За свою долгую жизнь Фаине Георгиевне Раневской так и не удалось сыграть ни одной великой роли мирового репертуара. По пальцам можно перечесть все ее экранные и театральные работы. Но и они сделали ее великой. Недаром редакционный совет Британской энциклопедии "Who is who" ("Кто есть кто") включил Раневскую в десятку самых выдающихся актрис XX столетия. Фаина Георгиевна была уникальной, парадоксально мыслящей личностью и прославилась своими искрометными высказываниями, многие из которых стали крылатыми. А жизнь гениальной актрисы, полная невероятных случаев и встреч, давно уже воспринимается как байка.
Читать книгу онлайн -
https://unotices.com/book.php?id=309136&page=1

Как хочется назад, в двадцатый век...
А может, просто в юность возвратиться.
Листать потертых томиков страницы
В уютной тишине библиотек.

Горбушку хлеба с сахаром жевать.
Варить джинсу. Врубать погромче песни
Высоцкого, Кино, Битлов и Пресли.
В чужих садах черешни воровать.

Счастливые мгновения копить,
Подклеивая карточки в альбомы.
Припомнив всех друзей, родных, знакомых,
Открыток и конвертов накупить.

Растить на подоконнике герань.
Подкармливать бездомную дворняжку.
Гадать о тайных чувствах на ромашке.
Петь песни под гитару у костра.

Опять учиться просто, мудро жить,
Читая Анну, Юлию, Марину.
И приглашать друзей на чай с малиной,
И к лету платья ситцевые шить.

Но нет ни магазинов, ни аптек,
Где средство от тоски моей хранится.
Хотя бы на день в юность возвратиться...
Как хочется назад, в двадцатый век.

Оксана Усова-Бойко

Читает Владимир Глазунов

Вот они: Флоренс Беатрис Прайс, Марианна Мартинес, Августа Холмс, Леокадия Кашперова и Иоганна Мюллер-Герман

Вы когда-нибудь слышали о Леокадии Кашперовой, Флоренс Беатрис Прайс, Марианне Мартинес, Августе Холмс и Иоганне Мюллер-Герман?

Все они были успешными композиторами, заслужившими признание и любовь слушателей при жизни. Однако после смерти их имена и произведения оказались забыты.

Пора это исправить.

Для любителей оперы конца XIX века имя Джузеппе Верди значило не меньше, чем для современных меломанов — имя Джона Леннона. Интервью знаменитый итальянец не любил, журналистов избегал, с незнакомыми людьми встречался неохотно, да и знакомых-то принимал с большим разбором.

Поместью Верди позавидовал бы иной герцог. Его вилла Сант’Агата, окруженная полями и фермами, напоминала крепость: примыкавший к ней парк опоясывала высокая стена, а кованые железные ворота и днем, и ночью запирались на замок.

Эту экспрессивную толстушку можно назвать женщиной, совершившей переворот в представлении о красоте. Она пела и танцевала так, избавляя мир от предрассудков. А ее очарование затмевало даже голливудских див. Имена близких друзей этой актрисы, которая избавляла мир от предрассудков, говорят о многом: Аль Капоне, Фрэнк Синатра, Чарли Чаплин. Это Софья Калиш, известная в мире как Софи Такер.

Кафедральный собор Александра Невского

Вероника Геннадиевна Шевчук кандидат философских наук (философия культуры), доцент, доцент кафедры декоративного искусства ГБОУВО РК «Крымский инженерно-педагогический университет», член НОКО, член Международной Академии духовных наук, заслуженный художник Республики Крым, член Союза художников России и Международной ассоциации изобразительных искусств. г. Симферополь Вероника Шевчук живописец и график, тонко чувствующий природу Крыма и духовную атмосферу века.

Дождь, дождь. Холодный осенний лондонский дождь. А она идет и идет, прижимая к груди свой нераскрытый зонт, идет неизвестно куда, без цели и смысла... Её нагоняют двое прохожих — они спешат укрыться от дождя. До нее доносится обрывок фразы: «...горький хлеб изгнания...»

Она подумала: «Эмигранты. Такие же, как мы с мужем... С мужем?» К горлу подступает комок. Не хватало еще разрыдаться тут — на незнакомой улице, посреди чужого города.

Прохожие уже совсем близко: теперь, несмотря на шум дождя, их разговор слышится все явственнее.

— ...Проклятая война, проклятый Гитлер!
— То, что он напал на Россию, похоже, уберегло Англию от вторжения.
— Надолго ли?
У нее сжалось сердце.

Январь - то самое время, когда можно любоваться этим цветением под щебетание неугомонных нектарниц, снующих с цветка на цветок в поисках живительного нектара.

Картины Густава Климта, написанные более ста лет назад и относящиеся к давно прошедшей культурной эпохе, интересны и современному ценителю живописи. Является ли тому причиной явный эротический подтекст его работ – или все дело в блестящем таланте художника?

