Изложение ведется от лица гражданиина Д. Краткий опус.
Его всегда интересовала та деятельность, где просматривалась сложность задачи и масштаб. Все простое и локализованное он прошел, как и должен был пройти каждый. Еще до перестройки, о которой не было ни слуху, ни духу, когда нельзя было, глядя на масштабность и созданную видимость государственной машины, и в голову никому не могла придти фантазия о крушении такого колосса. О колоссе на глиняных ногах стали говорить намного позже и причем только о том, что было, но ни слова о том, что строится сейчас та же иллюзия, но только в перевернутом виде. Имея свою личную голову на плечах, наш герой ко всему подходил критически, начиная как бы с глупых детских вопросов, задаваемых, к сожалению, только самому себе. Почему это делается так, а не иначе? Зачем делать столько, а не больше или меньше? Почему этот занимает это положение, а не кто-нибудь другой? Все моталось на ум, все пробовалось руками, все просматривалось и прослушивалось относительно собственного вкуса и гармонии. Одно из качеств - если уж взялся за что-то, доводить дело до конца, при этом с максимальным качеством и эффективностью, чтобы и самому в радость, и другим показать было не стыдно.
Еще до перестройки возникла необходимость обмена квартиры. Поначалу времени было затрачено и сил много. Обмен был завершен с плюсом. Обладая открытым характером и желанием помогать тем, кто был или оказался рядом, он подрядился помочь нескольким желающим. Прибавив к прежним умениям умение анализировать и синтезировать, работа пошла быстрее, веселее и благодарней. Доперестроечный период отличается от послеперестроечного тем, что по всем направлениям были самодеятельные помощники и специалисты. Их было мало, но качество работы было высочайшим. Приходилось на пустом месте из дерьма делать конфетку. Наш деятель, как воспитанный в социалистическом обществе, был насквозь пропитан идеями, пропагандируемыми государством. Он и сейчас считает, что любая идея хороша, но плохи, грубы и неграмотны те, кто их воплощает в реальность. Эти иллюзии не разрушали, а наоборот укрепляли поездки в деревни и люди, которые там встречались. Всю работу, которую он выполнял, он делал в охотку, и не то, что бесплатно, но наоборот, при необходимости мог потратить и свои. Как Торопунька и Штепсель, когда не с завода, а на завод приносили все, что считали нужным из дома. Возможно, поэтому все выходило лучше, чем предполагал вначале, а не хуже, чем у некоторых грамотеев, озабоченных тем, как взят, а не дать. Данный подход привел к тому, что для быстроты и качественности были задействованы отобранные два агентства, не знающие друг друга. Одним давалось задание из первой части формулы, а вторым - вторая часть. При разрешении задачи происходило перемещение из первого во второе. Происходила, вернее, пролтала сделка за сделкой, были хорошие деньги, но становилось скучновато, все происходило почти автоматически.
Следующий шаг - создание агентства, в котором сочеталось бы обучение, рост и практика. Скажут, что систематизировать все жилье невозможно. Действительно, примитивными методами это невозможно. Причем предполагалось, и небезосновательно, что одно такое агентство заменит две тысячи, по двести-триста человек каждое. Цены минимальны, сроки минимальны, на девяносто процентов работает сама система и только на десять процентов человек. Было просчитано все до последних мелочей. Как собирать и обрабатывать информацию? Как обхватить весь рынок? Как доводить клиента до нужной кондиции? Как учитывать, записывать, оформлять? Отдельной главой было обучение и продвижение сотрудников. в принципе это напоминало конвеерное автоматизированное производство, где вместо автоматов должны были быть люди, желающие и способные развиваться. Таких ступеней было десять с соответствующей оплатой. От ста долларов за минимальный объем первоначальной работы до двадцати тысяч за час в конце. Можно было пойти по нескольким путям. Первый стандартный, как у всех. Второй, без вранья, без аморальщины, без дилетанства. Стояла задача набрать тех, кто хотел честно и хорошо работать и зарабатывать. В планы входило дальнейшее расширение как производства, так и бытовой сферы, участие работников не только формальное, но и действительно человеческое. По этой универсальной схеме можно строить любое агентство, которое понимает что есть настоящий посредник и каково его назначение. В отличии от современных схем, где чем больше участников, тем труднее, в этой схеме чем больше - тем легче. Если одну такую схему ввести в Москве или даже во всей России, то необходимость денег отходила с первого на сотое место до почти полного исчезновения.
Вначале было предположение, что можно найти сразу на десятую ступень, отобрав одного из ста. Потом одного из тысячи. Если не на десятую ступень, то на девятую. Не на девятую, так на четвертую. В реальности после двух лет, после твсяч собеседований, объяснений, лекций - никто не продвинулся дальше первого шага первой ступени. Всебыло просчитано, но проблема оказалась в кадрах. Были бывшие военные, профессора с двумя высшими образованиями, но дико неспособные к реальным знаниям и хоть мало мальски самостоятельной деятельности. Брались авансом деньги, предметы, проходило время. Никто и ничего, что брали эти "честные" не было возвращено.У всех были честные лица и такие же глаза. Как исключение, если у кого получалось, то со сделок в кассу агентствва не было принесено ни копейки. Лучше сейчас они украдут пятьсот баксов, чем через полгода, год будут зарабатывать тысячи. Наш герой чуть не спился при социализме из-за невозможности самореализации. Нельзя сказать, что он был за существовавшие тогда порядки. Но пройдя школу жизни, реализуя все максимальные возможности и не оставляя ни малейшей лазейки для благостного самообмана, невольно возникает мысль - а не прав ли был Сталин, возможно по-другому нельзя. Уж лучше тихим сапом с пастухом сзади и морковкой впереди, чем резать глотки всем правым и неправым в интересах одного момента.