15 августа 1947 года Британская Индия получила независимость. Бывшая колония была разделена на индуистскую Индию и мусульманский Пакистан. Миллионы эмигрантов оставили свои дома и двинулись в путь, чтобы найти убежище в стране своей веры. В новорождённых странах мусульмане убивали индусов, те сжигали целые деревни. В Дели начались страшные мусульманские погромы.

Маленький сухой старик объявляет голодовку. Семнадцатую в своей жизни. Шесть дней он ничего не ест. Об ухудшении его состояния сообщают радио и газеты. От тысяч людей он требует — прекратите убивать.

Через шесть дней в Дели подписывают перемирие.

Мохандас Ганди выпивает стакан апельсинового сока.

В недавнее время вождь Индии Махатма Ганди предписывал голодание не только для исцеления тела, но и как средство духовного и умственного развития человека. Голодание лишь с целью оздоровления тела на санскрите называется анашана, а с целью телесного, ментального и духовного прогресса — упаваса. Упаваса в переводе с санскрита означает «быть рядом с Богом», и это значит, что во время голодания духовный искатель направляет всю свою энергию, которая высвободилась из-за отсутствия приёма пищи, в духовную сферу, то есть в этот день выполняет больше духовных практик, чем обычно.

Читать дальше

В ранней юности Мохандас пробовал брать уроки танцев, учился играть на скрипке. Съел несколько кусочков мяса. В сущности, это всё, чем он позволил себя соблазнить. Всю свою жизнь Ганди занимался самоограничениями и самодисциплиной. Сам он называл свою жизнь экспериментом с истиной. Можно ли считать эксперимент неудавшимся, если экспериментатор погиб от руки человека, которого он хотел научить любви? Вскоре после получения Индией независимости Ганди был убит религиозным фанатиком-индусом.

Во время учёбы в Лондоне Ганди впервые прочёл «Бхагавад-Гиту». Он изучал Библию, Коран. Большое влияние оказали на него и размышления Льва Толстого о непротивлении злу насилием. При столкновении с жестокой реальностью жизни в английских колониях все эти идеи сошлись у Ганди в уникальную философию — сатьяграха. «Упорство в истине». Это совершенно нестандартный метод борьбы с политическим противником. Для победы необходимо добиться полной гармонии с ним. И даже понимать и учитывать его интересы.

В Южной Африке — британской колонии — в 1906 году был опубликован закон, который индийцы назвали «чёрным». Все 150 тыс. индусов, проживающие в Южной Африке, обязаны были сдать отпечатки пальцев, получить регистрацию и допускать проверки в своих домах. Отцы семейств обещают убить первого английского полицейского, который посмеет войти к ним в дом.

В это время Мохандасу Ганди 37 лет. Он работает в Южной Африке юрисконсультом торговой компании. У него четверо детей. Мохандас очень строгий вегетарианец, не пьёт даже молоко. Кроме того, он принял обет брахмачарья — полного полового воздержания. Свои принципы Ганди никогда не нарушал.

В тот год в Южной Африке Ганди впервые включился в правозащитную борьбу. Первая его реакция на принятие «чёрного закона» была такой: «Лучше умереть, чем согласиться».

Но после переговоров с правительством Ганди неожиданно призывает индусов добровольно пройти регистрацию. Он надеется на благородство противника. Ему обещана фантастическая вещь — после регистрации закон отменят. «Последователь сатьяграхи навсегда распростился со страхом, он никогда не боится доверять своему противнику», — говорит Ганди. По дороге на регистрационный пункт индусы обвиняют его в предательстве и жестоко избивают. Ганди ставит отпечатки своих пальцев на регистрационной бумаге. «При этом я видел, что у мистера Чамней (английский чиновник) стояли слёзы на глазах, — впоследствии напишет Ганди. — Я часто очень резко выступал против него в печати. Но здесь я убедился, как события могут смягчить сердце человека». Большинство индусов, потрясённые примером Ганди, добровольно проходят регистрацию. Английское правительство не отменяет закон. Ганди просто обманут.