Несёт нас поезд жизни в никуда,
А в общем-то и даже ниоткуда.
Летят недели, месяцы, года...
И не узнать доедем мы до куда.
Промчались остановку "Детский сад",
И где-то в прошлом остановка "Школа".
Когда конфетке и мороженке был рад
И лимонад был лучше пепси-колы.
Промчались остановку "Институт",
Любовные интриги, стройотряды.
Хоть не у всех через неё маршрут,
Но возрасту тому все были рады.
Доехали до станции "Любовь",
Проехали и станцию "Разлука".
Кипит адреналин, играет кровь,
Но были станции "Отчаянье" и "Скука".
На станции "Семья" на тормозах
Остановился поезд наш надолго.
У многих слёзы счастья на глазах,
А у кого-то просто чувство долга.
Одни судьбу свою благодарят
И не желают в жизни перемены.
Другие о свободе говорят,
Сойдут они на станции "Измена".
А поезд не меняет свой маршрут,
Всю жизнь свою из окон его видим.
Кто дальше едет, кто-то сходит тут,
Но в результате все из него выйдем.
Посадим мы в него своих детей,
У поезда нет станции "Конечной".
Его маршрут - от самых первых дней,
Наверное, до полустанка "Вечноcть"...
✿ღ✿✿ღ✿✿ღ✿
Никто не знает наперёд,
Кого и с кем судьба сведёт:
Кто будет друг, кто будет враг,
А кто знакомый, просто так.
Кто осчастливит, кто предаст,
Кто отберёт, кто всё отдаст,
Кто пожалеет дел и слов,
А кто разделит хлеб и кров.
С кем можно всё, до простоты,
А с кем и не рискнёшь на "ты",
Кому-то сердце распахнёшь,
А перед кем-то дверь замкнёшь.
В кого-то веришь, как в себя,
Кого-то терпишь, не любя,
С одним и в горе хоть куда,
С другим и в радости беда.
Никто не знает наперёд,
Что нас на белом свете ждёт:
Кого блистательный успех,
Кого позор за тяжкий грех.
Всю жизнь везение-одним,
Боль и страдания-другим.
Одним - за правду вечный бой,
Другим - и ложь сама собой.
Так и живём мы на земле-
И в благодетели, и в зле.
Грешим на молодость, порой,
На обстоятельства и строй.
Чужим ошибкам счёт ведём...
И лишь своих не признаём,
Друзей обидеть норовим...
И непростительно язвим.
Молчим, когда пора кричать,
Кричим, где надобно молчать,
Святынями не дорожим.
А перед серостью дрожим.
Лелеем собственное "Я",
То обвиняя, то кляня,
Исходим в вечной суете,
Глядишь...и мы уже не те...
Никто не знает наперёд,
К чему всё это приведёт.
А жизнь уходит, между тем,
Частично или...
Насовсем...

Автор Сергей Грачёв

Маруся выходила замуж не по своей воле. Родственники торопились пристроить 16-летнюю невесту за «удачного» жениха, инженера Михаила Свешникова. Не молод, почти 50 лет, зато скромен и уважителен. Его кандидатура всех устраивала. Особенно старших сестер Марии, Евгению и Александру, которые все никак не могли найти себе женихов.

Сейчас русская музыкальная школа – полноправная часть европейского и общемирового культурного достояния. Не все знают, что прорыв русских композиторов на Запад произошёл во многом благодаря их знаменитым европейским коллегам, которые знали и любили русскую музыку. И нередко приезжали в Россию.

Это он сыграл предателя Полипова в «Вечном зове» и Гаврилу в «Бумбараше». Юрию Смирнову вообще нравилось работать над образами отрицательных персонажей. В жизни же актёр является примером невероятной преданности выбранному делу и единственной женщине. Он отдал Театру на Таганке более полувека и столько же хранит верность одной женщине. Но далеко не всё в их жизни было гладко, возникали мысли о разводе, да и с сыном возникла серьёзная напряжённость в отношениях.

Она была дочкой нэпмана, комсомольской активисткой и заключенной сталинских лагерей. Но какие бы крутые виражи ни закладывала судьба Лии Соломянской, ей никуда было не деться от первого из троих своих мужей – Аркадия Гайдара.

Она была скотницей и встретила свою любовь среди грядок еврейской коммуны в Крыму. Уехав с будущим мужем в Москву, стала писательницей. Красный коммунар Шира Горшман известна как один из самых публикуемых еврейских авторов в Союзе, а еще – как тёща Иннокентия Смоктуновского, которого она поначалу даже на порог пускать не хотела.

Фаберже, «Зимнее яйцо». 1913 год

Самым оригинальным среди всех яиц, созданных фирмой Фаберже для Императорского дома, было «Зимнее яйцо». Николай II не пожалел денег и заплатил Карлу Фаберже за него самую большую сумму из всех, когда-либо заплаченных за подобные изделия. Автором этого шедевра, известного на весь мир, была молодая женщина – Альма Пиль, имя которой после революции оказалось почти забытым.

Филолог Полина Проскурина-Янович запустила проект «Незамеченное поколение» о русских писателях-модернистах начала XX века, которые были вынуждены эмигрировать из страны. Кто с семьей на гражданских пароходах, кто в одиночку, через Крым, с Белой армией.
Среди героев — Борис Поплавский, Гайто Газданов, Борис Вильде и другие авторы. Сайт рассказывает о том, как они жили, о чем писали и что творилось вокруг.

«Они редкость в домашних библиотеках.
Их с трудом отыщешь в книжных магазинах.
Их нет в школьной программе.
Но они — целое поколение
русских литераторов начала ХХ века».
http://nezamechennye.com/

Источник - https://knife.media/writers-generation/

Среди американских президентов есть личности, оставившие значительный след в мировой истории. Однако биографии некоторых руководителей Соединенных Штатов весьма примечательны не только с точки зрения политики. Взять хотя бы любовную историю в стиле «Рабыни Изауры», повергшую в недоумение особо консервативных американцев прошлого века. О том, что третий президент США Джефферсон влюбился в свою темнокожую рабыню, и она родила ему детей, многие даже не подозревали. Более 150 лет эта пикантная подробность его биографии была скрыта от общества.