Я всегда читаю в электричках, но иногда приходится отрываться от страниц по разным причинам:другие люди, внезапная мысль, просто усталость.

Сейчас мне пришлось оторваться и долго смотреть в окно, потому что я вспомнила свой сон. В книге женщина рассказывает дочери об отце. И до меня только сейчас дошла мысль, что сегодня мне снился мой.

Я не помню сон полностью, может, он и был более-менее связным, не знаю. У меня перед глазами стоит только одна картинка. И столько в неё вложено...

На улице зима, мы с мамой, сестрой и крестным идём к берегу озера, где в пещере прячется вот уже несколько дней мой отец. Когда он замечает нас, я выхожу в перед и двигаюсь к нему, а он очень быстро подходит и расставляет руки, как для объятия. И в момент нашего сближения я не отвечаю на это не состоявшейся объятие. Нет. Я начинаю бить ладонями по нему, как ребёнок, и кричать. Кричать про все, от чего мне больно, кричать о его поступках, сломавших счастливого ребёнка внутри меня. Всё, что копилось так долго, вылилось в это наивные, совсем не сильные, но такие нужные удары ладонями.

Во сне я сделала то, чего так хотелось сделать в жизни. Я кричала на него только в моменты полного отчаяния и отсутствия контроля над собой. Я даже не помню их, потому что я полностью была огнём ярости и боли. Но помню, что он был пьян всегда, когда я кричала. А трезвому я никогда ничего не скажу. Потому что боюсь.

Боюсь даже не его реакции, а его боли. Я не хочу причинять ему боль и видеть, как погрустнеют его глаза. Но после его поступков, как со светом, или с обоями, или с моим последним звонком, когда он разбил машину, или с выпускным, который пропил, с днями рождения, когда он не помнил, сколько мне исполнилось....после всего этого хочется высказать все, отрезвить, открыть глаза на всю мерзость, что он привнес в жизнь нашей семьи.

Две этих противоположности борятся внутри меня. Я злюсь, но мне жалко его.

Поэтому, наверное, я и выбрала не видеть его совсем, не говорить, не слышать. Так легче.