Тем временем складывается очень удачная ситуация для проведения забастовок индийских рабочих. Бастуют европейские служащие южноафриканских железных дорог. Правительство может оказаться между двух огней. Но Ганди заявляет: «В намерения индийцев не входит создавать затруднения правительству». Ганди останавливает нарастающую бурю. Такое неслыханное благородство обманутого борца за справедливость вызвало смущение английских чиновников. Один из них сказал Мохандесу: «Я не люблю ваш народ и совсем не склонен помогать им, но как мне быть? Я часто хотел бы, чтобы вы прибегли к насилию так же, как бастующие англичане, и тогда бы мы сразу знали, как поступить с вами. Но вы не желаете вредить даже врагу... Это делает нас совершенно беспомощными».

Восемь лет Ганди упорствовал в своём великодушии. И люди, окрылённые мечтой о возможности добиться свободы без крови, шли за ним. Тысячи людей голодали, совершали марши протеста. Ганди вёл переговоры с английским правительством. В итоге в 1914 году «чёрный закон» был отменён. Ганди вернулся в Британскую Индию.

На фронт Первой мировой войны Англия поставила 985 тыс. индийских солдат. «Если средние слои населения добровольно окажут помощь правительству в час испытания, то недоверие исчезнет и запрещение носить оружие будет снято», — неожиданно говорит Ганди. Кроме того, сотрудничество с правительством может быть оценено. Ганди не просто надеется, он упорно верит, что на добро отвечают добром. В тот момент у него единственный раз проскальзывает мысль, противоречащая всем его убеждениям: вооружить Индию.

В конце войны вместо благодарности Англия сжимает колонии горло. Выходит закон: «Всякий, кто словами, либо произнесёнными, либо предназначенными для чтения, или жестами, или изображениями, или другими способами возбуждает или пытается возбудить недовольство правительством, учреждённым законно в Британской Индии, подлежит следующему наказанию: пожизненной ссылке на каторгу, или ссылке на другие сроки, или тюремному заключению на срок от трёх лет со штрафом или без оного».

Ганди начинает борьбу за получение Индией независимости «на основе установления джентльменского взаимопонимания с Англией». 30 марта 1919 года он организует всеиндийский хартал. Это молитвенное воздержание от деловой активности, сопровождающееся постом. Одновременно закрываются сотни тысяч лавок, не работают базары, пусты государственные учреждения. Проще говоря, вся Индия не вышла на работу.

Зародившаяся воля к свободе влечёт за собой бунты. А всего через неделю наступает развязка — «бойня в Амритсаре». Площадь Джалианвала-Багх обнесена высокой каменной стеной. На этой площади английские военные расстреливают мирный митинг. Солдаты целятся туда, где толпа гуще. Всё, во что верил Ганди, в чём он убеждал индусов, утоплено в крови. Ненасилие оборачивается чудовищным насилием. Ганди заявляет, что он допустил ошибку, «огромную, как Гималаи». И призывает остановить всякое сопротивление.

В 1920 году Ганди приступает к новому этапу убеждения Англии «осуществлять не империалистическое высокомерное маневрирование, направленное на завоевание мирового господства, а искренне стремиться служить общим интересам человечества». Ганди призывает индийцев к «несотрудничеству». Это значит свести до минимума контакты с англичанами. Не вступать с ними в деловые отношения, не посещать правительственные школы, уйти со всех постов, которые индусы занимали в английской администрации. Индусы перестают покупать английские товары. В каждом доме на ручной прялке индийские женщины шьют одежду для своих семей. Повсеместно индусы начинают сжигать приобретённые ранее английские ткани. Толпы индусов окружают англичан, спешащих на работу, и просто не дают им пройти. Английское производство несёт большие убытки. В самой Англии начинают бастовать рабочие ткацких фабрик, которым вынуждены урезать зарплату.

4 февраля в городке Чаура-Чаури жители, вдохновлённые кампанией несотрудничества, сжигали приобретённые ранее индийские ткани. Отряд полиции начал их разгонять, избивая участников. На помощь избитым бросились соседи, и полицейские поспешили укрыться от толпы в участок. Но это не помогло — толпа подожгла здание полиции, и 21 человек заживо сгорел.

Ганди в очередной раз останавливает сатьяграху. В знак раскаяния за то, что он призвал незрелых людей к активным политическим действиям, он объявил голодовку. Тем не менее Ганди продолжает верить, что если сатьяграха станет единственным средством борьбы, путь к новой Индии существенно сократится. Просто нужно вырастить сознание индусов до полного принятия принципов ненасилия.

