвычайные полномочия, верховный правитель занялся созданием армии и принимал самые жесткие меры по укреплению своего тыла. Командующим военных округов были предоставлены самые широкие полномочия.

К весне 1919 года численность Белой армии в Сибири была доведена до 400 тысяч человек, и уже в марте Колчак, начав активное продвижение на запад, прорывает Восточный фронт Красной армии. Прорыв Восточного фронта положительно сказался на всем ходе борьбы Белого движения. Наступление Красной армии на юге было прекращено, и все главные силы Красной армии были брошены против Колчака.

В мае–июне 1919 года главная группировка колчаковских войск (Западная и Сибирская армии) была разбита и отброшена до предгорий Урала. В белом тылу разворачивалось партизанское движение населения, недовольного мобилизациями и многочисленными поборами местных властей. Ухудшалось снабжение армии продовольствием, что, в свою очередь, вело к дезертирству рядового состава. Отношения верховного правителя с союзниками также осложнились. Чехи, считавшие себя спасителями Белой России, теперь старались занимать независимую, зачастую враждебную колчаковской власти позицию, а разоружить 5-тысячный корпус в своем тылу Колчак не смог.


Красная армия продолжала наращивать наступление. В июле ее части взяли Екатеринбург, в августе – Челябинск, в ноябре они уже были в районе столицы Белой России – Омске. Верховный правитель покинул столицу 12 ноября, предварительно вывезя из нее золотой запас. 

Один из поездов его канцелярии столкнулся с «золотым эшелоном», что привело к пожару в последнем. В огне было уничтожено восемь вагонов с золотом, несколько ящиков было просто украдено. Лишь после перегрузки золотого запаса в другие вагоны поезд смог двинуться дальше. В конце ноября Колчак вместе со своим штабом прибыл в Новониколаевск (Новосибирск), а через месяц ему удалось достичь Нижне-Удинска.

6 января 1920 года Колчак подписал приказ о сложении с себя звания верховного правителя и передачи его генералу Деникину. Главнокомандующим войсками Дальнего Востока и Иркутского военного округа был назначен атаман Забайкальского казачества Семенов. Союзники не смогли (или не пожелали) обеспечить проезд бывшего верховного правителя дальше на восток, а Иркутский эсеро-меньшевистский Политический центр предпочел арестовать и выдать Колчака Иркутскому Военно-Революционному Комитету большевиков.



15 января 1920 в 9 часов 50 минут вечера по местному, иркутскому, времени Колчака арестовали. В одиннадцатом часу ночи под усиленным конвоем арестованных провели по торосистому льду Ангары, а дальше на автомобилях Колчака и его офицеров перевезли в Александровский централ. Иркутский ревком намеревался сделать открытый судебный процесс над бывшим Верховным правителем России и министрами его Российского правительства. 

21 января 1920 года образованная чрезвычайная следственная комиссия приступила к допросам высокопоставленного арестованного. С 22 января Чрезвычайная следственная комиссия начала допросы, продолжавшиеся до 6 февраля, когда остатки армии Колчака вплотную подошли к Иркутску. Ревком вынес постановление о расстреле Колчака без суда. 


Его участь была определена телеграммой из Москвы: «Не распространяйте никаких вестей о Колчаке, не печатайте ровно ничего, а после занятия нами Иркутска пришлите строго официальную телеграмму с разъяснениями, что местные власти поступили так под влиянием угрозы и опасности белогвардейских заговоров в Иркутске. Беретесь ли сделать архинадежно? Ленин. » 

Вскоре в Кремле был получен ответ: «Сегодня ночью дал по радио приказ Иркутскому Штабу коммунистов (с курьером подтвердил его), чтобы Колчака в случае опасности вывезли на север от Иркутска, если не удастся спасти его от чехов, то расстрелять в тюрьме».

Александр Васильевич догадывался об участи, которая его ожидает. Он выслушал приговор спокойно и спросил, почему его расстреливают без суда, но вразумительного ответа на свой вопрос не получил. 7 февраля 1920 года в 4 часа утра на берегу притока Ангары реки Ушаковки приговор был приведен в исполнение. Колчака вместе с премьером В.Н. Пепеляевым расстреляли на брегу реки Ушаковки и сбросили в прорубь. 

Ледяная вода приняла того, кто был связан с нею большую часть своей жизни, в которой ему удалось сделать так много как для русской науки, так и для всего российского флота.