ВИСЫ СЕВЕРНЫМ БОГАМ

Висы сочинять - это весьма непростое занятие и для этого, безусловно, нужен дар. Называть висой обычный стих - все равно, что называть курицу птицей. В сети можно найти множество вис, которые на самом деле являются простыми стихами, сочинёнными дилетантами любящими польстить самим себе и показать свою причастность к северной традиции. Классические висы отличаются иносказательной формой и особым размером стиха, обычно дротткветом, писать их надо на древнескандинавском. Галина Бедненко в своей книге “Школа рун” рассказывает нам о технике составления дротткветтов.

Строфу составляют восемь строк. Строфа семантически и синтаксически делится на две полустрофы, по четыре строки в каждой. При этом мысль и предложение не должны переходить из одной полустрофы в другую (тем более из одной строфы в другую). Таким образом, каждая полустрофа должна быть автономна, закончена.

1. В каждой строке - шесть слогов: три ударных и три безударных. Первый слог чаще всего ударный. Последний - обязательно безударный (предпоследний обычно ударный).

2. Лучше, однако, чтобы место остальных ударений в строках варьировалось. Это придаст стиху несколько «ломаный, спотыкающийся ритм» (по выражению, О. Смирницкой).

3. В нечетных строках [1, 3, 5, 7] в двух ударных слогах (чаще всего первом и третьем) повторяются согласные, стоящие за гласным. Ударные гласные не должны быть одними и теми же. Это называется неполной рифмой.

4. В четных строках [2,4,6,8] повторяются и гласные, и стоящие за ними согласные. Это называется полной рифмой. Ударные гласные, по скальдическим правилам, могут совпадать только в четных строках. В русском языке это не всегда возможно, потому можно к этому стремиться, но всегда следовать необязательно.

5. Предложения могут переплетаться, то есть, одно может разрываться другим или частью другого.

6. В скальдических стихах используется аллитерация - созвучие (или повторение) предударных согласных. В древнеисландском они обычно попадают на начало слова и его корень. При этом в нечетных строках [1, 3, 5, 7] должны аллитерировать два слога, а в четных [2, 4, 6,8] - один. В русском языке, конечно, с этим возникнут определенные сложности, но, если допустить, что в нашем случае это скорее желательное условие, чем обязательное, они вполне решаемы.

7. В древнеисландском много слов состоит только из одного слога, то и при составлении скальдического стиха на русском языке хорошо использовать односложные и вообще короткие слова, особенно короткие архаизмы («длань» вместо «ладонь», «днесь» вместо «сегодня» и т. д.).

8. Кеннинги — очень важная составляющая скальдического стиха. Это иносказательное определение некоего важного понятия. Обычно фраза, состоящая из двух слов. Одно из них является базисом и стоит в именительном падеже, другое - определением и стоит в падеже родительном. «Конь моря» или «лыжи жижи» - обозначают «корабль». При этом базис не должен означать того же самого, что и весь кеннинг, но иметь какую-то общую черту с тем, что кеннинг обозначает. Определение же должно указывать на сферу действия того, что кеннинг значит.

9. Ни в коем случае нельзя употреблять в скальдических стихах всякие романтические эпитеты вроде «взволнованного моря» или «вишневых губок». Просто украшательства совершенно чужды скальдической поэзии.

Скальды - скандинавские поэты средневековья, сочинявшие ни на что другое не похожие "скальдические" стихи. Скальды из века в век разными определениями описывали один и тот же круг"героических" понятий: мужчина, женщина, битва, оружие, корабль, золото. Искусство состояло в варьировании формы для определения все тех же вечных для викинга (или просто скандинава) понятий и ценностей. Также скальд должен был быть ученым человеком, и прежде всего, хорошо знать мифологию. Скальдом как бы рождались, если иметь в виду неустойчивый темперамент - смесь меланхолика с холериком. И уже в детстве, как у Эгиля Скаллагримсона, у них могли прорезаться скальдические способности. Скальды высоко ценили свое мастерство и обычно связывали свой дар непосредственно с Одином. Поэтическое искусство скальда это результат его мистического контакта, взаимоотношений с Одином. Это дар, полученный от самого бога. Одним из испытанных способов получить его было сидение под повешенными. Висельники посвящались Одину, потому что сам Один повесил себя на ясене Иггдрасиль и, вдобавок, преступники карались повешением, и их приносили в жертву Одину. Однако имело смысл и то, были ли в роду человека известные скальды. Талант мог проявиться по прямому и последовательному кровному родству. Но главными все равно оставались непосредственные заслуги самого скальда. Скальды не любили рассказывать про своих "человеческих" учителей, а говорили о своих стихах как о "находке Одина", давшего им вдохновение. В сагах упоминается именно чудесное становление обычных людей скальдами. Проявиться скрытому таланту скальда могла помочь встреча с удачливым человеком, особенно удачливым правителем. Поскольку у скальдических стихов существовали довольно сложные законы и приемы, то было бы очевидным считать, что кто-то где-то этому учил. И эту науку требовалось постигать сравнительно долго. Однако, об этом ничего нам неизвестно. Скальдические стихи не были предназначены для повествований. В них больше описывается состояние, нежели действие. Умение скальда рождало в слушателях восхищение и гордость его ученостью и профессионализмом. Скальд должен был уметь как импровизировать, так и хорошо декламировать свои стихи. Вдобавок ко всему, надо было помнить множество стихов своих предшественников - так сохранялась историческая память и свидетельство о славе предков. Скальдические песни были сугубо авторскими, и заимствование тех или иных строк, а также явное их переделывание осуждалось. Скальдические стихи сочинялись и воспринимались нелинейно, вне пространственно-хронологической последовательности. Скальдическая строфа схватывает отдельные картины ситуации и образов. Слова расположены в порядке, подчиненном звуковым построениям и повторам. Трудно предположить, что подобная речь давалась скальдам легче легкого, без предварительного обдумывания. Все же, о таких случаях рассказывается, впрочем, как о чем-то необыкновенном. Скальды, как всякие люди мастерства, любили посоревноваться друг с другом. Иногда эти состязания были настолько серьезны, особенно если охватывали другие, важные сферы их жизни (как любовь к одной и той же женщине или милость конунга), что словесный поединок продолжался и после смерти. По крайней мере, так рассказывается в "Саге о Гуннлауге Змеином Языке". После того, как Гуннлауг и Храфн убили друг друга на поединке из-за жены Храфна и возлюбленной Гуннлауга, то они явились во сне каждый своему отцу и сказали по висе о том, как произошел поединок.

Гуннлауг сказал такую вису:

Гуннлауг пал в поединке,
Он храбро сражался с Храфном,
Ранив недруга в ногу
Рыбой ратной рубашки.
Жадный до теплой крови,
Ринулся ворон к трупам,
Мне ж вороненую сталь
В голову Храфн направил.

Храфн же сказал своему отцу Энунду такую вису:

Я меч обагрил. Но раньше
Рёгнир меча меня ранил.
Звери щитов за морем
Звонко в щиты вонзались.
Гуси крови слетались
Крови с голов напиться.
Перьями ястреб ран
Озеро ран разбрызгивал.
автор Merlin