Появляются добровольцы — специально подготовленные отряды активистов сатьяграхи, которых власти называли «лейтенантами ненасилия». Они следили за тем, чтобы во время проведения мирных акций не происходило внезапных вспышек насилия.

Следующим своим актом Ганди пытается бороться с соляной монополией Англии. Он, как всегда, информирует правительство обо всех предстоящих акциях в рамках уважительного диалога. Ганди ведёт людей к морю, где выпаривает из морской воды символическую горстку соли. Индусы прекращают покупать английскую соль и занимаются кустарным выпариванием соли. Страна в очередной раз вскипает. В Калькутте и Пешаваре расстреливают мирные демонстрации. В Пешаваре несколько сот человек убиты и ранены. Но два взвода стрелков отказываются стрелять по безоружным. Они даже стали брататься с демонстрантами, отдавать им своё оружие. Митингующие были в основном мусульманами, а солдаты индусами. Многие соратники Ганди расценили такой поступок как самое яркое свидетельство восприятия идеи ненасилия. Однако Ганди решительно осудил солдат за невыполнение приказа стрелять. Они нарушили дисциплину, ослушались принципа. Какая армия будет у свободной Индии, если её солдаты ослушиваются приказа?!

Очень странное противоречие. Свои идеи бесконечной любви ко всему, в том числе к врагу, Ганди пытался вживить в мир ХХ века. В мир двух мировых войн, в мир двух бесчеловечных диктаторов. Он хотел вырастить добро на почве самой кровавой эпохи. Он пытался идти на компромиссы с помощью жесточайшей дисциплины и железного принципа. Он изводил дисциплиной своё тело и разум. Не требовал, но предполагал, что это будут делать другие, чтобы воспитать в себе любовь к человечеству. «Я решился дать Индии древний закон Самопожертвования, закон Страдания», — говорил Ганди.

Ганди спрашивали, что могут сделать евреи в свою защиту. Как им противостоять фашизму? Как свидетельствует Луис Фишер в книге «Ганди и Сталин», в 1938-м Ганди ответил, что немецким евреям следует совершить коллективное самоубийство и тем самым «вызвать возмущение всего мира и немецкого народа бесчеловечностью гитлеровского режима».

В современной Индии Ганди — отец нации, практически святой. «Иисус Христос, Шива и Ганди — хорошие боги», — сказал мне 16-летний мальчик-индус. Ганди действительно походил на Иисуса Христа, который пытался бороться за свободу. Он любил врага своего, смиренно шёл в тюрьму, готов был пожертвовать своей жизнью. Но реальность слишком неоднозначно реагирует на идеалы.

События в округе Дхаршана стали апофеозом свободного принятия страданий. Жители округа собирались занять соляные варницы, принадлежавшие англичанам. Полиция перекрыла вход. Полицейские были вооружены длинными деревянными палками с металлическими набалдашниками. Демонстранты построились в колонну на дороге перед входом в варницы. Первая шеренга двинулась вперёд. На головы людей посыпались удары. Все сбиты с ног. В крови их оттаскивают к перевязочному пункту. На место упавших подходит вторая шеренга. Удары дубинок. Люди молча принимают их на себя, пока в состоянии стоять. Они даже не поднимают рук, чтобы защититься. Эта трагедия вызвала резонанс в Европе. Все были возмущены действиями англичан.

В конце концов после 30-летней борьбы Ганди победил. В 1947 году над Красным фортом в Дели поднялся индийский флаг. Англичане ушли. Только Ганди не участвовал в торжествах. Праздник не приносил ему радости. Он предвидел кровопролития, которые повлечёт за собой появление Пакистана. В первые годы после разделения погибло почти миллион человек. Ганди противился разделению Индии, но не смог его предотвратить. Может, это и было той задачей, которую он упустил в своей упорной борьбе за истину или за иллюзию. Нет окончательных данных, возможно ли противостоять оружию любовью. Но своей жизнью Ганди внёс свет вдохновения в хаос ХХ века. И его последователи на руинах мировых войн продолжали лелеять всходы абсолютного ненасилия.